Август 1994-го. Николай Петрович выступает в Кейптаунском университете. Доклад — «Экономическая политика правительства России». Его слушают преподаватели не только этого, но и других университетов — они приехали в Кейптаун на конференцию, где выступал Шмелёв. Слушали и несколько министров правительства ЮАР. И несколько депутатов Государственной думы России.

Почему они все собрались тогда? В Кейптаунском университете провозглашалось создание Центра российских исследований. Торжественная церемония 16 августа открылась речью Нельсона Манделы, посвященной созданию Центра. Мандела только что стал президентом Южно-Африканской Республики, и его речь тут уже сама по себе была событием. Сенсацией стали и его высказывания о России, о перспективах отношений с нашей страной. Упомянул даже ряд событий о давних связях между нашими странами. С глубоким уважением сказал о российских ученых: что они со знанием дела анализируют исторический путь его страны.

На следующий день после торжественной церемонии началась научная конференция. И одним из первых выступил Николай Петрович.

Его доклад привлек всеобщее внимание. В проводившихся тогда в нашей стране политических и экономических преобразованиях, в перестройке и гласности южноафриканцы старались найти уроки для себя. Появилось даже слово «преториястройка».

Так что доклад Николая Петровича вызвал множество вопросов, оживленную дискуссию.

А он живо заинтересовался событиями в ЮАР. Они ведь по времени совпали с российскими: конец восьмидесятых и начало девяностых.

Николай Петрович повидал Кейптаун. Побродил по его центру с особняками старо-голландской архитектуры и кварталами викторианской эпохи. Осмотрел достопримечательности: Столовую гору — символ города, ботанический сад Кирстенбош — где сохраняются уникальная флора и фауна, любовался знаменитым мысом Доброй Надежды — самой крайней юго-западной точкой Африки, близ которой сливаются два океана: Атлантический и Индийский.

Познакомился с учеными и политиками ЮАР. А с приехавшими из России оживленно обсуждал происходившее не только в ЮАР, а и у нас. Обсуждать было с кем: приехали и выступали интересные люди. Кого-то из них Николай Петрович знал уже давно, с кем-то встретился впервые. Особенное его внимание привлек Игорь Семенович Кон, крупнейший социолог, историк Александр Александрович Фурсенко, депутат Государственной думы Виктор Леонидович Шейнис.

В их разговорах речь шла не только о науке и общественно-политических проблемах. Фурсенко первым заговорил о своем восхищении Шмелёвым как писателем. И сразу оказалось, что все знали не только его научные труды, но и его литературное творчество. И тут — не только повести, но и небольшие рассказы. Все помнили даже маленький рассказ «Ночные голоса».

Какие-то из этих разговоров услышали и наши соотечественники — те эмигранты из России, кто давно, или совсем недавно, переселились в Кейптаун. Они тоже участвовали в церемонии создания Российского центра и приходили послушать доклады на конференции. О повестях и рассказах Николая Петровича они услышали впервые — и расспрашивали, где и как их разыскать.

…Сколько можно написать о Коле — я его знал и любил много лет! Но его знали и любили очень-очень многие. Уже пишут о нем — и еще напишут. Вот я и вспомнил эпизод, о котором, пожалуй, могу написать только я. Я был директором Центра российских исследований, пригласил тогда Колю в Кейптаун и знакомил его с теми, кто, как мне казалось, мог быть для него интересен. И был свидетелем его популярности на той конференции у далекого мыса Доброй Надежды.