Алексей

Млять! Зачем я вообще завёл об этом разговор? Только между мной и Снежинкой стало всё налаживаться, и она дала мне шанс на возобновление отношений, как я сам всё испортил своей тупой ревностью к Дорохову.

Да я просто сделать с этим ничего не могу. Стоит вспомнить его улыбающуюся рожу и игрушку, которую он Асе подарил, сразу хочется разбить ему лицо, чтобы он больше не смел подходить ни к моей дочери, ни к моей женщине.

Хоть Снежинка чёткого ответа ещё не дала, я всё равно уже воспринимаю её как «свою». Иначе и быть не может. Я больше не собираюсь их отпускать от себя.

Выхожу из машины вслед за девушкой и ускоряю шаг, чтобы успеть её догнать. Ловлю маленькую злючку уже, когда она забегает в лифт и почти успевает закрыть двери.

– Снежан, постой, – обхватываю талию девушки и прижимаю её к себе, второй рукой нажав кнопку нужного этажа.

В лифте кроме нас больше никого нет, что очень даже к месту.

– Пусти, Борцов! – она тут же начинает брыкаться.

– Нет. Не отпущу. Сначала выслушай.

Снежинка тяжело вздыхает и поворачивается ко мне лицом, отчего её грудь практически распластывается о мою.

Чёрт! Не стоит об этом думать сейчас. Я и так ночь еле выдержал…

– Ну? Что ещё ты скажешь? Если собираешься продолжить то, что…

– Нет, – качаю головой и мягко улыбаюсь. – Я хочу извиниться. Просто погорячился. Прости. Больше я заводить тему про Дорохова не стану. Обещаю. Мы решили начать всё сначала, и мне хочется, чтобы ты знала – я тебе доверяю.

Я действительно так думаю.

В конце концов, пока Снежинка не сделала ничего такого, чтобы я ей не доверял. Даже если Дорохов на самом деле пускает на неё слюни, это вовсе не означает, что ей это интересно. Очевидно, она ничего с ним не собиралась и не собирается иметь.

– Что-то пару минут назад было не так уж и заметно, что ты мне доверяешь, Борцов, – ворчливо заявляет Снежинка, прожигая меня тёмным взглядом.

– Просто ревную тебя. Очень.

Она шумно выдыхает и прикусывает зубами нижнюю губу, на которую я невольно смотрю, вспоминая, как кусал её недавно и целовал, и облизывал.

– Ты же сама, между прочим, эту ревность и спровоцировала.

– Что? Я?! Это когда я тебя на ревность провоцировала?

– Ну а что, ты разве не помнишь, как говорила, что у тебя есть мужчина, и что ты замуж за него собралась, а потом ещё рычала, что если тебе захочется, то ты и за Дорохова замуж выйдешь? – усмехаюсь, уткнувшись лбом в лоб девушки.

– Между нами тогда не было никаких отношений. Я имела право иметь личную жизнь так же, как и ты, Лёша.

– Ну а теперь-то ты, я надеюсь, больше ни за кого замуж не собираешься? Кроме меня, конечно.

Снежинка фыркает и упирается ладонями в мою грудь.

– Я и за тебя пока не собираюсь.

– Ключевое слово «пока». Оставляет надежду.

– Да иди ты!

Я смеюсь и крепче прижимаю девушку к себе, затем наклоняюсь и мягко целую в губы. Снежинка на поцелуй не отвечает.

– Когда ты станешь Борцовой, мне однозначно будет легче держать себя в руках.

– Придержи коней! Ты опять бежишь впереди паровоза.

– Ничего не могу с собой поделать, – снова целую девушку, и на этот раз получаю ответ.

Она захватывает мою нижнюю губу зубами, после чего скользит языком мне в рот.

– Больше не делай так, – качает головой и пристально смотрит. – Мне не нравится, когда меня пытаются обвинить в том, чего я не делала, или предъявляют претензии за поступки других людей. И уж тем более мне не нравится, когда меня считают глупой. И вообще, семья строится на доверии. Без него нет и не может быть никаких отношений Борцов. Поэтому ты либо доверяешь мне и тому что говорю тебе я, а не кто-то там другой, либо у нас с тобой ничего не получится.

– Хорошо, Снежинка. Больше не буду. И вообще я не хочу с тобой ссориться. Я верю тебе и уж точно не считаю тебя глупой. Да ты самая умная и талантливая женщина, которую я знаю.

Выйдя из лифта на нужном этаже, мы направляемся в сторону своего офиса. Хочется положить руку на её талию и показать всем, что она принадлежит мне, но Снежинка взглядом показывает, чтобы я держал дистанцию. Упрямая.

– Здравствуйте, Алексей Игоревич и Снежана Денисовна, – на ресепшене с нами здоровается новая секретарша.

Я её перевёл сюда с производства, а Карину наоборот отправил работать туда. На производстве тоже нужны люди. А когда я решил, что со Снежинкой всё же хочу попробовать создать что-то настоящее, мне показалось странным оставлять на месте секретаря свою бывшую любовницу.

Новенькая секретарша оказалась девушкой толковой. Я обращаю внимание, что она выучила имена руководителей даже тех, с кем ещё напрямую не была знакома. И на столе у неё порядок.

– Здравствуй, Ирин. Принеси мне список встреч на сегодняшнюю неделю.

– Хорошо, Алексей Игоревич. Две минуты.

Снежана окидывает Ирину недоумённым взглядом, после чего мы возобновляем свой путь к офису.

Она ничего не говорит, но я вижу по глазам, что ей очень интересно, куда и почему делась Карина.

Смешная. Злится на то, что я ревную её к Дорохову, а сама ревновала меня к Карине. Я не слепой и не тупой. Это было очевидно.

– Я перевёл Карину на производство. В другое здание, – решаю ответить на невысказанный вслух вопрос, иначе Снежинка так и не спросит.

– Да… Мне всё равно, куда ты там эту Карину отправил… – бурчит, опустив глаза и ковыряя ногтём замок на ремне сумки.

Врушка.

– Думаешь, зря я это сделал? Может, Карину стоит вернуть? Она вроде неплохо справлялась.

Снежинка поднимает на меня раздражённый взгляд, но когда замечает ухмылку на моих губах, в её глазах мигом появляется возмущение и гнев.

– Ну ты, Борцов, знаешь что? – рыкает она.

– Что? – спрашиваю, обхватив её за талию и толкнув дверь кабинета вперёд.

Мы заваливаемся туда вместе, после чего я резко поднимаю девушку вверх так, чтобы она обхватила мои бёдра ногами.

– Ты – подлец! – выдыхает сипло мне в губы.

– Да? Что ж поделать, у всех есть свои недостатки. Просто признайся, что тоже меня ревновала.

– Ничего подобного!

– Ревновала, Снежинка. Я всё видел.

Она кусает меня за подбородок и царапает ногтями шею.

– Лучше прекрати, Борцов, иначе тебе не поздоровиться!

– Будешь кусаться и царапаться? Я готов! – улыбаюсь, кладу ладонь на затылок девушки, зафиксировав его, после чего проталкиваюсь языком в жаркий рот.

68 Глава

Снежинка шумно выдыхает от неожиданности. Дёргается, пытаясь отстраниться и опустить ноги вниз, чтобы сползти с меня.

– Пусти, Борцов. Ну ты дурак что ли совсем? Кто-нибудь может войти.

– Пусть войдёт, –хриплю, не переставая танцевать с её языком.

Крепче перехватываю Снежинку под коленями. Делаю несколько шагов вперёд и прижимаю её спиной к стене, чтобы зафиксировать.

– Сладкая, – прикусываю её нижнюю губу, от чего Снежка взвизгивает и, впившись ногтями мне в плечи, начинает елозить.

– Лучше не шевелись, Снежан… – предупреждающе шиплю.

– В смысле, не шевелись? Ты меня вообще-то за губу укусил! Совсем головой поехал, Борцов. Не наелся что ли с утра?

– Не наелся. Асёнок стащила у меня из тарелки два последних сырника. Так что да, Снежинка, я очень голодный, – усмехаюсь. – Вот прямо сейчас готов тобой позавтракать.

Толкаюсь вперёд, крепче прижимая её к стене и давлю бёдрами Снеже между ног, давая понять, что именно я понимаю под словом “голод”.

Её юбка задралась до самого пояса, и всё, что нас сейчас разделяет – тонкий слой капрона и мои брюки. Млять, эта мысль мне крышу нахрен сносит.

– Борцов, ты из ума выжил? – шепчет, когда я быстро пробегаюсь поцелуями по её скуле до мочки уха, а потом уже медленно веду языком вниз по горлу. – Надо… надо остановиться… Нас же могут увидеть… Кто-то может войти…

Бормочет, и при этом сама задирает голову, предоставляя мне больше доступа.

– Никто не войдёт, я запер дверь, – нагло вру. Нихрена я не запирал. Но даже если кто-то и войдёт без стука, сейчас мне на это откровенно говоря плевать.

Быстрым движением расстёгиваю пуговицы на Снежаниной блузке. Прокладываю дорожку влажных поцелуев по ключицам вниз до кромки бюстгальтера. Отодвигаю вниз кружевную ткань и, обведя языком торчащий розовый сосок, прикусываю его, от чего Снежа тихо стонет, сильнее впиваясь ногтями в мои плечи.

– Ты уже поплыла, Снежинка? – ухмыляюсь, не отрываясь от её груди. Проталкиваю руки за её спину и в два счёта расстёгиваю лифчик, откидывая его на свой рабочий стол. – Можешь не отвечать. Судя по тому, что ты не сопротивляешься, я уже понял, что да.

– Ну ты и козёл, Борцов, – усмехается, крепче сжимая ноги вокруг моих бёдер.

– Какой есть, Снежа, какой есть.

– Расстегни рубашку. Я хочу тебя чувствовать, – говорит, и сама тянется к пуговицам, по одной расстёгивая их до самого конца.

Впиваюсь в её губы жёстким поцелуем и даю то, чего она хочет.

Да, мать, твою. Горячая, упругая грудь касается моей кожи, оставляя на ней влажные следы от мною же вылизанных твёрдых сосков.

Чёрт, у меня просто крышу от неё сносит. Не прекращая целовать, проталкиваю одну руку Снежане под юбку и касаюсь горячей плоти. Даже сквозь бельё и капрон я чувствую, какая она влажная. Тяжело и часто дышит мне в рот и трётся об мою руку, как кошка, сметая к чертям собачьим остатки моего терпения.

– Прости, малыш, я куплю тебе новые, – выдыхаю ей в губы, после чего сжимаю её колготки между ног и резко дергаю. Раздаётся характерный треск рвущегося капрона.

– Борцов, ты… ты…, – задыхается.

– Козёл. Я знаю, Снежинка.

Расстёгиваю молнию, приспускаю брюки вниз и, сдвинув в бок перешеек Снежиных трусиков, без предупреждения, одним резким толчком вхожу в неё на всю длину.

– Аааааах, – её раскатистый стон отдаёт вибрацией у меня в груди.

Затыкаю ей рот поцелуем и начинаю двигаться. Часто и резко вхожу в неё до упора. Сжимаю ягодицы, впиваясь пальцами в мягкую кожу и наверняка оставляя на ней красные следы.

Тишину кабинета разрывает наше тяжёлое дыхание и хлёсткие хлюпающие шлепки.

– Чёрт, я этого момента с прошлой ночи ждал, – хриплю Снежинке в губы, не переставая двигаться.

Одной рукой обхватываю её волосы на затылке и дёргаю вниз, вынуждая задрать голову.

– Самая сладкая, – шепчу в миллиметре от её горла.

Прикусываю мягкую пульсирующую кожу и тут же зализываю. Сглатывает так, что я чувствую движение её трахеи под своим языком. Холодные пальцы хаотично шарят по моей спине, и, когда я начинаю двигаться быстрее, впивается в неё ногтями, сильнее воспаляя моё возбуждение.

– Тебе хорошо, Снежинка? – обхватываю одной рукой её подбородок и заставляю смотреть на меня, но её взгляд настолько плывёт, что она не может сфокусироваться.

– Д…да, – выдавливает, в миллиметре от моих губ, обжигая кожу жаром своего дыхание.

– Скажи громче Снежа. Я хочу чётко услышать, с кем тебе хорошо.

– С тоб…ой.

– Чётче.

– С тобой…. Лёша. Мне хор…рошо… с тобой…

Перехватываю её за бёдра, с силой надавливаю большими пальцами внизу живота, делаю несколько финальных жёстких толчков и замираю чувствуя, как она начинает сжиматься и пульсировать вокруг меня.

– Только со мной хорошо, Снежинка, запомни, – шепчу, оставляя мимолётные поцелуи на её приоткрытых влажных губах.

Быстро переношу её размякшее тело на диван, нависаю сверху и, сделав ещё несколько толчков, изливаюсь ей на живот.

* * *

Снежана

– Напоминаю, что до финального этапа тендера осталось две недели.

Положив руки в карманы брюк, Борцов расхаживает по конференц залу, прожигая взглядом всех присутствующих в нём сотрудников. Сейчас он собран как никогда. Словно пятнадцать минут назад мы не занимались сексом прямо у него в кабинете.

Боже… Не могу поверить, что я на это согласилась. Это вообще на меня не похоже.

Но ведь было хорошо. Да, мне определённо было очень хорошо. Настолько, что тело до сих пор как ватное, и колени подгибаются. Радует, что я сейчас сижу, а не стою, а то стекла бы по стеночке, как самое настоящее желе.

– Снежана Денисовна, вы с нами?

– А? – поднимаю растерянный взгляд на смотрящего на меня в упор Борцова.

– Я говорю, вы с нами, Снежана Денисовна? А то вид у вас такой…

– Какой?

– Будто по вам каток проехался, – едва заметно улыбается уголками губ.

Вот же сволочь.

– Да нет, что вы, Алексей Игоревич. Какой каток? Так… самокат слегка задел.

– Самокат, значит, – вытаскивает руки из карманов и, закатив рукава, упирается ладонями в поверхность стола для переговоров за которым мы все сидим. – Большой хотя бы был самокат? Электрический?

– Совсем нет, – вторя его позе, ставлю на стол локоть и упираюсь подбородком в тыльную сторону ладони, ехидно улыбаясь. – Маленький такой детский самокатик. Правда вот одна неприятность, он мне колготки порвал, когда боднул.

– Что сделал? Боднул? – переспрашивает Борцов уже не скрывая смеха.

– Да, вот так взял и бесцеремонно боднул. Несколько раз. Вообще без предупреждения, – как ни в чём не бывало, продолжаю нести какую-то чушь. – И порвал мне единственные колготки. Тоже бесцеремонно. Пришлось отправлять владельца самоката в магазин за новыми, а он в размерах-то и не разбирается. Владелец, я имею ввиду. Принёс мне какие-то безразмерные икс, икс, икс, икс, икс эль.

– Прям столько раз икс? – лыбится, опуская смеющийся взгляд на мои ноги, на которых разве что чудом держатся огромные колготки, которые Борцов принес мне из ближайшего магазина.

Ужас! Я даже не представляю, как мне в них ходить весь день! Видимо, придётся сидеть, чтобы они с меня позорно не сползли до самых коленок где-нибудь посреди коридора.

– Ну может хватит? – только собираюсь открыть рот, чтобы сказать очередную колкость, как раздаётся раздражённый голос Воронцова.

Тут же отвожу взгляд в сторону и прикусываю губу, чтобы скрыть улыбку.

– Да, действительно, – краем глаза вижу, что Борцов всё ещё продолжает улыбаться. – Давайте всё же перейдём к сути нашего собрания. Патлов, выведи на экран дизайн-проект, – поворачивается лицом к айтишнику.

Следующие полтора часа мы занимаемся тем, что всей командой обсуждаем детали проекта, которые Олег сразу помечает на макете через компьютер.

– Вот здесь, на верхнем этаже в левом и правом крыле нужно ещё отметить лаунж-зоны, – наклонившись над программистом, тычет пальцем в экран ноутбука.

Я тоже вношу несколько поправок в старые эскизы, которые набросала себе буквально на днях, когда готовилась к сегодняшнему совещанию.

– На самом деле, две недели – это совсем мало, ребят. Так что не расслабляемся, – Лёша обводит взглядом всю команду дизайнеров, работающую над проектом сети гостиниц. – Остался финальный рывок. На последнем этапе только мы и ГрадДиз, – мимолётно мажет по мне взглядом, и я непроизвольно ёжусь, потому что речь идёт про фирму Дорохова. – И мы должны их обойти, – продолжает. – Я думаю, что никому не нужно напоминать о том, как важно нашей фирме получить этот тендер?

По молчанию коллектива понятно, что напоминать никому не нужно. АртПитерГрупп сравнительно молодая компания на рынке. Лёша открыл её всего два года назад, когда уволился из крупной корпорации в которой работал помощником генерального директора. Переехал в Питер и, создав свою собственную, быстро обзавёлся внушительным числом клиентов. Но этого мало. Чтобы достойно конкурировать с аксакалами этого бизнеса нужно иметь в своём портфолио крупные проекты. Если нам удасться получить заказ на сеть гостиниц “Амбассадор”, это поднимет Лёшину фирму на новый уровень.

– Так, – хлопает в ладони, и упирается рукой в спинку Олегиново кресла. – Поработали продуктивно, всем спасибо за вклад в наше общее дело. А теперь по рабочим местам.

Сотрудники встают и начинают по очереди расходиться. Все кроме меня. Мне приходится дожидаться, когда конференц-зал опустеет и тогда я аккуратненько по стеночке доберусь до своего кабинета, мысленно молясь чтобы эти проклятые колготки не сползли где-нибудь на полпути.

Чёрт, ну Борцов! Это ж надо было такие огромные купить! Такое ощущение, что их до меня на какую-то слониху натягивали.

– Патлов, скинь проект мне на флешку и можешь быть свободен.

Лёша забирает у айтишника маленькую серебряную флешку и, наконец, поворачивается в мою сторону, снова обращая на меня внимание. Впервые после разговора о наехавшем “самокате”.

– Чего сидим, Снежинка? Меня ждёшь? Хочешь опробовать конференц-зал, ненасытная?

– Разбежался, Борцов, – усмехаюсь. – Я ждала, пока все уйдут, чтобы никто не видел позора в виде болтающихся у меня между ног колготок.

Лёша подхватывает один из стоящих возле стола стульев, подтаскивает его ближе ко мне и, перевернув спинкой вперёд, садится рядом.

– Держи, – вытаскивает из кармана флешку с проектом и прокатывает её по столу в мою сторону.

– Зачем это мне? – перевожу непонимающий взгляд с флешки на Борцова.

– Здесь чертежи для тендера. Они есть только на моём компьютере и у тебя, – кивает на стол. – Вот на этой флешке. Я хочу, чтобы проект к финалу готовила ты.

– Я… ты… Лёш, – нервно сглатываю, бегая взглядом по лицу Борцова.

Это что шутка такая? Он шутит? Я ведь работаю тут всего ничего. Меньше месяца. У Лёши ведь в штате есть куда более опытные сотрудники.

– Ну что такое, Снежинка? Чего задёргалась?

– Лёш, мне кажется это плохая идея. Я… у меня ведь нет должного опыта. Я четыре года не работала по специальности! А вдруг я не справлюсь?! Это… это очень опрометчивый поступок, доверять завершение проекта мне…

От паники начинаю тараторить как заведёная, но Борцов прерывает этот словесный поток… просто приложив ладонь к моему рту. Да, вот так. Он тупо заткнул мне рот!

– Снежинка, не неси чушь. Я прекрасно знаю, чего ты стоишь. А опыт – это дело наживное, – улыбается в ответ на мой возмущённый взгляд и убирает руку. – Ты отличный специалист, уж я то знаю. Так что я уверен на сто процентов, что ты со всем справишься.

– Лёш, я…

– Всё, Снежан. Прекращай свою панику. Я сказал, всё будет отлично, – перебивает меня на полуслове. Придвигается вплотную и, наклонившись, шепчет на ухо, обдавая кожу горячим дыхание. – Пошли в кабинет, Снежинка, я, так уж и быть, прикрою своим мощным телом твои огромные икс, икс, икс, икс, икс колготки.