Едва Абеллино покинул рощу, как несколько человек, гулявших неподалеку, увидели тело Маттео, а рядом — дрожащую и бледную Розамунду. Все бросились к ней. Стали сбегаться зеваки, толпа росла, и девушке пришлось подробно рассказывать о случившемся.

Придворные дожа отыскали слуг Розамунды. Гондола уже была наготове, и еще не совсем оправившаяся от страха девушка села в нее и благополучно прибыла во дворец своего дяди.

Напрасно останавливали все лодки, напрасно осматривали всех находившихся в Долабелле во время происшествия — никто не обнаружил ни малейших следов Абеллино.

Скоро слух об этом странном деле разнесся по всей Венеции. Слова избавителя запечатлелись в памяти Розамунды, а поскольку она повторяла свой рассказ множеству людей, то все узнали ужасное имя Абеллино. Он стал предметом всеобщего любопытства и удивления. Все сочувствовали Розамунде и проклинали негодяя, нашедшего в себе столько злобы, чтобы подкупить Маттео. Каждый силился найти в своей памяти подобные происшествия и выводил из них свои заключения. Трудно сказать, какая из догадок была самой нелепой.

Все, кто слышал о приключении, передавали его с новыми подробностями, пока не составился совершенный уже роман, который подошло бы назвать «Могущество красоты», ибо венецианские дамы рассказывали его так, как хотелось их женскому честолюбию, уверяя, что Абеллино, без сомнения, заколол бы Розамунду, если бы необыкновенная краса ее не смягчила сердце варвара. Все также полагали, что страсть, разгоревшаяся в нем, не понравится князю Мональдески[296], богатому и очень знатному неаполитанцу, предназначенному Розамунде в мужья. Дож тайно готовил брак между своей племянницей и человеком столь известным. Князь был уже на пути в Венецию. Невзирая на предосторожности, причина поездки стала известна всем. Только сама суженая, которая никогда не видала Мональдески, не могла понять, почему его ждут с таким нетерпением.

Сначала все поверили рассказу Розамунды. Но кое-какие дамы начали толковать, будто она принимала больше участия в происшествии, чем могло показаться. Пищей для их злословия послужил поцелуй, полученный ею от убийцы. Да, соглашались дамы, Абеллино оказал Розамунде важную услугу, но стоило ли верить, будто разбойник, оказавшись наедине с такой красивой девушкой, мог удовольствоваться столь малой наградой, когда человек его звания едва ли способен вообще испытывать целомудренную любовь?

Короче говоря, приключение с участием Розамунды и Абеллино, несмотря на весь его ужас, сделалось чуть ли не главной забавой злобных и праздных насмешников. В конце концов девушку даже наградили почтенным прозвищем возлюбленной разбойника.

Тем временем дож Андреа Гритти, человек с превосходным характером, хотя и горделивый, не ослаблял усилий в расследовании этого дела. Он отдал строгие приказания задерживать всякого, кто вызывает подозрения. Ночные караулы были удвоены, а шпионы старались выискать Абеллино. Однако все тщетно — никому не удавалось обнаружить его убежище.