Население татарских деревень до 1917 г. жили, как мы знаем, очень бедно. В большинстве своем эти так называемые «лапотные мурзы» («чабаталы мурзалар»), незаконно потерявшие свои почетные звания и льготы, уже продолжительное время жили в покосившихся избах с соломенными крышами. Владевшие землей по наследственно-подворному праву (четвертному) татары с течением времени потеряли большинство земельных и податных привилегий, и к концу XIX в. оказались в наихудшем экономическом положении в сравнении с другими проживающими на этих территориях народами. Так, например, в д. Бикмосеевка хозяином более двух тысяч плодородной земли были помещик Иконников и бигеевские дворяне. Лишь 30 % приходилось на долю всех крестьян, а из них лучшие участки были заняты татарским духовенством. Поля бигеевских дворян и фабриканта Агишева подходили вплотную к наделам бикмосеевских крестьян. Свободного поля не оставалось «даже пасти свой скот». Поэтому число не занятых земледелием татар было велико, и они были вынуждены заниматься различными приработками. Большинство бикмосеевских, да и других близлежащих татарских деревень бросали свои разоренные хозяйства и уезжали искать работу в большие города – Самару, Баку, Донбасс и др.

Пензенский краевед Равиль Булатов в своей книге «История села Бикмосеевка» описывает жизнь своих земляков-бикмосеевцев следующим образом: «Еще и сейчас хранится в государственном архиве прошение бикмосеевских крестьян, написанных ими в 1862 г. на имя царя, в котором они, описывая свою страшную жизнь, жалуются на произвол, творимый помещиками. Крестьяне просили императора вернуть им землю, которая принадлежит им, но мог ли царь, да и хотел ли что-либо сделать в пользу крестьян, когда он сам являлся крупным помещиком в России».

Р. Булатов также показывает, что еще в нач. XIX в. предки теряевского помещика Иконникова незаконно присвоили 50 десятин земельного участка с правом пользования 40 лет. По истечении этого срока он был обязан вернуть 50 десятин земли законным собственникам, но вместо этого Иконников вознамерился расширить свой участок за счет присвоения близлежащих крестьянских земель. Накануне крестьянской реформы 1861 г. и при поддержке царских властей этот помещик захватил новую плодородную землю у бикмосеевских крестьян, увеличив, таким образом, свое владение до 300 десятин земли и столько же леса. Никакие крестьянские протесты, конечно же, не помогли… Вот они надумали (в 1912 г.) написать прошение «своим» начальникам с просьбой помочь их семьям получить клочок земли. Их прошение попало к самому большому начальнику Кузнецкого уезда. Более двух лет тянулась волокита, но земли они так и не получили. Крестьяне начали открыто выражать свои недовольства против произвола, творимого царскими чиновниками и при их потворстве кулаками и дворянами[47].

Население татарских деревень занималось рубкой леса, сплавом его по рекам, гонкой дегтя и смолы, а также производством разных деревянных изделий, кожевенным и гончарным промыслами. Достаточно древним занятием было у татар рыболовство, охота, пчеловодство и собирательство. Другой традиционной хозяйственной деятельностью являлось животноводство. Характерным и довольно распространенным среди практически всех татар Поволжья и татар-мишарей в частности было занятие торговлей и различными видами торгово-посреднической деятельности.

Революционные события 1917 г. и утверждение в стране Советской власти оказывали существенное влияние на жизнь крестьян и повлекли большие изменения в татарских деревнях Пензенского края. Составленный по решению ЦК РСДРП(б) от 21 октября 1917 г. В. И. Лениным «Декрет о земле» отменял помещичью собственность на землю без всякого выкупа и передавал помещичьи, удельные, монастырские, церковные земли со всем инвентарем и постройками в распоряжение волостных земельных комитетов и уездных Советов крестьянских депутатов. Вся земля отныне обращалась во всенародное достояние. Право пользования землей получали все граждане при условии обработки ее своим трудом, семьёй или в товариществе без наёмного труда. При этом допускался выбор формы землепользования, в том числе и артельной. Таким образом, все земельные угодья были учтены и разделены по количеству едоков. Конфискация инвентаря не касалась малоземельных крестьян; декрет устанавливал также, что земли рядовых крестьян и казаков не конфискуются. Право частной собственности на землю отменялось. Также запрещалась продажа, аренда и залог земли, новозлагалось принятие мер для соблюдения строжайшего порядка при конфискации помещичьих имений. Однако вскоре крестьяне на собственном опыте убедились в недостаточности уравнительного раздела земли. Возникла необходимость общественной обработке земли, что, в свою очередь, повлекло создание государственных советских хозяйств, товариществ и артелей крестьян.

Поначалу крестьяне татарских деревень совместно с мусульманским духовенством с небывалой радостью восприняли весть об октябрьских событиях 1917 г. и передачу власти Советам. Уже осенью 1918 г. в Бикмосеевке проходили выборы в местные советы, которых к тому времени было образовано два – Бикбулатовский и Мосеевский сельские советы. Даже бикомосеевские муллы, организовав актив трех мечетей, широкими шеренгами вышли на улицы села, пели «Тякбир» и кричали «ура!», «яшасен Октябрь инкылабы» и др. В декабре 1917 г. житель Бикмосеевки Гани Шабакаев, работавший комиссаром в Кузнецком комиссариате, привез в село несколько ящиков марксистко-ленинской литературы и декреты Советской власти. Учителя местной школы И. Кадиров, С. Шафеев и Х. Капков, пользуясь этими материалами, стали проводить беседы с жителями села и разъяснять им политические задачи в крестьянском вопросе.

Раджап Гафуров, сын бедняка, еще в 1915 г. был призван в царскую армию и направлен на фронт. В 1918 г. служил в Красной Армии, где и вступил в ряды коммунистов. Вернувшись в родное село, стал активно проводить массово-политическую работу по борьбе с кулачеством. А когда в 1930 г. была проведена сплошная коллективизация. К этому времени в селе уже действовала крепкая партийная организация, возглавляемая Раджапом Гафуровым, а одним из первых коммунистов в Бикмосеевке являлся Мингач Абдряхимов, житель д. Булат. До революции Абдряхамов батрачил у богатеев. В 17 лет в поисках лучшей жизни уехал в Баку на нефтепромыслы, где и познакомился с бакинскими большевиками. После Октябрьской революции он вернулся в Бикмосеевку и стал активно участвовать в становлении советской власти на селе. В 1924 г. совместно с коммунистами Р. И. Гафуровым и Ш. Х. Булатовым стал одним из организаторов колхоза «Тярякки» и вскоре был избран его председателем. Членами колхоза стали семьи: Абдряхимовых, Фахретдиновых, 3 семьи Аитовых, Джаббаровых и др. (всего 17 хозяйств). В 1928 г. вступил в ряды ВКП(б) и был выдвинут на должность заведующего райземотделом. В дальнейшем Абдряхимов работал на различных руководящих должностях в Татарии[48].

В нач. 1920 г. в д. Бикмосеевке организовалась первая коммуна, куда вошли Хамедов К. Ш., Куряев М. С., Куряев Ш. С., Куряев Л. С., Куряев С. М., Агапов Н. З., Агапов Г. С., Джаббаров В., Алтынбаев И. М. и др. Коммуна имела в распоряжении 12 лошадей, а председателем стал Куряев Мухит Сиддикович. Уже в 1920 г. был собран очень хороший урожай, но в 1921 г. жесточайшая засуха, разразившаяся по всему Поволжью, уничтожила все посевы. В результате коммуна распалась и через 2 года в селе был организован колхоз «Тярякки». Однако вся волость имела самые низкие показатели по количеству земли на едока – гораздо ниже требований прожиточной нормы. Отмечается в сохранившихся документах, что бедняцкие безлошадные хозяйства свои участки сдавали в аренду тем, у кого имелся рабочий скот. Но расслоение крестьян на богатых и бедных, тем не менее, не прекратился, а голод и разруха Гражданской войны препятствовали в свою очередь увеличению население деревни.

Земельные угодья, расположенные вдоль р. Илимка, на юго-западной стороне с. Бикмурзино были заняты кладбищем и часовней, и поэтому получили свое название «Часуня». Площадь составляла 1864 га. Они были богаты сенными угодьями, а бикмосеецы издревле заготавливали на этой площади сено. Никто, и даже лесники, не смели касаться этого места, хотя вся она была расположена внутри леса. Но всегда мешали бикмосеевцам бикмурзинские кулаки: Фроловы, Щербаковы, Фурасьевы, Даниловы и др. А организатором являлся председатель Бикмурзинского сельсовета Данилов, который неустанно вел агитацию по присвоению этой площади и еще прилегающую к ней 18 га, расположенную вдоль р. Илимки. Для достижения этой цели они уничтожили карту, в которой была указана граница, и составили другую карту межевания. Доказать что-либо бикмосеевцы не могли, поскольку в сельском совете заседали кулаки и эсеры. Это дело дошло до Москвы, но к счастью бикмосеевцев в одном из учреждений работал их земляк Сабир Усманович Шаипов. Вот к нему и поехали «ходоки» А. Х. Алимбеков, В. М. Нарбеков, Ю. У. Биксалиев и М. Ш. Шаипов. С его помощью тяжба, продолжавшаяся более 10 лет, наконец, была разрешена в пользу бикмосеевцев.

Хамедов Калимулла также с малых лет работал на нефтепромыслах в Баку, а после революции приехал в Бикмосеевку. В 1918 г. вместе с односельчанами организовал комитеты бедноты. В том же году была организована коммунистическая ячейка на селе, куда вошли 17 человек. Председателем ячейки стал Абдряхимов и руководил он ею до 1922 г, пока не уехал обратно в Баку по семейным обстоятельствам. Под руководством созданных комитетов бедноты весной 1918 г. вся земля, находившаяся в угодьях сс. Бигеево, Бикмосеевки и д. Судачок, принадлежащая ранее дворянам, была отнята и поделена между жителями села по количеству едоков. Земля помещика Иконникова была изъята просто – защищать ее было некому, поскольку сам помещик сбежал еще накануне революции, а привлеченные для охраны юнкера также сразу разбежались. Таким образом, наконец, после вековых мучений и нищеты бикмосеевцы и крестьяне других деревень покончили с бесчинством татарских богачей и феодалов, и необъятный простор плодородной земли перешел в руки подлинных ее хозяев[49].

В нач. 20-х гг. XX столетия, после перенесенной разорительной засухи, вопрос о хлебе встал особенно остро. Кулаки и другие зажиточные крестьяне-подкулачники всячески саботировали мероприятия по проведению продразверстки. Всюду орудовали спекулянты, приезжающие в Бикмосеевку из разных концов Кузнецкого уезда. В этой ситуации для борьбы с ними и с прочими «вредительскими элементам» особая роль была возложена на местных комсомольцев. Р. Р. Булатов описывает один важный исторический эпизод в своем труде (со слов М. Ю. Шабакаева): «Так, зимой 1920 г. в с. Бикмосеевку приехал и остановился у Усмана Хансвярова спекулянт из д. Чирклей Евлашевской волости Кузнецкого уезда. Он закупил несколько мешков хлеба у крестьян, не меньше 25–30 пудов. Нам, комсомольцам, было дано задание по задержанию спекулянта, и они втроем организовали засаду. В час ночи ворота открылись, и со двора выехал этот торгаш и галопом поскакал по улице. Мы догнали его около дома Илача Амирова. Айса Шаипов схватил вожжи и сел на розвальни спиной к беглецу. Я сел на сани сзади, а Киям Исянов – с левой стороны. Тут я заметил, что преступник, нагнувшись вперед, что-то ищет, и вдруг он поднялся с топором и замахнулся на Шаипова. Я, долго не думая, ударил спекулянта по голове и свалил его на мешки. После мы доставили спекулянта в штаб ячейки, где составили на него соответствующие документы, хлеб конфисковали, а его отпустили».

В 1918 г. в Бикмосеевке из двух сельских советов был создан один – Бикмосеевский, а села, входившие в Бигеевскую волость, отошли Неверкинскую волость в нач. 1923 г. Борьба с кулачеством и принятие решительной линии по его ликвидации была объявлена В. И. Лениным еще в ноябре того же 1918 г. на совещании делегатов комитетов бедноты. У коммунистов были веские основания считать, что если не тронуть кулака-эксплуататора и «мироедов», то неминуемо последует возврат к капиталистическому устройству страны. В скором времени правительским Декретом были созданы комитеты бедноты (комбеды) с помощью выборов на сходах крестьян, которые сыграли огромную роль в борьбе с кулачеством и распределением конфискованных земель помещиков, сельхозинвентаря и продовольственных излишков, изъятых у кулаков. В их обязанности также входило: оказание содействияместным продовольственным органам в распределениихлеба, предметов первой необходимостии сельхозорудий, организация общественной обработки полей, уборки урожая.

В сельской местности снова создалась тяжелейшая ситуация. Были разрушены двумя войнами многие хозяйства, но одновременно на селе обнаруживалось повсеместное засилье богатого крестьянства, которые продолжали эксплуатировать бедноту и вести откровенную вредительскую деятельность. Зажиточное крестьянство и кулаки резко сократили свои посевные площади, что лишило работы многих батраков и бедняков, и поставило их на грань своего существования. Засуха 1921 г. еще более усугубило и без того тяжелую ситуацию. Крестьяне со своими семьями покидали свои родные места и уезжали в крупные города, и чтобы спастись от голодной смерти, было дано разрешение на выезд и коммунистам.

Заявление на имя Кузнецкому уездному комиссару от военного муллы г. Петрограда А. Х. Вагапована получение права въезда в Петроград, 1917 г. (ГАПО, ф.1521, оп. 1, д. 6)

Активные меры по ликвидации зажиточного крестьянства приветствовались сельской беднотой – все чаще органы власти отмечали среди бедствующего сословия крестьян решительное выступление против зажиточной его части. Но в то же время, сами крестьяне были возмущены действиями продотрядов и тоже отказывались сдавать зерно. У кулаков оставалось единственно сильное оружие – это вызвать искусственный голод среди населения и на этой волне поднять народ на вооруженное восстание против новой власти. И это, надо сказать, им часто удавалось, а иногда бунты охватывали целые регионы. Возмущенные крестьяне-красноармейцы тем временем в прессе публиковали тексты: «Кулаки – это яростные враги социализма – они сейчас озверели. Надо их уничтожать, не принимайте в колхоз, выносите постановление об их выселении, отбирайте у них имущество и инвентарь».

С введением НЭПа в нач. 1920-х гг. более рентабельные хозяйства, как правило, еще более укрепляли свои экономическое положение. Такие хозяйства расширялись, а остальные, бедняцкие, попадали от них в зависимое положение, а затем и вовсе банкротились и исчезали. В целом, в результате аграрных преобразований в деревне оформился новый аграрный строй с преобладанием в нём мелкотоварного крестьянского уклада. Россия из государства крупного землевладения быстро превратилась в страну мелкого крестьянскогоземлевладения. Перед государством стояла нелёгкая задача восстановления народного хозяйства, а, следовательно, необходимо было увеличить мощности крестьянских хозяйств. Учитывая особые факторы существования деревни в нач. 1920-х, РКП (б) считало возможным «спасти бедноту путем их вовлечения в коллективные объединения всех видов сельскохозяйственного производства, поддерживаемых средствами»[50].

В процессе периода раскулачивания хозяйств в их число попали не только кулаки, но и многие зажиточные крестьяне – так называемые «середняки». Местами эти действия по раскулачиванию вызывали массовое недовольство, и даже открытые протесты крестьян. В результате власть вынуждена была сбавить репрессивные темпы и приостановить высылку кулаков за пределы территории проживания. Кроме того, ситуация голода, сложившаяся во многих регионах страны, подтолкнуло партийное руководство страны в апреле 1925 г. снизить общий размер налога почти вдвое, чтобы тем самым увеличить денежные накопления у населения. В результате было освобождено около 5 млн крестьянских хозяйств. Одновременно были понижены в сравнении с предыдущим периодом нормы пересчета скота. В 1924–1925 г. 1 лошадь приравнивалась к 1 десятине. В 1925–1926 гг. – 0,7 дес, 1 корова – соответственно 1 дес. и 0, 6 дес. Но при общем снижении сборов налоговый режим на зажиточныехозяйства усиливался, а это в свою очередь сильно тормозило еще большему развитию этих крепких хозяйств. В конце 20-х гг. XX столетия все еще осуществлялись дальнейшие попытки некоторой поддержки зажиточного крестьянства и давления в сторону смягчения политики партии в области борьбы с кулачеством. Повсеместно создавались добровольные объединения людей для совместного труда (артели, кооперативы), подразумевающие равное участие в управлении трудовым процессом, равную ответственность и справедливое распределение доходов. В апреле 1930 г. начали действовать окружные и районные комиссии по исправлению «ошибок», допущенных в ходе коллективизации и раскулачивания, хотя положение в деревне до конца не было исправлено.

К нач. 50-х гг. XX столетия в СССР работали многие десятки тысяч мастерских и предприятий самых разных направлений. Трудились десятки тысячи негосударственных промкооперативов, сотни тысяч кустарей. Кустари и артели шили полушубки, катали валенки, ткали платки, разводили кроликов, заготавливали грибы и ягоды, делали телеги, лыжи, лопаты, скипидар, гвозди, ложки и др. Кроме того, были введены дополнительные льготы для артелей, состоящих из инвалидов. По разным подсчетам артели давали 80–90 % разнообразия ассортимента, хотя занимали всего 6–10 % общего производства. Так, в 1928 г. в д. Исикеево под председательством Бибарсова Хасана Ибрагимовича, секретаря Утюшева Исхака Айнетдиновича, также членов – Ахметжана Утюшева и Ибрагима Сулейманова (позднее присоединился Жемчугов Ф. М.) создали артель общества инвалидов «Новая жизнь».

Устав артели инвалидов «Новая жизнь» с ходатайством о выдаче бесплатного патента на торговлю мануфактурным и бакалейным товаром

Артели освобождались от большинства налогов, поддерживалась выборность их руководства. Сборы за торговлю устанавливались местными советами народных депутатов, а с рынков никакого налога не брали. Не взимался налог с продажи яиц, молока, масла и т. п. Так, артель инвалидов «Новая жизнь» торговли занималась сбором грибов согласно заключенным договорам с Средне-Волжской конторой «Союзплодоовощ» по заранее оговоренным закупочным ценам. Артель инвалидов «Заря», созданная в д. Погорелый Чирчим под председательством тов. Гафурова, была многочисленная. Артельщики, как это видно из документов, занимались помимо прочего кролиководством.

В Пензенском государственном архиве (ГАПО, Ф-р. 1343, оп.1, дд. 1–3) сохранились протоколы общих собраний группы бедноты (руководитель группы – Аючатов) при колхозе им. Наримана Исикеевского сельского совета (1929–1931 гг.), в которых, в частности, обсуждались вопросы создания производственной комиссии совещаний и организации группы сочувствующих крестьян-бедняков. Уже из протокола № 1 видно, что встал вопрос обустройства беспризорника Магдеева, а также введения агитации по привлечению женщин к работе в школе, избе-читальне и медпункте, снабжения соответствующей литературой. Кроме того, на обсуждение выносились вопросы выборов в депутаты сельского совета, подготовки к посевной, ремонта водяной мельницы, закупки рабочего скота, изыскание денежных средств на задаток за трактор, организацию месячника животноводства, заготовки картофеля, распределение семенного фонда, выбор общественного обвинителя, предоставления льгот отдельным гражданам, предусмотренных законодательством, распространение государственных облигаций и займов. На общем собрании (12 ноября 1929 г.) в присутствии 67 граждан и 20 женщин, из них 15 человек бедняков, в присутствии следователя тов. Абдуллина, в повестке дня стоял вопрос «Об искривлении классовой линии во время проведения хлебозаготовок» и «О революционной законностипо защите прав бедняцко-батрацких хозяйств». Было выявлено, что 38 кулацких и зажиточных хозяйств не полностью выполнили норму по хлебозаготовке, и постановлялось «дообложить» эти хозяйства в количестве 4877 пудов.

Протокол собрания с/х товарищества «Трудолюбие» (1922 г.)

Адельшинский сельсовет (1920 г.) (ГАПО, Ф-р. 1521, оп.1а. д. 28)

В 1928 г. был образован колхоз (хутор) «Чатке» («Искра»), а инициаторами создания стали Р. М. Гафуров, С. И. Гауров, Аюпов, М. Ю. Шабакаев и др. Отмечается в протоколах, что у колхозников организация производства происходила значительно лучше и практически сразу со дня основания. Вскоре по принятому постановлению укрепления колхозов в уезде «Чатке» соединился с колхозом «Игенче», а сам хутор был перенесен в Бикмосеевку.

Одновременно в крестьянских собраниях бедноты д. Исикеево также встала тема о строительстве колхоза. Отмечалось, что сельский совет ведет недостаточную работу в этом направлении, а уполномоченный сельсовета по д. Сосновый Враг тов. Аюков помимо халатного отношения к работе ведет антисоветскую пропаганду, в частности, среди женщин. В связи с этим собрание бедноты постановило: снять с должности председателя сельсовета тов. Долгова, уполномоченного Аюкова отдать под суд, а на должность нового председателя выдвинуть кандидатуру Рафекова. Остро стоял в Исикеево также вопрос по борьбе с кулаками, подкулачниками и очистки всей деревни от кулацкого элемента. На одном из собраний бедноты (№ 18) было принято решение выселить из деревни Яфарова Хабибуллу за «крупную» торговлю пушниной и кожсырьем. Указывалось, что Яфаров имеет 25 десятин земли (1 десятина=1, 0925 га) и 15 десятин арендованной. «Эти земли он приобрел еще до революции и эксплуатировал батраков. Кроме того, имеет своего торгового агента по торговле, имеет 2-х работников на дому. Избил своего бедняка-соседа с целью завладения его дворовым местом».

В д. Исикеевов 1935 г. на 566 колхозных хозяйств приходилось 91 хозяйство единоличников.

Постановление об отчуждении описанного имущества за неуплату налогов у гр. Вергазова У. З. (ГАПО, Ф-р. 603, оп. 1, д. 62), 1929 г.

Выселению из д. Исееково подлежал и другой кулак – Бикенеев Ахмеджан, который, как и Яфаров, имел земли не менее 40 десятин, эксплуатировал наемный труд, держал постоянно 2-х работников, являлся крупным торговцем пушнины и кожсырья, ежегодно закупал гурты мелкого скота, «которых забивал в целях дальнейшего обогащения». Постановлялось: просить Неверкинский РИК утвердить эти решения о выселении еще до весеннего сева, а их земли передать в колхоз.

Список лишенных избирательных прав в д. Погорелый Чирчим

Список лишенных избирательных прав по д. Погорелый Чирчим, 1928 г. Мулла Хабибуллин Вафа и его сын Бедикай (ГАПО, Ф-р.603, оп.4. д.1)

В продолжение темы о фискальной политике отметим, что для государства более значимым был процесс сбора налога как неотъемлемой части взаимоотношений в социально-экономической сфере. Другой задачей являлось осуществление перераспределения накоплений между отраслями народного хозяйства, регулирования воспроизводства и стимулированияэтих процессов. Введение подворно-денежного налога значительно упорядочило систему взимания местных налогов, но при этом привлечение на работу батраков, аренда чужой земли и др. было запрещено. При этом произошёл значительный ущерб экономической мощи зажиточных хозяйств, потому что у таких хозяйств изымались значительная часть средств.

Так, сельсоветы составляли предварительный поселковый список, чтобы определить величину налога. Налоговые инспектора проверяли списки в каждом селе, однако выплаты налога фиксировалась после сдачи всего размера налога, а потом проверялась в волисполкоме. Например, в протоколе допроса от 17 января 1935 г. показано, что председатель Исикеевского сельсовета Ахать Рафеков выступает в качестве свидетеля в доносе Алтынбаева Абдуллы Юсуповича на Бибарсова Усмана Мусиновича, который “якобы арендует чужую землю (30 га) и имеет 2 батраков в своем хозяйстве, а в период сезонных работ привлекает к работам до 20 человек”. Имеет также в своем хозяйстве 3 лошади, 3 коровы, 25 голов мелкого скота и жатку. Кроме почего занимается торговлей дегтем и мукой, продавал все по завышенным ценам, доход составлял до 6000 рублей. Впрочем эти показания против Бибарсова Усмана подтверждает другой гражданин Исекеева бибарсов Шакир Мубинович[51].

Протокол заседания Бикмосеевского сельсовета от 19 марта 1930 г. под председательством Булатова И. о пересмотре списка лишенных избирательных прав

Закончившаяся Гражданская война еще долго продолжалось в деревне – между богатой, угнетаемой частью населения и бедняками-угнетенными, принимавшая время от времени жесточайшие формы. Эксплуатоторский класс в лице зажиточного крестьянства всячески сопротивлялось новым методам хозяйствования: не платил налоги, срывал поставки продовольствия государству, так необходимых для города и голодающим слоям населения, не выполнял другие дерективы и постановления совесткой республики. Этот класс, как показывают многочисленные документы, нередко прибегал к откровенному террору, саботажу и вредительству. Власть была вынуждена применять ответные законодательные меры воздействия в виде лишения кулаков и духовенства избирательных прав, частичной или полной конфискации имущества, выселению из деревни и передачи дел следственным органам и суду.

В документах протоколов собраний сельских советов часто показывается распределение полученной прибыли между членами комитета бедноты. Отметим, что председателем сельсовета, а затем и председателем группы бедняков являлся в Исикеево тот же самый Долгов, снятие которого с должности, по всей видимости не состоялось. Бибаров М. временно заменил Аючатова, который в свою очередь стал уполномоченным райпотребсообщества. Отмечалась острая нехватка дефицитных товаров в потребсообществе, предназначенных для выдачи крестьянам в обмен на поставленую продукцию. Также остро стоял вопрос по ликвидации неграмотности и малограмотности населения и дальнейшего, 100 %-го охвата всеобучаем. В этом вопросе был вынесен даже строгий выговор зеведующему школой Мурсюкаеву Мухамеджану Умяровичу.

Список учителей Сулеймановской начальной школы,1938 г.

Список учителей начальной школы Погорелого Чирчима и Бикмосеевки, 1938 г.