Девушка пугливо куталась в болото,

ширились зловеще лягушечьи мотивы,

в рельсах колебался рыжеватый кто-то,

 и укорно в буклях проходили локомотивы.

В облачные пáры сквозь солнечный угар

врезалось бешенство ветрянóй мазурки,

и вот я — озноенный июльский тротуар,

а женщина поцелуи бросает — окурки!

Бросьте города, глупые люди!

Идите голые лить на солнцепеке

пьяные вина в меха-груди,

дождь-поцелуй в угли-щеки.