Ночью ростовщику вдруг захотелось взглянуть на книгу в темно-вишневом переплете. Он стал перелистывать «кладник». С каждой страницей разгорался интерес. Неведомый автор детально описывал пражские дома, дворы, сады, колодцы, подземелья и указывал, на какой глубине в них спрятаны сокровища.

«Если в этой книге есть хоть какая-то доля правды, стоит попробовать, — наконец решил ростовщик. — Но почему аптекарь сам не воспользовался указаниями „кладника“? Всего лишь одна находка — и он бы не только расплатился с долгами, но и зажил на широкую ногу…»

Но вскоре подобные сомнения Ржетизэка развеялись как бы сами собой. На следующую ночь ростовщик решил попытать счастья и отправиться к ближайшему, от его дома кладу, упомянутому в книге. Это место находилось в десяти шагах от главного входа церкви Богоматери перед Тыном.

Добывать сокровище Ржетизэк пошел один. Если повезет, не надо ни с кем делиться. А в случае неудачи, никто не поднимет его на смех и не обзовет глупым легковером.

Дождался ростовщик, когда городская стража уйдет греться в храм, отсчитал по прямой десять шагов от главного входа и взялся за кирку и лопату. Копнул раз, копнул другой и вдруг почувствовал, как заступ звякнул о что-то металлическое.

Ржетизэк сунул руку в углубление и охнул:

— Удача! Не обманул «кладник»!

Он выхватил из земли тяжелую металлическую шкатулку. Руки дрожали, и ростовщик с трудом достал нож и стал вскрывать шкатулку. Но она не поддавалась.

— Вот сейчас… Вот сейчас сверкнут вожделенные золото или драгоценные камни… — бормотал ростовщик, подбадривая себя.

Но не сбылось ожидание.

От вершин двух шпилей церкви Богоматери перед Тыном послышался неясный шум. Ржетизэк взглянул вверх. Ему показалось, огромная летучая мышь парит вокруг шпилей. Хоть и темна была ночь, но крылья твари он хорошо разглядел.

Тем временем чудовище стало снижаться. Ростовщик перекрестился от страха, прижал шкатулку двумя руками к груди и кинулся прочь. А легкий звук летящей твари преследовал его. Незадачливый кладоискатель петлял по ночным улочкам, но шорох могучих крыльев не отставал.