Маргарита и Фауст под руку, Марта и Мефистофель прогуливаются.
Маргарита
Я чувствую все снисхожденье в вас
Ко мне, — и я стыдом сгораю небывалым.
Кто странствует, привык уже подчас
Довольствоваться слишком малым;
И я уверена, муж опытный такой
Не может занят быть моею болтовней.
Фауст
Один твой взгляд и звук речей
Дороже мудрости мне всей.
(Целует ее руку.)
Маргарита
Не беспокойтесь! Что вам за охота
И целовать? Она жестка, груба!
Не минет этих рук и черная работа;
Мать на взысканье не слаба.
(Проходят.)
Марта
А вы, сударь, вы вечно на пути?
Мефистофель
Ах, ремесло и долг! Не в вашей это воле!
Как тяжело порой из мест иных уйти,
А все нельзя остаться доле!
Марта
В порывистых годах куда ни шло
Носиться по свету, испытывая силы,
Но вот лета приносят зло,
И так холостяком тащиться до могилы
Кого-либо к добру едва ли привело.
Мефистофель
Предвижу это с содроганьем!
Марта
Размыслите о том за время со вниманьем.
(Проходят.)
Маргарита
Да, вон из глаз, из сердца вон!
Вы с вежливым сдружились обращеньем.
Не мне чета; разумнейшим сужденьем
Ваш круг знакомства наделен.
Фауст
О, милая! Поверь, разумным-то слывет
Нередко спесь одна, да близорукость.
Маргарита
Да?
Фауст
Ах, жаль, что в простоте невинность никогда
Себя и всей цены своей не сознает!
Что скромность нежную смиренному рассудку
Готовы мы в вину поставить и считать.
Маргарита
Попомните меня единую минутку,
Достанет времени о вас мне вспоминать.
Фауст
Вы все одни?
Маргарита
Да, хлопоты все дни.
Хоть необширные они.
У нас служанки нет; вязать, мести, варить,
Шить надо мне, беги туда, беги обратно,
А матери моей трудненько угодить, —
Так аккуратна!
Не то, чтоб нужно ей стеснять себя во всем,
Мы даже более иных имеем средства:
Отец-таки оставил нам наследство,
Есть домик за городом, сад.
Теперь мои поразвязались руки:
Мой брат — солдат.
Сестричка умерла.
С ребенком этим, что я горя приняла,
Но я бы с радостью опять пошла на муки,
Будь жив он.
Фауст
Ангел был, коль сходен был с тобой!
Маргарита
Вскормила я его, — тянулся он за мной.
Уж после он отца родился;
И недуг матери продлился,
Уж мы отчаялись сперва, —
И поднялась она едва-едва,
Тут думать нечего ей было,
Чтоб крошечку сама она кормила.
Вот и вскормила я ее
Водой да молоком; сказать — дитя мое
И с рук моих оно не шло,
Смеялось, прыгало, росло.
Фауст
Чистейшую из всех ты радость испытала.
Маргарита
Но сколько я и горя принимала.
Малютки колыбель стояла близ меня,
В ночное время, — чуть, бывало, шевельнется,
Проснусь и я;
То надо напоить, то взять к себе. Неймется, —
Кричит. Тогда вставай, на месте не сиди,
А с ним по горнице взад и вперед ходи,
А поутру опять к корыту подходи;
На рынок, в кухню будь готова,
Сегодня так и завтра снова.
Веселье не пойдет на ум тут, сударь мой;
Зато как вкусен хлеб и сладостен покой.
(Проходят.)
Марта
Задача бедных женщин тяжела:
Холостяка нельзя исправить.
Мефистофель
А ведь любая б, кажется, могла
На лучший путь меня направить.
Марта
Еще ни с кем вы так-то не встречались?
И сердцем вы нигде не прилеплялись?
Мефистофель
Пословица гласит нам: свой очаг,
Да добрая жена всех выше благ.
Марта
Я говорю: таких вы мыслей не держали?
Мефистофель
Меня везде любезно принимали.
Марта
Я спрашиваю: мысль питали ль вы сердечно?
Мефистофель
Кто с женщиной шутить осмелится беспечно?
Марта
Ах, вы не поняли!
Мефистофель
Ужасно жалко мне!
Но понял только я, что вы добры вполне.
(Проходят.)
Фауст
Так ты, мой ангелок, сейчас сообразила,
Узнала ты меня, когда я в сад вошел.
Маргарита
Вы не заметили? Глаза я опустила.
Фауст
И ты простила мне, что подошел
Так дерзко я, хотя тогда ты волновалась,
Когда намедни ты из церкви возвращалась?
Маргарита
Я смущена была, мне это было ново;
Худого про меня никто б не мог сказать.
Подумала я: он чего-нибудь дурного
Иль наглого во мне не мог ли увидать?
С чего бы, кажется, и статься,
Так прямо к девке привязаться.
И признаюсь, никак не знала я,
Что в пользу вашу здесь уж стало шевелиться.
Но верно то, я злилась на себя,
Что я на вас сильней не в силах злиться.
Фауст
Душа!
Маргарита
Позвольте!
(Она срывает астру и обрывает лепестки один за другим.)
Фауст
Это что? Букет какой?
Маргарита
Нет, так, забава.
Фауст
Как?
Маргарита
Не смейтесь надо мной.
(Она обрывает и шепчет.)
Фауст
Что шепчешь ты?
Маргарита
(вполголоса)
Меня он любит, — нет…
Фауст
О, ты, очей отрадный свет!
Маргарита
(продолжает)
Он любит, — нет, он любит, — нет…
(Обрывая последний лепесток, с нежной радостью)
Меня он любит!
Фауст
Дитя мое! прими ты речь цветка
За приговор небес, тебя он любит!
Поймешь ли ты слова? Тебя он любит!
(Берет ее за обе руки.)
Маргарита
Я трепещу!
Фауст
О, не дрожи! Пусть этот взор
И пусть руки моей пожатье
Проговорят, чего сказать нет слов:
Вполне предаться, чувствуя блаженство,
Которое должно быть вечно!
Да, вечно! Ведь его конец бы был
Отчаянье. — Нет, без конца! И вечно!
(Маргарита жмет ему руки, вырывается и убегает. Он стоит некоторое время в задумчивости, потом следует за ней.)
Марта
(входя)
Уж скоро ночь.
Мефистофель
И мы уйдем сейчас.
Марта
Я б вас просила дольше здесь остаться;
Да место-то прегнусное у нас.
Здесь все, как словно им и нечем заниматься,
И дела точно нет другого,
Как у соседа все высматривать любого.
А тут пойдут судить, не избежишь речей.
А наша парочка?
Мефистофель
Порхнула в липник тот.
Вот птички вешние!
Марта
Он, кажется, к ней льнет.
Мефистофель
Она к нему. Таков закон вещей!