В зеленый углубился полумрак,

как шелковым плащом облекся тенью,

в листве угадывая по движенью

в конце прозрачном чуть заметный шаг,

сопровождаемый зеленым диском;

так белый образ промелькнул

на расстояньи отдаленно близком,

с неимоверным сопряженный риском

исчезнуть, кто бы ни взглянул,

залюбовавшись ею, белокурой,

хоть на мгновение, хоть раз,

когда глаза не избегают глаз,

подернутые пеленою хмурой,

ради мгновенной, зримой тишины

отчетливы, как будто на портрете,

на миг, но и навек на этом свете

и неразлучны, и разлучены.