Когда на горе Петржин началось строительство фуникулера, Вашек почему-то проявил к этому большой интерес. Завсегдатаи «У Святого Томаша» решили, что он задумал отобразить столь значимое для Праги событие на полотне.

Однако шло время, художник частенько наведывался на стройку, но ни его рисунков, ни картин по-прежнему никто не видел.

А однажды, незадолго до пуска фуникулера, во время очередного застолья «У Святого Томаша» Вашек заявил приятелям:

— Дивная история произошла со мной… — Он сделал многозначительную паузу, во время которой даже не притронулся к кружке с пивом.

Этот факт вызвал удивление у приятелей Вашека. Они молча с интересом уставились на него.

А художник через минуту-другую, по-прежнему не глядя на свой любимый напиток, продолжил:

— Вчера вечером, когда строители фуникулерной дороги отправились отдыхать, я заглянул в яму, которую они только что вырыли.

— Зачем? — удивился один из слушателей.

— Сюжет для новой картины решил поискать? — ехидно спросил другой.

Вашек пожал плечами.

— Честное слово, не знаю… Сам не могу понять, чем меня приманивает эта стройка на Петржине. В общем, когда я остановился на краю ямы, из ее глубины послышались непонятные звуки. Первым делом мелькнула мысль, что кого-то из рабочих завалило землей, и бедолага пытается призвать на помощь. Пока я размышлял, какие предпринять действия, край ямы под моими ногами стал оседать. Отпрянуть не успел и покатился вниз. Слава Богу, ничего себе не сломал. Поднялся на ноги и огляделся. Тут же прикинул, что самому отсюда не выбраться. Как быть?..

— Позвал бы на помощь. Ведь не в пустыне оказался!.. — произнес кто-то из слушателей.

— Бесполезно. Пустая трата сил… — Вашек махнул рукой. — На сотни шагов от ямы не было ни одного человека. Сидеть сложа руки и ждать, когда вернутся строители? Так неизвестно, когда это произойдет. Сколько же придется находиться в плену грязи, темноты и сырости?..

Вашек сокрушенно вздохнул, вспоминая пережитое:

— В общем, от невеселых мыслей меня отвлекли все те же странные звуки. Но теперь они слышались громче: то ли человек стонал и молил о помощи, то ли сама земля о чем-то жаловалась. Я присел на корточки и протянул руку туда, откуда доносились звуки. Ладонь вначале скользнула по влажной холодной земле, а потом оказалась в пустоте. Наверное, лаз или вход в пещеру. Сразу толком не смог разглядеть. Ну, какой нормальный человек, оказавшись в моем положении, полезет туда?

Вашек обвел слушателей ожидающим поддержку взглядом.

Приятели согласно закивали головами.

— И в самом деле!..

— Я бы в одиночку — ни за что!..

— Только полный дуралей, свалившись ночью в яму, полезет еще в какую-то пещеру!..

— Вот таким дуралеем я и оказался! — Вашек ударил себя кулаком в грудь. — Не знаю уж, какая сила подтолкнула меня из простой темноты в тьму кромешную. Вначале полз в подземелье на брюхе. Больно узким и не высоким оказался лаз. Известное дело, перемазался хуже трубочиста. Но вскоре подземный проход расширился и я смог подняться на ноги и двигаться в полный рост.

— Да как же ты в непроглядной темноте находил дорогу?..

— А если бы какую-нибудь пропасть свалился?.. — поинтересовались слушатели.

Вашек пожал плечами.

— Сам не понимаю. Действительно, разглядеть ничего не мог, а все шел и шел. Правда, одной рукой постоянно ощупывал стену подземелья. Так и двигался во мраке, может, минут десять, а может, четверть часа. И вдруг словно глаза обожгло…

Художник перевел дыхание, будто снова побывал в пещере.

— За поворотом, шагах в тридцати от меня, полыхал огромный факел. На мгновение я зажмурился, а потом снова открыл глаза. И смог рассмотреть, что этот необычный светильник ни к чему не прикреплен. Висит себе в воздухе, а неподалеку от него стоят четыре старика. Хоть пламя факела было ярким, я не смог разглядеть ни их лиц, ни в чем они одеты. Деды не заметили меня. Они смотрели на факел, а потом вдруг запели громко, протяжно и заунывно, будто кого-то оплакивали. Слов я не разобрал, но понял: вот какие звуки услышал, когда свалился в яму.

— Ну, а как эти подземные старики восприняли твое появление? — оживились приятели.

— Да говорю же: они меня и не заметили, — ответил художник.

— Надо было потолковать с ними, расспросить, кто такие да как сюда попали, — с усмешкой произнес один из приятелей.

Вашек покачал головой.

— Не стал я испытывать судьбу и тихонько двинулся в обратный путь. Подземные деды, видимо, увлеклись песнопением и ничего не услышали. Слава Богу, с дороги в темноте не сбился, не заплутал. Вывалился из подземелья и снова оказался в злосчастной яме. На мою удачу, там уже копошились строители. Увидели меня — перепугались не на шутку. — Вашек улыбнулся. — Сами понимаете, какой у меня был видок. Ну, я, как мог, успокоил строителей, но про пещеру, факел и стариков ничего не сказал…