Нередко так с собой я рассуждаю:

Амур наполнил жизнь мою тоскою,

Печаль томит меня, и я не знаю,

Кто из людей, как я, скорбел душою.

Всю силу жизни сразу я теряю,

Когда Амур овладевает мною,

Один лишь дух живым я сохраняю,

Затем что Вами полон он одною.

Я помощи хочу и утешенья

И, жалкий весь, достоинства лишенный,

К Вам прихожу, моля об исцеленьи;

Когда же взор на Вас я поднимаю,

Весь содрогаюсь[27], бледный и смущенный,

И смерти лишь покорно ожидаю.