О султан, о владыка духов! Знай же, что эта ослица была моей женой. Однажды я отправился в путешествие и пробыл целый год в разлуке с нею. Покончив с делами, я вернулся домой ночью и застал ее лежащею на коврах моего ложа в объятиях невольника-негра: оба они весело болтали, смеялись и целовались, возбуждая друг друга. Как только жена увидела меня, она быстро вскочила и бросилась на меня с кружкой воды в руках.

Пробормотав какие-то слова, она окропила меня водой и громко произнесла:

— Оставь свой настоящий вид и прими вид собаки!

И в то же мгновение я превратился в собаку. Тогда она прогнала меня из моего дома. Долго бродил я по улицам и наконец вошел в мясную лавку, где принялся глодать кости. Когда хозяин лавки заметил меня, он подозвал меня и привел к себе домой.

Однако когда меня увидела дочь мясника, она закрыла свое лицо покрывалом и сказала отцу:

— Как это ты вводишь к нам в дом постороннего мужчину?

Отец же спросил:

— Где же этот мужчина?

И дочь ответила:

— Вот эта собака и есть мужчина. Его околдовала женщина, но я могу избавить его от ее чар.

Тогда отец сказал:

— Ради Аллаха — да будет Его благословение над тобою, — избавь его от чар, о дочь моя!

Тогда дочь мясника взяла кружку с водою, прошептала над нею какие-то слова и окропила меня этой водой со словами:

— Оставь свой теперешний вид и прими снова прежний!

Как только она произнесла эти слова, я опять принял прежний вид. Тогда я подошел к молодой девушке, поцеловал у нее руку и сказал:

— Да будет благословение Аллаха над тобою! Я желал бы, чтобы ты заколдовала мою жену точно так же, как заколдовала она меня.

Тогда она дала мне немного воды и сказала:

— Если ты увидишь твою жену спящей, окропи ее этой водою, и она примет такой вид, какой ты пожелаешь!

И действительно, я застал жену спящей, окропил ее этой водою и сказал:

— Оставь свой теперешний вид и прими вид ослицы!

И как только я проговорил эти слова, она превратилась в ослицу.

И вот перед тобой эта ослица, о султан и владыка царей духов!

Тогда дух обратился к ослице и спросил:

— Правда ли все то, что рассказал о тебе этот старик?

И она принялась кивать головою, как будто говоря: «О да, о да! Все это правда!»

Этот рассказ привел ифрита в такой восторг, что он подарил третьему шейху последнюю треть крови купца.

Тут Шахерезада увидела, что занимается заря, и скромно замолчала, не желая злоупотреблять разрешением царя.

Тогда Доньязада сказала:

— О сестрица, как прелестны, как полны свежести и вкуса твои рассказы!

И Шахерезада ответила:

— Но что это в сравнении с тем, что я расскажу тебе в следующую ночь, если только султан, мой повелитель, захочет продлить мою жизнь!

«Клянусь Аллахом, — сказал про себя царь, — я не убью ее до тех пор, пока не узнаю продолжения этого удивительного рассказа!»

Затем он провел остальную часть ночи в объятиях Шахерезады, а когда наступил день, отправился в залу Совета, где ждали его визирь и другие чиновники. И царь занимался делами, и творил суд, и обсуждал назначения и смещения чиновников, и так до самого конца дня. Потом, когда диван закрылся, он отправился к себе во дворец, и, когда наступила

ТРЕТЬЯ НОЧЬ,

Доньязада сказала сестре:

— Сестрица, прошу тебя, доскажи нам твою чудесную сказку.

Шахерезада ответила:

— От всего сердца исполняю твою просьбу.

И она начала так:

Счастливый царь, рассказывают, что история третьего шейха привела джинна в такой восторг, что он сказал:

— Я дарю тебе третью часть крови купца в искупление его вины и отпускаю его домой.

Тогда счастливый купец стал горячо благодарить своих избавителей, и старики не менее его самого радовались его спасению. Затем, распростившись друг с другом, каждый отправился своим путем.

— Но, — продолжала Шахерезада, — история эта далеко не так удивительна, как рассказ о рыбаке и ифрите.

Тогда царь спросил Шахерезаду:

— Какой же это рассказ о рыбаке и ифрите?

И Шахерезада начала: