Марта
(одна)
Мой муженек, чтоб Бог ему простил,
Со мною дурно поступил!
Ушел шататься, — тесно в доме.
Вот и одна я на соломе.
А кажется, ему я не грубила
И, видит Бог, как я его любила,
(Плачет.)
Быть может, уж Господь успел его прибрать.
Где мне свидетельство-то взять?
Маргарита
(входит)
Я, Марта, к вам.
Марта
Дружок, зачем?
Маргарита
Я вся дрожу, чуть не упала!
В шкапу я ящик увидала
Такой, как был и перед тем,
А вещи, — не было таких
И в том чудесных, дорогих.
Марта
Про них ты матери ни слова!
Она попу отдаст их снова.
Маргарита
Гляди! Ах! Обрати вниманье!
Марта
(наряжает ее)
Ах, ты, счастливое созданье!
Маргарита
Жаль, что нельзя в них ни гулять,
Ни даже в церкви их казать.
Марта
Ко мне почаще укрывайся,
Тихонько здесь, в уборе этом всем,
Пред зеркалом часочек прогуляйся,
Мы налюбуемся вдвоем.
А в праздники ты станешь надевать
По малости, — и людям их казать.
Сперва цепочку, серьги там одни.
Мать не заметит; ей, пожалуй, что сболтни.
Маргарита
Но кто два ящика принес-то?
Тут дело, кажется, неспроста!
(Стучат.)
Маргарита
О, Боже! Ну, как мать идет! Я вся дрожу.
Марта
(смотря за занавес двери)
Чужой там господин. —
Войдите!
Мефистофель
(входя)
Я прошу
Прощенья наперед у дам,
Что прямо так вхожу я сам.
(Почтительно отступает перед Маргаритой.)
О Марте Швертлейн я спросить два слова!
Марта
Я самая. Я отвечать готова!
Мефистофель
(тихо ей)
Теперь я знаю вас, — и впредь я очень рад;
Но гости знатные у вас сидят.
Простите, что вошел без зова,
Но в полдень к вам явлюсь я снова.
Марта
(громко)
Дитя! Вот чудеса пошли!
Тебя за барышню сочли.
Маргарита
Бедняжка я, и господину
Дала к любезности причину.
А весь чужой на мне убор.
Мефистофель
Но он один, а ваш и взор
Блистает благородной волей;
Я рад, что остаюсь тут долей.
Марта
С чем вы пришли? Хочу скорей узнать.
Мефистофель
Желал бы лучших я вестей!
И не хотел бы вызвать стонов.
Муж умер ваш и шлет поклонов.
Марта
Он умер? Милый друг! Ахти!
Он умер. Ах, не в силах я снести!
Маргарита
В отчаянье не приходите!
Мефистофель
Печальной повести внемлите.
Маргарита
Я полюбить весь век свой не желаю,
Утраты я не вынесу, — я знаю.
Мефистофель
Грусть в радости, а радость в грусти вечно.
Марта
Скажите же, как умер он?
Мефистофель
Он у Антония, сердечный,
Там в Падуе похоронен[72],
На благодатнейшем погосте
Свои он успокоил кости.
Марта
А мне вы ничего затем не сообщите?
Мефистофель
Большую просьбу приношу:
Вы триста панихид по мертвом закажите!
Во всем другом не взыскивать прошу.
Марта
Как! Безделушки даже никакой?
Какую в сумочке рабочий припасет,
Да в память принесет,
Скорей попросит подаянья!
Мефистофель
Мадам, скорблю я сам душой;
Но все ж на ветер он не бросил достоянья.
Он о своих проступках сожалел,
И очень о своем несчастии скорбел.
Маргарита
Как трудно людям жить и гибнуть без пути!
За упокой его последний грош отдам уж.
Мефистофель
Достойны вы сейчас же выйти замуж:
Такое вы прелестное дитя.
Маргарита
Ах, нет, черед не вышел мой.
Мефистофель
Коли не муж, так кавалер любой.
Какое райское блаженство,
Обнять такое совершенство.
Маргарита
Не принят здесь подобный обиход.
Мефистофель
Ну, принят или нет! А все один исход!
Марта
Да расскажите мне!
Мефистофель
Я в час его кончины
Был у его одра; то был навоз один.
Но умирал он, как христианин,
А за собой еще он находил причины
Как должен, он твердил, себя я ненавидеть,
Что мог так долг попрать и так жену обидеть.
Ах, тяжело! Он продолжал, стеня,
Хотя б простить меня она в душе решила!
Марта
(плачет)
Мой бедный муж! Уж я давно ему простила.
Мефистофель
Но видит Бог! Она виновнее меня.
Марта
Он лжет! Как! Лгать перед кончиной этак!
Мефистофель
Он, верно, бредил напоследок,
Коль я могу судить о чем.
Мне, говорил он, жить досталось, не зевая,
Сперва детей, потом ей хлеба добывая,
И хлеба в смысле не прямом,
А я не мог куска-то съесть покойно.
Марта
Всю нежность, всю любовь забыть так недостойно,
Все надрыванье день и ночь!
Мефистофель
Нет, было позабыть о них ему невмочь.
Он говорил: когда из Мальты я Отплыл, я
за жену и за детей молился,
И до небес дошла молитва, знать, моя,
В плену у нас корабль турецкий очутился,
Который вез казну великому султану.
Тут было роздано возмездье храбрецам.
Я получил, скрываться в том не стану,
Часть приходящуюся сам.
Марта
Ах, что? Ах, где? Ее он не зарыл ли?
Мефистофель
Не знаю подлинно; он денег не спустил ли?
В Неаполе с ним барышня сошлась,
Когда уже в трудах не изнурял он силы;
Она его любить так верно принялась,
Что это чувствовал он даже до могилы.
Марта
Ах! Он подлец! Детей грабитель!
Беда, нужда со всех сторон,
А он такой же расточитель!
Мефистофель
Вы видите, за то и умер он.
Когда б я стал на место ваше,
Хоть горевал бы год, другой,
Меж тем дружка высматривал бы краше.
Марта
О, Боже! Все ж каков был первый мой.
Едва ль другой отыщется на свете!
Подобный дурачок найдется ль средь живых.
Он только странствия любил все эти,
Вино чужое, жен чужих
И эти проклятые кости.
Мефистофель
Ну, можно было и терпеть,
Когда и он без всякой злости
Мог и на вашу жизнь смотреть.
Клянусь, с таким условьем сам
Кольцо в обмен отдал бы вам!
Марта
Вы только шутите из лести!
Мефистофель
(про себя)
Нет, от нее пора бежать!
Готова черта на слове поймать.
(Обращаясь к Гретхен.)
А ваше сердце все на месте?
Гретхен
Как мне вас понимать?
Мефистофель
(про себя)
Невинное дитя!
(Громко.)
Прощайте, барыни!
Маргарита
Прощайте!
Марта
Не шутя!
Свидетельство-то мне, премного б одолжили,
Как, где, когда дружка вы схоронили.
Порядок век блюдя во всех предметах,
Про смерть его прочесть желала бы в газетах.
Мефистофель
Двух очевидцев, может быть,
Довольно, дело подтвердить?
Товарищ у меня приличный, —
Он явится на ставке личной,
Мы с ним придем.
Марта
Прошу я вас!
Мефистофель
А вот и девушка как раз?
Он светский малый; но прямой,
И предан барышням душой.
Маргарита
Сгорю я со стыда пред этим господином.
Мефистофель
Да ни перед царем единым.
Марта
Вот там в моем саду, за этим домом,
Сегодня вечерком мы ждем вас со знакомым.