В XIX веке некоторые исследователи тайн прошлого заявляли, что Джордж Гордон Байрон и Перси Биши Шелли во время своего европейского путешествия останавливались в отеле «Шваренбах» и даже общались с альпийскими духами, о чем Байрон якобы упоминал в своем дневнике в 1816 году, но издатели великого поэта почему-то самовольно сократили его швейцарские записи. Доказать это невозможно, поскольку подлинник пропал.
Жизнь двух славных английских поэтов была не долгой. В тридцать лет Шелли утонул при кораблекрушении неподалеку от итальянского города Ливорно. А Байрона погубила в тридцать шесть лет лихорадка.

Вид на Прагу
Спустя какое-то время после спиритического сеанса 24 февраля гостья из Праги поинтересовалась у Конан Дойла, удалось ли ему найти доказательства посещения Байроном и Шелли альпийской гостиницы «Шваренбах».
Писатель, как истинный любитель всевозможных тайн, весьма загадочно ответил строкой из байроновской поэмы «Манфред»:
«Зову и заклинаю вас: явитесь!
Ответа нет…»
На это гостья из Праги отреагировала не менее загадочной улыбкой, заявив:
— А знаете, мистер Конан Дойл, я вас, наверное, удивлю!..
— Увы, с каждым годом меня все трудней и трудней чем-либо удивить, — ответил писатель. — Даже если вы сообщите, что в окрестностях Праги обнаружили «Затерянный мир» с живыми допотопными тварями, я не вытаращу глаз и не раскрою рта от изумления.
Не обращая внимания на насмешливый тон собеседника, гостья из Праги продолжила:
— Я хотела рассказать вам о той трагической истории, когда мы встретились на спиритическом сеансе 24 февраля, но не успела.
Конан Дойл насторожился и выжидающе взглянул на собеседницу.
— Так вот, все это случилось в Праге! — торжественно заявила она.
Писатель пожал плечами.
— Что же именно произошло в вашем славном городе?
— Еще в начале XIX века на южной окраине Праги, рядом с водяной мельницей, находился небольшой постоялый двор для крестьян и мелких торговцев. Там и случилась трагедия — точь-в-точь как в альпийском отеле «Шваренбах», — начала свой рассказ собеседница Конан Дойла. — Постоялый двор мельника тоже располагался на проклятом месте, над колодцем, в который то ли в XVI, то ли в XVII столетии сбросили замученную ведьму по имени Марта. Но сделали это не какие-то духи, а городские нищие. В те времена ходила по Праге молва, будто Марта знает, в каком месте, где-то вблизи Ротонды святого Мартина, зарыты несметные сокровища. Нищие сумели захватить ведьму и несколько дней ее пытали. Но Марту не удалось сломить. И тогда мучители, еще живую, сбросили ее в древний колодец. По преданию, ведьма покалечилась от падения, но не погибла и до сих пор обитает в глубине заброшенного, засыпанного колодца…
— И, конечно же, она продолжает посылать проклятия на всех, кто приближается к ее подземной обители, — насмешливым тоном подхватил Конан Дойл. — Простите, что перебил ваш рассказ, но подобные предания в разных вариантах я слышал во всех странах, где мне удалось побывать.
Гостья из Праги нахмурилась.
— Но я не договорила. Единственный сын хозяина постоялого двора при мельнице услышал предание о ведьмином колодце и не пожелал оставаться в отцовском доме, построенном на проклятом месте. После ухода умерла его мать. Где скитался молодой человек, в предании не сказано. Через какое-то время он все же вернулся и был убит отцом. Не правда ли, как схожа пражская трагедия со шваренбахшской?
Заметив недоверчивую улыбку писателя, гостья из Праги сделала многозначительную паузу и добавила:
— А произошло убийство… Когда бы выдумали?.. Именно — 24 февраля!.. Каково совпадение?!
Собеседница победоносно взглянула на Конан Дойла.
— Вы полагаете, это не просто городские слухи и предания? — заинтересовался писатель. — И в самом деле, какие-то загадочные совпадения… И почему все преступления совершались в разных странах именно 24 февраля? Мистика, да и только!
Гостья из Праги, довольная впечатлением своего рассказа на Конан Дойла, заверила:
— Уверяю вас, это не вымыслы городских фантазеров. Даже в педантичных австрийских газетах сообщалось о семейной драме на мельничном постоялом дворе в Праге. И немецкий драматург Цахариас Вернер написал пьесу «24 февраля», когда узнал не только о событиях в альпийском отеле, но и у нас, в Чехии. Так что, мистер Конан Дойл, советую вам не только снова посетить Швейцарию, но и побывать в Праге…