Так ночь тиха, так сладок сон,

Что даже струн нескромен звон —

Он нарушает тишину,

Весь мир склонившую ко сну.

На моря жемчуг и опал

Элизиума[64] блеск упал;

Спят звезды, только семь Плеяд[65]

Ни в небе, ни в волнах не спят;

Пленительный Эндимион[66]

В любви, любуясь, отражен.

Покой и мрак в лесах и долах,

Спят горы в тихих ореолах.

Едва блеснул последний сполох, —

Земля и звезды забытья

Возжаждали, как жажду я

Тебя, любви твоей невинной

И состраданья, Аделина.

О! Слушай, вслушайся, услышь:

Не так нежна ночная тишь,

Как эти нежные слова,

Что лаской сна сочтешь сперва.

И вот, пока я не дерзну

Задеть призывную струну,

Сердца и думы воедино

Пребудут слиты, Аделина.