<…> В 1922 году в декабре уезжаю с Сергеем Николаевичем в Челябинск.
9 января. 4 часа утра. Вокзал. Челябинск.
Только что прошла пора страшного голода; еще грабят. У нас две корзиночки небольших. «Куда мы с тобой? Ведь 4 часа, все спят, беспокоить нельзя». Из вокзала гонят. <…> Ходим по улице, мороз 28 градусов. Очень холодно. Сергей Николаевич молча ходит взад-вперед. <…> И вдруг от восторга вскрикивает: «Звонят! В церкви! Она тут, недалеко, пойдем в нее. 6 часов утра, слава Богу». <…> Народу в церкви мало, никто никого не толкает. 3-й день Рождества, воскресенье. <…>
Только что организовывается Краеведческий музей. <…> По рекомендации Анатолия Васильевича Луначарского Горохов И. Г. [директор музея] принимает на работу Сергея Николаевича Дурылина. <…>
Челябинск. 1922 г. Январь. <…>
Сергею Николаевичу сразу же предложили место младшего научного сотрудника. Предложение было принято. Через два дня Сергей Николаевич приступил к работе, стал разбирать и создавать отдел каменного века. Включил и меня в эту работу: приделывать рукоятки, палки для стрел, топориков и т. д.
В музее Сергей Николаевич работал ежедневно от 10 до 5-ти часов, вечерами домой приносил работу, которую мы делали вместе. <…> Скоро был готов отдел каменного века. Здесь-то выявились и раскрылись познания Сергея Николаевича в области археологии. Летом были организованы раскопки курганов. К ним привлекали бесплатные силы — молодежь. <…> Работали с особым интересом и большим подъемом. Сергей Николаевич так хорошо, толково объяснял, что они и не замечали трудности работы. <…> Часто курганы были очень глубоки, и приходилось долго копать, но когда докапывались до вещей, то ликовали, как дети. «Нашли! Нашли! — раздавались голоса. — Сергей Николаевич, посмотрите у нас!» Сергей Николаевич подходил и совочком или руками осторожно разбирал найденное. Надо было видеть, какие счастливые лица были у этих молодых людей, с какой бережностью они вынимали вещи. <…> Часто попадались разные женские украшения — бусы, серьги, с которыми хоронили наших предков, приблизительно за 2000 лет тому назад. В одном кургане был найден скелет лошади в богатом украшении, скелет человека в броне. Так было интересно работать! Сергей Николаевич был всегда веселый, всегда что-нибудь рассказывал смешное, над чем все заразительно смеялись.<…>
Вскоре был открыт музей[204]. На открытие пришло множество народу. Много было пожертвовано местных костюмов. Таким образом, Сергей Николаевич немало вложил своего труда в Челябинский краевой музей, для которого он был просто находка. Кроме только что найденных вещей, разбирали и вещи из раскопок, производившихся раньше, до Сергея Николаевича, ученым-археологом Н. К. Минко[205]. <…>
В Челябинск к нам приезжали из Москвы гости. <…> Прожили мы в Челябинске с 10 января 1922 года по 7 декабря 1924 года[206], а затем вернулись в Москву, где началась для нас уже новая жизнь: жили мы в отдельных местах — я на Маросейке, а Сергей Николаевич в Милютинском переулке.
[Продолжение см. в главе «Томская ссылка».]