Пигарёв Кирилл Васильевич (1911–1984) — правнук и биограф Ф. И. Тютчева. Сын камер-юнкера Василия Евгеньевича Пигарёва (1878–1919) и фрейлины Екатерины Ивановны Тютчевой (1879–1957), внучки поэта Ф. И. Тютчева. Доктор филологических наук, кандидат исторических наук. Заслуженный работник культуры РСФСР. С 1932 года — научный сотрудник, а после смерти Н. И. Тютчева — директор музея-усадьбы «Мураново» им. Ф. И. Тютчева. Составитель и редактор изданий Ф. И. Тютчева. С 1949 года — научный сотрудникИМЛИим. Горького АН СССР. Дурылин жил в Муранове и преподавал правнукам Тютчева в 1925–1927 годах. Кирилл и Ольга Пигарёвы отправляли в Томск Дурылину справки и выписки из книг, журналов и газет, запрашиваемые им для своих работ. В письма Ольга вкладывала лепестки цветов, любимых Дурылиным. Особенно с двух деревьев персика и абрикоса из оранжереи, которым Дурылин посвятил три страницы «В своем углу»[168]. К. В. Пигарёв всю жизнь считал Дурылина своим учителем и письма к нему подписывал «Ментору от Телемака»[169].
Сергей Николаевич был рад, что Кирилл пошел по его стопам, стал литературоведом. Сотрудница Мурановского музея Татьяна Петровна Гончарова пишет, «с какой тщательностью подбирались учителя для правнуков поэта. Учитывались не только профессиональные навыки претендента, но и его нравственный облик и мировоззренческие устремления. Ведь воспитание молодого поколения — важнейшая категория жизни в дворянской среде. Это забота не только о личном благополучии своего потомства, но и забота о достоинстве и процветании всего рода». Дурылин отвечал всем требованиям, но приглашение его в семью Тютчевых было шагом небезопасным для обеих сторон. Он только что вернулся из челябинской ссылки, значит, для властей человек неблагонадежный. А приглашен он в дом «бывшего чиновника особых поручений при генерал-губернаторе Москвы, церемониймейстера Двора Его Императорского Величества, коим является Н. И. Тютчев, в дом воспитательницы детей Николая I и фрейлины, коими являлись внучки поэта Софья Ивановна Тютчева и Екатерина Ивановна Пигарёва; наконец, в дом крестников членов царской семьи (правнуков поэта Кирилла, Ольгу и Николая Пигарёвых крестили, соответственно, вел. кнж. Анастасия Николаевна, вел. кнж. Ольга Николаевна и вел. кн. Елизавета Федоровна). Ситуация достаточно тревожная»[170].
Двадцать пять лет прошло с тех пор, как я внес первую запись в этот альбом и нарисовал уголок библиотеки Мурановского дома, верным и неизменным другом которого был и есть дорогой для меня владелец этого альбома. С благодарностью вспоминаю уроки, которые он давал мне четверть века назад. Но эти уроки не прекратились… Всякий раз, что я бываю в Болшеве, я всегда обогащаюсь новыми познаниями и проникаюсь удивлением и восхищением перед тем, как много знает и помнит мой прежний, горячо любимый мною Ментор. Радостно и приятно вновь и вновь ощущать себя его Телемаком! К. Пигарёв. 14.I.1952 г. Болшево.
Великим счастьем и Божiим благословением считаю, что образование Кирилла в руках человека, который «видит все и славит Бога». Е. Пигарёва. (1926 г.)[171]
Среди постоянных волнений и забот последних лет, одной из главных была забота дать Кириллу настоящее образование. С тех пор, что Вы за это взялись, я спокоен. 31/III — 13/IV 1926. [Тютчев Н. И.][172]
[Продолжение см. в главе «Воспоминания сослуживцев и товарищей по работе».]