Собираясь на работу следующим утром, Игорь примерно представлял, чего ему ждать. Кристина помогла. Сама она вечером не зашла, но по телефону он, как умел, в красках рассказал про девчонку, которую повесили ему на шею. Кристина хохотала. Значит, получилось.

«Ну все, теперь ты будешь настоящим нянем, запечатление произошло, и этот утенок будет ходить за тобой повсюду, — заявила она и оптимистично добавила: — Еще влюбится обязательно и будет страдать. Говоришь, полненькая? Может, на фоне страданий похудеет или отрежет каре. Потом полюбит себя, найдет хорошего парня и будет рассказывать, что был один гад, который ее не оценил».

«А можно без этого пункта про „влюбится“? — забеспокоился Игорь. — Мне и так непросто!»

«Ути-пути, бедный следователь! — продолжала иронизировать Крыся. — Нет, нельзя. Вы же будете вместе изучать всякие ваши штуки, ты ее будешь учить, так что, конечно, влюбится! А еще будет приходить на работу ни свет ни заря и ждать тебя с печальным видом. Приготовься!»

И Игорь приготовился. Поворчал, конечно, что Кристина многовато об этом знает и не пора ли ему почаще ходить в школу, чтобы припугнуть одиннадцатиклассников, но сам на работу пришел пораньше. И ведь права была Кристина. Дарья уже сидела на стульчике рядом с его столом, на столе лежал ключ — и как только дежурный выдал ей? Ах да, Эмиль Владиславович наверняка предупредил всех насчет Дарьи.

Когда Игорь вошел, Дарья держала телефон так, что сразу стало понятно — делает селфи за столом следователя. Игорь подавил желание отчитать ее, припомнив, что не так давно он и сам тайком фотографировал кабинет в опорнике и себя в новенькой форме. Да, на эту работу он пришел уже опытнее, да и внезапное отправление в поле не давало времени прочувствовать новое положение, но Дарью он понимал. Девушка же, оглянувшись на звук открываемой двери, от неожиданности едва не уронила телефон и сильно покраснела.

— Давно пришла, Дарья? — Игорь решил сделать вид, что ничего не заметил. А после неуверенного кивка указал взглядом на папки. — Тогда почему не работаешь?

И только когда они оба погрузились в бумаги — перед этим Дарья успела прошмыгнуть к чайнику и нажать кнопку, — Игорь добавил, не глядя в сторону помощницы:

— В кадр не должны попадать секретные документы, даже папки.

— Знаю, — пискнула Дарья, краснея не только щеками, но и шеей, и ушами.

Пришла Вероника, пробурчала что-то, поблагодарив за вскипевший чайник, потом подтянулись остальные. Пора было идти на планерку, и Игорь ломал голову, нужно ли брать с собой Дарью, как вдруг зазвонил его мобильник. Сердце екнуло. Кто ему может звонить в рабочее время, да еще так рано? Кристинка не станет, мама, брат… Разве что спамщики, но и они звонили обычно в районе девяти-десяти часов, словно стеснялись. А может, их рабочий день начинался позже.

Звонила Анна. Точнее, Анна Максимовна Васятко.

Игорь ответил и несколько минут слушал сбивчивый рассказ сквозь рыдания. Ничего толком не понял, кроме того, что приехать лучше прямо сейчас.

— Что, вот прямо сейчас уедешь вместе с помощницей? — догадливо подсказала Вероника. — Не переживай, мы Эмилю… Владиславовичу сообщим, что вам пришлось отъехать. Скажи только, куда?

Она бросила быстрый взгляд на Дарью, не заметила ли та заминку, и Игорь понял, что при нем все в отделе запросто называли начальника по имени и чувствовали себя свободно, он сразу стал своим. Приятно. А вот в присутствии Дарьи, видимо, придется вести себя сдержанней.

— К Васятко, — пояснил он и кивнул на Диану. — Насчет ее преследователя, который умер.

Прозвучало многообещающе, глаза Дарьи заблестели, брови сами сложились умоляющим домиком. Знала бы она, насколько это на самом деле скучно! Но в любом случае девчонку надо увести отсюда, ну и показать ей, сколько скучной рутины в нашей работе.

— Дарья, собирайся, — кивнул он. — Ехать недалеко, но надо быстрее.

Девчонка быстро оделась и преданно на него смотрела, так что Игорь невольно вспомнил прогнозы Кристины.

— Отсюда три остановки, любая маршрутка подойдет, — по дороге сообщил он, а едва они сели в подошедший автобус, скинул ей на телефон несколько документов.

— Пока едем, прочти. — Игорь отправил ей не только свои записи по делу Анны Васятко, но и всю информацию, полученную им от Дианы позже, чем хотелось бы. — Ознакомься, будешь в теме. Анна — девушка нервная и мнительная, часто плачет.

Дарья тотчас открыла документы, начав с его записей. Как оказалось, неуклюжая на вид Дарья могла читать и на ходу, только нужно было вовремя придерживать ее за локоть, когда пришлось идти по обледенелому асфальту, да и в лифте она не отрывалась от чтения.

Только когда они оказались перед дверью квартиры, она сунула телефон в карман. Игорь бросил короткий взгляд на дверь соседки, но глазок не мигал. Ладно.

Он даже не успел постучать, ответившая в домофон Анна уже ждала их. Игорь пропустил вперед помощницу и быстро вошел сам. Как и в прошлый раз, проделал все молча и лишь после того, как закрыл дверь, повернулся к Анне.

— Здравствуйте еще раз, Анна Максимовна, — поздоровался он. Увидев, как с облегчением выдохнула хозяйка, понял, что сделал все правильно. Она уже не плакала. Лицо выглядело чуть опухшим, но глаза не покраснели. Хорошо.

— Здравствуйте, Игорь Валерьевич, — сказала Анна и бросила взгляд на Дарью. Игорь поспешил пояснить:

— Это моя помощница, Дарья Давидовна.

— Здравствуйте, — очнулась и Дарья.

— В прошлый раз вы были без помощницы, — Анна словно не знала, радоваться ей этому или нет. Игорь против воли вспомнил отца в больнице. «Консилиум врачей — это хорошо, но видеть этот консилиум возле своей кровати — плохо, — сказал тогда отец. — Это значит, что дела у тебя совсем не очень, и они ищут, с кем разделить ответственность». Он был прав, конечно, его папа.

— Мы сейчас работаем вместе, Дарья Давидовна осваивает профессию в процессе учебы. Она была рядом, когда вы позвонили, — Игорь решил хоть немного успокоить ее. — А две головы лучше одной. К тому же, возможно, вам будет проще рассказать что-то женщине.

Анна кивнула, по-видимому, удовлетворенная ответом.

— Проходите, — пригласила она их. Игорь уже приготовился было к очередному кофейному марафону, но она провела их в комнату.

— Я собиралась позвонить вам после обеда и попросить встретиться со мной вечером, после работы, — бесцветным голосом произнесла Анна, когда они расположились на табуретках, принесенных из кухни не иначе как перед их приходом. Уж очень неуместно они смотрелись в этой комнате. — Хотела рассказать о том, что снова пришло письмо, и еще о звонках…

Она поморщилась и пояснила:

— Я вчера заблокировала телефон для незнакомых номеров. Но вот незадача, ко мне теперь не все могут дозвониться — из поликлиники насчет больничного, начальник вот тоже звонил, а я недоступна. Пришлось отключить эту функцию. А он… ну в смысле, кто-то… звонит и молчит в трубку.

Игорь тоже молчал. Чисто по-человечески он понимал, что это может нервировать, но не настолько же, чтобы звонить следователю в истерике? Точно нет.

— Пришло еще одно письмо, — напомнила Анна. — В этот раз оно отличалось.

Игорь надел перчатки и взял листок. До сих пор отпечатков на рисунках не находили, но он не терял надежды.

На первый взгляд, все было как обычно. Снова обнаженная Анна, стройнее, чем сейчас, в позе лягушки с вскрытым животом и отведенными в стороны участками кожи, снова отдельно от нее, у ножки кровати, лежала матка, на которую в этот раз уронили лишь одну каплю крови. Игорь моргнул и про себя выругался. Как можно быть таким идиотом? Сконцентрировавшись на кровавых подробностях и ожидая их увидеть снова, он едва не пропустил главное. Жертва больше не лежала посреди пустого листа, ее окружала обстановка ее собственной комнаты. Точно такая же кровать, кресло, полки, стол. На полках балерины… Они были едва прорисованы, но их было столько же, сколько в реальности.

— У вас обстановка такая же, как и в прошлых квартирах? — наудачу спросил Игорь, чувствуя, как у него самого холодеет затылок. Хотелось оглянуться.

Анна покачала головой.

— Я всегда снимаю жилье с мебелью, — пояснила она. — Перевожу только личные вещи.

Дарья переводила взгляд с одного на другого. Ну правильно, она же не видела предыдущих рисунков. Анна это поняла, кивнула своим мыслям и достала уже виденную Игорем пачку писем.

Игорь молчал, борясь с безотчетным желанием срочно покинуть квартиру и забрать отсюда Анну.

— Следов взлома не было? — наконец спросил он.

Анна снова отрицательно покачала головой.

— Я бы точно заметила, — уверила она. — Ну и… вы же знаете, какая у меня соседка.

Игорь кивнул. Соседку он помнил. Кстати, с ней тоже стоило поговорить.

— У кого, кроме вас, есть ключ от квартиры, Анна Максимовна? — спросил он, пытаясь втиснуть эту мистику в уже привычную структуру опроса.

Лицо девушки сморщилось как от кислого, словно вопрос был ей неприятен. Впрочем, тут же стало понятно, что так оно и было.

— У моего парня, Вахана Арикяна, — пояснила она и с жаром добавила: — Он не мог. Точно не мог. Он вообще не такой человек. Конечно, он знает про Николая, но только в общих чертах, и с друзьями моими он не общается, да и у меня почти не бывает. Кира Михайловна его не любит, а ему неприятно, что к нему так относятся.

Игорь еле сдержался, чтоб не хмыкнуть. Иногда эти вредные и всеми нелюбимые старухи куда проницательнее даже близких людей. Может, не зря Кире Михайловне не нравится этот парень?

— Если бы он пришел в мое отсутствие, она бы мне все уши прожужжала, — добавила Анна устало. — Это не он.

— Хорошо, — не стал спорить Игорь. — Вы можете отсюда куда-то переехать временно? Или сменить замок?

Анна покачала головой.

— Ваха предлагает переехать совсем на новую квартиру, но на это нужно время, которого у меня сейчас нет, я и так уже отгул сразу после больничного взяла. Но в принципе… к нему вот могу переехать ненадолго. Но не хочу.

Игорь не стал уточнять почему. У его Кристины ведь тоже были свои женские тараканы на этот счет, чем Анна хуже?

— Родители? Друзья? — осторожно спрашивал он, предчувствуя, что сейчас придется утешать снова. Может, она сирота, а он бьет по больному.

Анна и впрямь болезненно скривилась, но нехотя произнесла:

— Они все считают, что я напрасно обидела Колю и что он умер из-за меня. Не думаю, что там мне будет лучше.

Игорь вздохнул. Ну не сама же Анна присылала себе эти письма! Хотя эта мысль посещала его все чаще.

— Наверное, я могла бы переехать в гостиницу на пару-тройку дней, — неуверенно произнесла Анна. — Но тут ведь… непонятно, что это и когда закончится.

Игорь, может, и рад был бы дать ей какие-то гарантии, но пока он и сам не видел, за что можно зацепиться.

— Может, вам поставить камеру в квартире, умную какую-нибудь, — предложил он нехотя. — Которая реагировала бы на движение, на открытие двери или просто записывала все.

Судя по лицу Анны, она была разочарована. Но на что она, собственно, надеялась? Что они с Дарьей сядут в засаду и будут ждать неизвестно кого? Дарье это, может, и будет полезно, но тогда придется отложить остальную работу, а ему еще столько дел надо изучить! Этого Игорь себе позволить никак не мог.

— Наверное, так и сделаю, — наконец ответила она. Игорь перевел взгляд на балерин, не зная, как ее утешить и что еще сделать. К счастью, в разговор вмешалась Дарья.

— Простите, я еще не до конца разобралась в этом деле, — с легкой виноватой улыбкой сказала она. — Но почему он изображает вас именно так? Ваш… сталкер был таким кровожадным в живом общении?

— Нет, — нехотя ответила Анна. — Так было бы даже проще, но нет. Он был тихим и смирным. Просто очень привязчивым. Эта кровожадность появилась уже после того, как он попал в больницу.

Она замялась. Игорь сообразил, что ей неприятно вспоминать об этом. Что-то женское. Хорошо, что он приехал с Дарьей и не должен будет это выслушивать.

— Прошу прощения, я пойду переговорю с вашей соседкой, Анна. Придется признаться ей, что я не ваш коллега.

Анна утомленно качнула головой. Когда Игорь уже надевал ботинки в коридоре, он услышал, как она говорит что-то Дарье. Разобрал только несколько слов: «Не родить… с другим… Коля». И одобрительно кивнул сам себе. Молодец. Правильно все понял.

Соседка не особо помогла. Конечно, глаза ее заблестели, стоило ей услышать, что Игорь из следственного комитета.

— А я думала еще, чья это такая форма, — ехидно заметила она. — На полицейскую не похожа, и уж точно не банковская. Ну, думаю, все равно узнаю.

— Да, Анне Максимовне и так непросто, поэтому она не хотела рассказывать, — Игорь не стал ждать очередного комментария соседки и быстро перешел к интересующим его вопросам: — Кира Михайловна, вы, я вижу, человек бдительный, взгляд у вас цепкий. Скажите, не приходил ли за последние несколько недель кто-то чужой к Анне? Особенно в ее отсутствие. Мужчина какой-нибудь. Ее парень, другой кто-то?

— Мать недавно приходила с квартирной хозяйкой, Аня жаловалась, что она любит иногда нагрянуть без предупреждения, — с удовольствием сообщила та и наморщила лоб, явно вспоминая. Игорь не рискнул переспросить, кто «она» — мать или хозяйка. Впрочем, это было неважно. — Парень ее, этот кавказец. С ней приходил вместе. Вот еще вы. Вроде бы все. Анна не очень общительная девочка.

— А вообще чужие часто бывают в подъезде? — Игорь прикинул не очень привлекательный вариант, что преследует Анну ее собственная мать, но быстро его отверг. На такое способна только настоящая психопатка, а за матерью это должны были заметить раньше.

— У нас домофон с камерой, — похвасталась Кира Михайловна. — Никаких чужих, пропускаем только знакомых, если курьеров кто ждет, и почтальоншу.

— Ясно, — Игорь был разочарован.

Почтальоншу он уже видел и первым делом проверил ее. Пожилая сухонькая женщина в узких очках. Нет, это не могла быть она. А курьеры… Подозревать их, конечно, удобно, просто новый «убийца — дворецкий», такие же незаметные и безликие в своей форме, а в большие рюкзаки можно спрятать даже компактную бензопилу. Но эту версию он оставит на потом. Уточнит у Анны, каких курьеров она вызывала за последние недели, из каких компаний, и узнает, кто на выполнение заказов был назначен. Вряд ли она пустила бы разносчика пиццы в спальню, так что проверить курьеров стоит разве что для своего успокоения.

— Заходите еще, — кокетливо улыбнулась Кира Михайловна. — Такой симпатичный молодой человек, и без кольца. А наша Аннушка такая не пристроенная!

Игорь не стал упоминать, что у него есть невеста, чтобы разговор не заходил на новый виток, попрощался и вернулся в квартиру Анны. Вовремя.

— Вы не переживайте, это просто кто-то ему подражает. Вы же понимаете, что это не Коля? — Дарья говорила тихо, но уверенно, из коридора Игорю было не очень хорошо слышно. Он вошел и обратил внимание, что Анна начала успокаиваться. Даже кивнула, мол, понимаю, конечно.

— Мы, к примеру, сейчас расследуем очень сложное дело: маньяк, похоже, имитирует чьи-то преступления. Так что над вашим делом мы работаем со всей тщательностью, — продолжила утешения Дарья.

— Кхм, — кашлянул Игорь, заметив, как расширились глаза у хозяйки квартиры.

— Ой, я не должна была этого говорить, простите, Анна Максимовна, — Дарья испуганно оглянулась на него. — Понимаете, это может быть кто угодно, он ведь очень тщательно…

— Кхм, кхм… — Игорь понял, что кашля недостаточно и буркнул: — Простите, Анна Максимовна, мы выйдем.

— Ты что творишь, Дарья? — прошипел он в коридоре.

— Успокаиваю, — Дарья захлопала ресницами. — Она перестанет бояться, что мы считаем ее сумасшедшей.

— И начнет бояться, что ее убьет маньяк, которого даже…

Игорь запнулся, вспомнив, что для Дарьи маньяк вполне реальный. Это они пока не уверены даже на пятьдесят процентов, что ищут серийного убийцу, а не просто роются в висяках. Она же принимает их работу за дело серьезное, и Игорь не должен ее в этом разуверить раньше времени. Не запутаться бы!

— Которого за полгода даже опытные следователи не нашли, — сумел выкрутиться он. — Теперь вместо того, чтобы думать, что это злая шутка, она будет думать, что ее могут реально убить.

— А не могут разве? — поспешила уточнить Дарья. — Я к тому, что если версия с подражателем верна, то…

— То ему придется самоубиться, — буркнул Игорь. — Николай пытался покончить с собой, а не с ней.

— А если нет? Если он просто не успел? — Дарья раскраснелась, вошла во вкус. — Откуда вы знаете? Мы знаем о нем только со слов Анны, и все. Судя по тому, что она говорит о своих близких, все считали его безвинно пострадавшим влюбленным. Но что, если все сложнее? И он отказался от мысли о самоубийстве и решился на убийство, а подражатель об этом знал?

— В таком случае подражателя надо искать среди его друзей… — Игорь задумался. — Нет, это не вяжется с остальными убийствами.

— Значит, надо искать среди новых друзей! Узнать, кто посещал его в психбольнице, звонил, писал, носил апельсины. — Дарья умоляюще сложила руки перед собой. — Давайте проверим!

— Проверим, — нехотя сдался Игорь.

— И по конвертам можно вычислить, кто отправлял и откуда, — продолжила вдохновленная поддержкой Дарья.

Игорь несколько секунд колебался, настолько заманчивой была идея отправить помощницу заниматься бессмысленными поисками, но профессионал в нем победил.

— Как давно ты отправляла бумажные письма, Дарья? — спросил он, с ностальгией вспоминая свой первый год участковым. Каким же наивным он тогда был! Видел серьезные преступления и загадки в любой бытовой мелочи. — Судя по молчанию, давно. Или никогда. Так вот. Почтовые ящики установлены по всему городу, обычно в слепых от камер зонах. Необходимости такой нет. Выемку осуществляют раз или два в неделю, по мере наполнения ящика, потом только отвозят в отделение. Отследить, кто отправил письмо, практически нереально.

Дарья шмыгнула носом и отвернулась.

— «Почта России» — один из последних оплотов анонимности, — попытался шутливо подбодрить ее Игорь. — Так что почтовый штемпель дает нам лишь примерную дату отправления… И кое-что еще.

Дарья обернулась. Какая же она еще восторженная! Неужели и он таким был?

— Мы знаем, что Коля или не-Коля точно не был заперт в психиатрической больнице, когда отправлял письма. Или имел возможность выйти, — пояснил он. — К тому же последние письма приходили не по почте. Вот на это и надо обратить внимание.