Однажды случилось так, что у одного султана родился сын и в то же время чистокровная кобыла из его конюшен родила жеребенка. И султан сказал:
— Пусть появившийся на свет жеребенок будет записан на счастье моего новорожденного сына и станет его собственностью.
Когда же ребенок повзрослел, его мать умерла, в тот же день скончалась и кобыла, что родила того жеребенка.
А дни шли, и султан женился на другой женщине, которую он выбрал из дворцовых рабынь. И он повелел отдать мальчика в школу, больше не заботясь о нем и не любя его. И сын его первой жены, как сирота, всякий раз, возвращаясь из школы, приходил к коню своему, гладил его, давал ему поесть и попить и рассказывал о своих горестях и одиночестве.
Так вот, у рабыни, на которой женился султан, был любовник, врач-еврей, — да будет он проклят! И эти двое чувствовали себя очень неуверенно во время своих встреч благодаря присутствию во дворце отрока. И они спрашивали себя: «Что же нам делать?» И они додумались до того, чтобы отравить молодого принца.
И вот однажды он, как обычно, вернулся из школы и пошел к коню своему. И он нашел его плачущим и спросил его, поглаживая: — Отчего ты плачешь, о конь мой?
И конь ответил:
— Я плачу о жизни, которой вскоре ты лишишься.
Он же спросил его:
— И кто же хочет отнять у меня жизнь?
И конь ответил:
— Жена отца твоего и врач-еврей, этот проклятый.
И отрок спросил:
— И как они решили это сделать?
И конь сказал:
— Они припасли для тебя яд, который приготовили из кожи негра. И они положат его в еду твою, поэтому остерегайся вкушать ее.
И вот когда молодой принц подошел к жене отца своего, она поставила перед ним еду. Он взял ее и, в свою очередь, поставил перед кошкой жены султана, которая мяукала у его ног. И прежде чем хозяйка успела помешать ему, кошка проглотила еду и тотчас умерла. А принц встал и вышел, сделав вид, что ничего не заметил.
Тогда жена султана и врач-еврей спросили каждый в душе своей: «Кто мог предупредить его?» И они решили, что никто не мог это сделать, кроме коня его. Тогда жена султана сказала себе: «Ну ладно» — и притворилась, что заболела. И султан призвал этого проклятого врача-еврея, который был их придворным врачом, чтобы тот осмотрел больную. И он осмотрел ее и сказал:
— Лекарство для нее может быть приготовлено из сердца коня, рожденного чистокровной кобылой такого-то цвета.
И султан сказал:
— У меня есть только один конь, который подходит под это описание, это конь моего сына, рожденного первой женою моей.
И когда юный принц вернулся из школы, отец сказал ему:
— Твоя мачеха больна, и нет для нее другого лекарства, кроме сердца коня твоего, рожденного породистой кобылой.
И юноша ответил:
— Хорошо, о отец мой, но я еще ни разу не седлал коня своего. И я хотел бы сначала поскакать на нем, а потом пусть его зарежут и заберут сердце его.
И когда султан согласился на это, юноша вывел коня, взобрался на него и пустил его вскачь прочь от дворца султана. И вскоре они исчезли из вида, а султан пустил за ними погоню, но всадники не смогли найти их.
А конь с принцем прискакали в другое царство, и конь остановился возле царского сада. И он дал юноше пучок волос из своей гривы и огниво и сказал ему:
— Если я тебе понадоблюсь, сожги один из этих конских волосков — и я тотчас же появлюсь. А теперь я лучше оставлю тебя, во-первых, чтобы позаботиться о собственном пропитании, а во-вторых, чтобы не мешать тебе встретиться с судьбой твоей.
И сын султана обнял коня своего, и они расстались.
И пошел принц к главному садовнику и сказал ему:
— Я здесь никого не знаю. Не возьмешь ли ты меня к себе на службу?
И садовник ответил ему:
— Хорошо. Мне как раз нужен человек, чтобы управлять волом, который крутит водяное колесо для полива.
И молодой принц подошел к колесу для полива и принялся погонять вола садовника.
И вот в тот день по саду гуляли дочери царя, и младшая увидела юношу, погонявшего вола, который крутил водяное колесо. И любовь вспыхнула в ее сердце. Однако, не подав вида, она сказала сестрам своим:
— О сестры мои, как долго мы будем обходиться без мужей? Наверное, отец наш хочет, чтобы мы тут прокисли. Наша кровь от этого свернется.
И сестры сказали ей:
— Это правда. Мы киснем тут, и наша кровь сворачивается.
И они, все семеро, собрались, пошли к матери своей и сказали ей:
— Неужели отец наш хочет, чтобы мы кисли тут в одиночестве? Наша кровь от этого свернется. Или, может быть, он наконец найдет для нас мужей, которые уберегут нас от этой печальной участи.
Тогда мать их пошла к царю и поговорила с ним об этом деле. И царь приказал кричать по городу, чтобы все юноши прошли под окнами его дворца, потому что принцессы должны выйти замуж.
И все юноши прошли под окнами его дворца его. И всякий раз, когда кто-нибудь из них нравился одной из сестер, она бросала ему свой платок. И таким образом все шестеро заполучили мужа по собственному выбору и были этим очень довольны.
Однако младшая дочь так никому и не бросила свой платок. И царю сказали об этом, и он спросил:
— Значит, в городе больше не осталось ни одного юноши?
И ему ответили:
— Остался только бедный юноша, который крутит водяное колесо в твоем саду.
И царь тогда сказал:
— И все-таки он тоже должен пройти под окнами дворца, хотя я знаю, что дочь моя его точно не выберет.
Пошли за ним и привели под окна дворца. И тогда младшая дочь бросила ему свой платок и вышла за него замуж. И от такого горя царь, отец ее, заболел.
И тогда собрались врачи и приказали ему в качестве диеты и лекарства пить молоко молодой медведицы, хранящееся в бурдюке из только что снятой медвежьей шкуры.
И царь ответил:
— Это легко устроить. У меня есть шесть зятьев, они прекрасные наездники, ничуть не похожие на того проклятого, седьмого, крутильщика водяного колеса. Скажите им, чтобы они принесли мне это молоко.
Тогда шестеро царских зятьев сели на прекрасных коней своих и поехали, чтобы достать молоко медведицы. А муж младшей дочери взобрался на хромого мула и тоже отправился в путь, и все над ним смеялись. Однако, оказавшись в отдаленном уединенном месте, он ударил по огниву, сжег один конский волос — и явился конь его. Юноша обнял его и рассказал ему все, о чем должен был рассказать.
А через некоторое время из странствий вернулись шестеро царских зятьев, и они привезли бурдюк из шкуры медведицы, наполненный медвежьим молоком, вручили его царице, матери жен своих, и сказали ей:
— Прикажи отнести этот бурдюк нашему царю!
Царица хлопнула в ладоши — и прибежали евнухи. И она сказала им:
— Отдайте это молоко врачам для осмотра.
И врачи осмотрели молоко и сказали:
— Это молоко старой медведицы, оно находится в бурдюке из старой шкуры и может принести только вред здоровью царя.
И тогда евнухи сразу вернулись к царице, передали ей слова врачей и сказали:
— А этот бурдюк нам только что вручил юноша на коне, который был красивее ангела Харута[24].
И царица сказала им:
— Отнесите и этот бурдюк врачам, чтобы они осмотрели его.
И врачи осмотрели его и сказали:
— Вот то, что мы искали. Это молоко молодой медведицы в бурдюке из свежеснятой медвежьей шкуры.
И они дали его пить царю, который в одночасье исцелился и сказал:
— Кто принес это лекарство?
И ему ответили:
— Это юноша на лошади, который красивее ангела Харута.
И царь сказал:
— Пусть передадут ему от меня кольцо царствования и посадят его на мой престол. А потом я встану и пойду, чтобы развести младшую дочь мою с этим парнем, крутильщиком водяного колеса. И я выдам ее замуж за того красавца, который заставил меня вернуться из страны смерти.
И его приказ был немедленно исполнен.
Затем царь встал, оделся и пошел в тронную залу. Он пал к ногам прекрасного юноши, который сидел на троне, и поцеловал их. И он увидел рядом с ним младшую дочь свою, которая улыбалась ему. И он сказал ей:
— Вот и славно, о дочь моя! Я вижу, ты уже развелась с этим парнем, крутильщиком водяного колеса, и остановила свой выбор на этом юноше, который красивее ангела Харута.
И младшая дочь сказала ему:
— О отец мой, парень, крутильщик водяного колеса, и юноша, который принес тебе молоко молодой медведицы и сейчас восседает на престоле царствования, — это один и тот же человек.
И царь был ошеломлен этими словами и, обратившись к прекрасному юноше, сидящему на троне, спросил:
— Это правда?
И тот ответил:
— Да, чистая правда. И если ты не хочешь, чтобы я был твоим зятем, то сделать это легко, потому что твоя дочь еще девственница.
И царь обнял его и прижал к груди своей. А затем он отпраздновал его свадьбу со своей младшей дочерью. А потом, после первой брачной ночи, юноша вел себя так хорошо, что навеки лишил молодую супругу свою возможности скиснуть, а ее кровь — свернуться.
После чего он во главе многочисленного войска вернулся с нею во владения отца своего. И обнаружил, что его отец умер, а жена его заправляет всеми делами султаната вместе с врачом-евреем, да будет он проклят! И тогда он схватил обоих и испепелил их в один миг, и жизнь их закончилась, и они обратились в пепел.
И это все, что случилось с ними.
Хвала Аллаху, пребывающему вовеки!
И султан Бейбарс, услыхав эту историю Салах ад-Дина, сказал:
— Как жаль, что больше некому рассказывать мне подобные истории!
Тогда вперед выступил двенадцатый начальник стражи, по имени Наср ад-Дин[25], который после приветствий сказал султану Бейбарсу:
— Я еще ничего не рассказывал, о мой повелитель! И после меня уже никто ничего не расскажет, потому что уже больше нечего будет рассказывать.
И султан Бейбарс обрадовался и сказал ему:
— Тогда расскажи, что там у тебя припасено!
И двенадцатый начальник стражи рассказал следующее:
Рассказывают, — но есть ли кто-то более сведущий, чем Аллах? — что жил на земле царь. И этот царь был женат на бесплодной царице. И вот однажды к царю пришел магрибинец и сказал ему:
— Если я дам тебе снадобье, чтобы жена твоя зачинала и рожала столько, сколько она пожелает, ты отдашь мне своего первого сына?
И царь ответил:
— Хорошо, я отдам его тебе.
Тогда магрибинец дал царю две сладкие таблетки, одну зеленую и одну красную, и сказал ему:
— Ты съешь зеленую, а жена твоя — красную. А остальное сделает Аллах.
И, сказав это, он ушел. И царь съел зеленую таблетку и дал жене своей красную, и она съела ее. И она забеременела и родила сына, которого они назвали Мухаммедом — да будет благословенно это имя! И ребенок стал подрастать, и был он способным в обучении и одарен красивым голосом.
А потом царица родила второго сына, которого они назвали Али, и он стал расти неуклюжим и криворуким. После чего она снова забеременела и родила третьего сына, по имени Махмуд, который стал расти глупым и ленивым.
И вот по прошествии десяти лет магрибинец пришел к царю и сказал ему:
— Отдай мне своего первого сына!
И царь сказал:
— Хорошо. — И пошел он к супруге своей и сказал ей: — Магрибинец пришел к нам просить нашего старшего сына.
И она ответила ему:
— Никогда! Отдадим ему нашего неуклюжего Али.
И царь сказал:
— Хорошо.
И он подозвал неуклюжего Али, взял его за руку и отдал магрибинцу, который взял его и ушел.
И он бродил с ним по дорогам по жаре до полудня, а потом спросил его:
— Ты не голоден? Не хочешь ли пить?
И мальчик ответил ему:
— Клянусь Аллахом! Что за вопрос?! Неужели ты думаешь, что после полудня, проведенного без еды и питья, я не испытываю голод и жажду?!
Тогда магрибинец хмыкнул, взял мальчика за руку, привел его к отцу и сказал:
— Этот не мой сын.
И царь спросил его:
— А который же твой?
И магрибинец ответил:
— Покажи мне всех троих, и я узнаю его.
Тогда царь позвал трех сыновей своих. И магрибинец протянул руку и взял старшего, Мухаммеда, который был умным и одаренным красивым голосом. И он ушел и ходил с ним полдня, а потом спросил его:
— Ты не голоден? Не хочешь ли пить?
И умный сын ответил:
— Если ты голоден или хочешь пить, то и я голоден и хочу пить.
И тогда магрибинец обнял его и сказал:
— Это так, и ты умен, и ты действительно мой сын.
И он повел его в свою страну, вглубь Магриба, и привел его в сад, где дал еду и питье. После чего магрибинец принес ему гримуар[26] и сказал:
— Читай эту книгу!
И юноша взял книгу и открыл ее, но он не смог понять в ней ни одного слова.
И тогда магрибинец разозлился и сказал ему:
— Как?! Ты мой сын и не умеешь расшифровывать этот гримуар?! Клянусь Яджуджем и Маджуджем[27] и огнем вращающихся звезд, если через месяц ты не будешь знать всю эту книгу наизусть, я отрублю тебе правую руку!
И после этого он оставил его и вышел из сада.
И юноша взял гримуар, принялся читать и читал в течение двадцати девяти дней. Но по прошествии этого времени он еще даже не знал, как его нужно правильно держать и в каком направлении читать его тексты. И тогда он сказал себе: «Раз у меня остался всего один день, судьбы мне не избежать. Пойду погуляю по саду и не буду продолжать таращить глаза на этот гримуар». И он зашел далеко под деревья сада и вдруг увидел перед собой молодую девушку, повешенную за собственные волосы. И он поспешил ее освободить. Она же поцеловала его и сказала:
— Я принцесса, попавшая под власть этого магрибинца. Он подвесил меня здесь, потому что я выучила гримуар наизусть.
Тогда Мухаммед сказал ей:
— Я тоже царский сын, и магрибинец дал мне свой гримуар, чтобы я выучил его наизусть за тридцать дней, и до моей погибели остался только завтрашний день.
И принцесса сказала ему:
— Я научу тебя читать гримуар, но, когда придет магрибинец, скажи ему, что ты его не познал.
Потом она села рядом с ним, обняла его, поцеловала и научила читать гримуар.
В эту минуту Шахерезада заметила, что восходит утренняя заря, и с присущей ей скромностью умолкла.
А когда наступила
она сказала:
Тут она села рядом с ним, обняла его, поцеловала и научила читать гримуар. А потом сказала ему:
— Ты должен оставить меня в таком виде, в каком увидел.
И он повиновался ей.
А под конец тридцатого дня пришел магрибинец и приказал юноше:
— Читай гримуар!
А тот ответил:
— Как же я буду читать его, если я не понял в нем ни слова?
И магрибинец тотчас отрубил ему правую руку и сказал:
— У тебя еще есть срок в тридцать дней! Если через это время ты не познаешь гримуар, я отрублю тебе голову!
А когда он ушел, юноша пошел в сад, держа в левой руке свою отрубленную руку, чтобы найти там девушку. И он снова освободил ее, а она сказала ему:
— Вот три листа одного растения, которое я нашла, в то время как магрибинец ищет его уже сорок лет, чтобы пополнить с его помощью свои знания о магии. Наложи два из них на обе части руки твоей — и она заживет.
И юноша сделал это, и его рука стала как прежде.
Тогда девушка, читая что-то в гримуаре, потерла третий листок — и в тот же миг из-под земли явились два быстроногих верблюда и опустились на колени, чтобы принять их на свои спины.
И девушка сказала юноше:
— Давай отправимся домой, к нашим родителям! А потом ты приедешь просить моей руки во дворец отца моего, в такое-то место, в такую-то страну.
И она ласково поцеловала его. И по взаимному их обещанию каждый пошел в свою сторону.
И юный Мухаммед прибыл к своим родителям на быстроногом верблюде. Однако он ничего не сказал им о том, что с ним произошло. Он только передал верблюда их главному евнуху и сказал ему:
— Иди и продай этого верблюда на рынке, но поостерегись продавать веревку, которая у него в носу!
И евнух взял верблюда за веревку и пошел на рынок, где продавали и покупали скот. И там он встретил продавца гашиша, который захотел купить этого верблюда. И после долгих споров и препирательств он купил его у евнуха по очень низкой цене, так как обычно евнухи ничего не смыслят в купле-продаже. И чтобы завершить сделку, он продал его вместе с веревкой.
И вот продавец гашиша повел верблюда мимо своей лавки, чтобы заставить своих обычных клиентов, потребителей гашиша, восхищаться им. Он принес таз с водой, чтобы напоить верблюда, и поставил его перед ним, в то время как потребители гашиша наблюдали за этим. И верблюд поставил обе передние ноги в таз, чем рассмешил зрителей. Тогда продавец гашиша ударил его, крикнув:
— Назад, о проклятый!
А верблюд, услышав это, поднял две задние ноги и нырнул головой вперед, прямо в таз, пропал в воде и больше не появлялся.
При виде этого продавец гашиша всплеснул руками и воскликнул:
— О мусульмане, на помощь! Мой верблюд утонул в тазу!
И, крича так, он показывал на веревку, оставшуюся у него в руках. А собравшиеся со всех концов базара люди говорили ему:
— Молчи, о человек! Ты, верно, сошел с ума! Как верблюд может утонуть в тазу?!
А он отвечал им:
— Уходите! Что вы здесь делаете? Говорю вам, он утонул в тазу, бросившись в него головой! Вот его веревка, она осталась у меня в руках! Спросите у почтенных, которые сидят тут, у меня, говорю я правду или лгу!
Но здравомыслящие базарные купцы сказали ему:
— Ты и те, кто сидит у тебя, — потребители гашиша, вам нельзя доверять.
И вот пока они так спорили, магрибинец, заметивший исчезновение юноши и принцессы, пришел в безграничную ярость, укусил себя за палец и, чуть не откусив его, воскликнул:
— Клянусь Яджуджем и Маджуджем и огнем вращающихся звезд, я догоню их, пусть даже они окажутся на седьмой планете![28]
И он помчался сначала в город Авис, и он вошел в него как раз в разгар спора между потребителями гашиша и народом на базаре. И, услыхав историю о веревке, верблюде и тазе, который послужил для него морем и могилой, он подошел к продавцу гашиша и сказал ему:
— О бедняга, если ты потерял своего верблюда, я готов заплатить тебе за него. Ради Аллаха, отдай мне только то, что от него осталось, а именно эту веревку, и я дам тебе цену, которую он тебе стоил, и еще сто динаров.
И сделка была тут же заключена, и магрибинец взял у продавца гашиша верблюжью веревку и тихонько ушел, радуясь своей удаче.
Дело в том, что эта веревка обладала силой захвата. И как только магрибинец показал ее издалека царевичу, тот сразу же сам просунул в нее голову, тотчас же превратился в бегового верблюда и опустился на колени перед магрибинцем, а тот взобрался к нему на спину.
И магрибинец погнал его в сторону города, где жила принцесса. И вскоре они оказались под стенами сада, который окружал дворец отца ее. Но в тот момент, когда магрибинец тянул за веревку, чтобы заставить верблюда опуститься на колени и лечь, мудрый Мухаммед в образе верблюда смог ухватить веревку зубами и перекусить ее посередине. И тут же сила, присущая этой веревке, была уничтожена. А мудрый Мухаммед, чтобы спастись от происков магрибинца, превратился в большой гранат и спрятался на ветвях между цветами гранатовых деревьев.
Тогда магрибинец вошел к султану, отцу принцессы, и после приветствий и пожеланий мира, сказал ему:
— О царь времен, я пришел попросить у тебя гранат из твоего сада, потому что дочь моего дяди беременна и душа ее горячо желает гранат. А ты знаешь, какой грех не удовлетворять желания беременной женщины.
И султан удивился этой просьбе и ответил:
— О человек, нынче не сезон для гранатов, ведь гранатовые деревья в моем саду лишь вчера расцвели.
А магрибинец ответил:
— О царь времен, если в твоем саду не найдется спелого плода граната, пусть мне отрубят голову!
Тогда султан позвал своего главного садовника и спросил его:
— Правда ли, о садовник, что в моем саду есть спелые гранаты?
И садовник ответил:
— О мой повелитель, разве нынче время для спелых гранатов?
И тогда султан обратился к магрибинцу и сказал ему:
— Пропала твоя голова!
В этот момент своего повествования Шахерезада заметила приближение утра и скромно умолкла.
А когда наступила
она сказала:
И когда султан сказал магрибинцу: «Пропала твоя голова!» — тот ответил:
— О царь времен, прежде чем моя голова отделится от тела, прикажи своему садовнику поискать в саду спелые гранаты.
И султан согласился и махнул садовнику рукой, чтобы тот проверил, нет ли на деревьях спелых гранатов, несмотря на то что для них пока не сезон. И садовник спустился в сад и нашел на одном из гранатовых деревьев большой плод, который не был похож на любой другой гранат, виденный им в жизни. И он сорвал его и принес султану.
И султан взял этот гранат и поразился безмерно, и он не знал, оставить ли его при себе или отдать этому человеку, который попросил его для своей беременной жены. И он сказал визирю своему:
— О визирь мой, я хотел бы съесть этот большой гранат! Что скажешь?
И визирь ответил ему:
— О мой повелитель, скажи, если бы гранат не нашли, разве ты не отрубил бы голову этому магрибинцу?
И султан ответил:
— Да, конечно!
Тогда визирь сказал:
— Значит, гранат принадлежит ему по праву.
Тогда султан собственноручно вручил гранат магрибинцу. Но как только магрибинец дотронулся до него, гранат лопнул и все зерна посыпались из него и покатились в разные стороны. А магрибинец принялся собирать их одно за другим, пока не добрался до последнего зерна, которое упало в небольшую ямку у подножия царского трона. Так вот именно в этом зерне и была скрыта жизнь мудрого Мухаммеда. И магрибинец вытянул шею и протянул руку, чтобы взять его и раздавить. Но вдруг из этого зернышка вылетел кинжал и во всю длину своего клинка вонзился в сердце магрибинца. И он умер в ту же минуту, извергнув свою душу неверного вместе со своей кровью.
А юный царевич Мухаммед явился во всей своей красоте и поцеловал землю между рук султана. И в этот самый момент вошла принцесса, дочь султана, и сказала:
— Вот этот юноша, отвязавший мои волосы с дерева, на котором я висела.
И султан сказал:
— Раз уж этот юноша тебя освободил, тебе ничего не остается, кроме как выйти за него замуж.
И девушка ответила согласием, и их свадьба была пышно отпразднована. И их брачная ночь была благословенной. И с тех пор они жили вместе, довольные и счастливые, и имели они детей, сыновей и дочерей.
И это все, что случилось с ними. Слава и хвала Единственному, у Которого нет ни начала, ни конца!
Так говорил двенадцатый начальник стражи, которого звали Наср ад-Дин. И он был последним среди рассказчиков.
И султан Бейбарс содрогнулся от удовольствия, которое доставил ему этот рассказ, и радость его дошла до крайних пределов. И чтобы отметить начальников своей стражи, которые так его развлекли, он назначил их всех дворцовыми камергерами[29] с жалованьем в тысячу динаров в месяц из царской казны. И он сделал их своими сотоварищами и не расставался с ними больше ни во время войны, ни в мирное время. И да пребудет над ними милость Всевышнего!
Сказав это, Шахерезада улыбнулась и скромно замолчала. И царь Шахрияр сказал ей:
— О Шахерезада, как коротки теперь ночи, жаль, что они не позволяют мне слышать большего из уст твоих!
И Шахерезада ответила:
— Да, о царь! Тем не менее я верю, что и сегодня, если ты позволишь, я успею рассказать тебе историю, которая оставляет далеко позади все, что ты слышал ранее.
И царь Шахрияр ответил:
— Конечно, Шахерезада, ты можешь начать рассказывать ее, так как она, я в этом не сомневаюсь, достойна восхищения!
Тогда Шахерезада начала так: