Короткий, как сон,
Неожиданный дождь
Смыл серую пыль
С абрикосовых рощ:
Казалось, что в ясной
Прохладной тиши
Он должен был смыть
И усталость с души.
Ужели же зря
Мы сидим за столом,
Где кубки полны
Драгоценным вином?
Ужели же зря
Ублажают гостей
Певцы и танцоры
Из Двух областей
И все же меня,
Среди праздных утех,
Тревожная мысль
Отделяет от всех.
Источник: "Далекие и близкие. Стихи зарубежных поэтов", 1978
Вдоль кустов
В своем домашнем платье
Я бреду
Знакомою тропою;
Тихо в нашем доме
На закате,
И ступеньки
Поросли травою.
В уши дует мне
Осенний ветер,
Вереницы птиц
Стремятся к югу,
Но не смогут
Ослабеть на свете
Верность и любовь моя
К супругу.
А теперь
Он далеко отсюда —
Больше нет опоры,
Мне привычной,
И счастливой
Больше я не буду,
И цветы
Не расцветут вторично.
Вы любовь забыли
Слишком рано,
Вы иной,
Чем в молодые годы.
Обвиваясь вокруг вас
Лианой,
Разве я
Лишала вас свободы?
Выполняла я
Свой долг желанный —
Помните? —
И вечером, и утром.
И меня отвергнув
Столь нежданно,
Вы отнюдь
Не выглядите мудрым,
Источник: "Лирика китайских классиков" в переводах А. Гитовича, 1962
Неистовый ветер
Листву раздирает на части,
Волну за волною
Вздымают угрюмые реки.
Навеки лишившись
Меча боевого и власти,
Я старых товарищей
Тоже лишился навеки.
Ты разве не видел,
Как иволга — кроткая птица,
Спасаясь от ястреба,
Слепо бросается в сети.
Везет птицеловам!
Но мальчик глядит и томится
Его не прельщают
Удачи охотничьи эти.
Сочувствует мальчик
Внезапному птичьему горю, —
Чтоб сети разрезать,
Он нож достает из кармана.
И вот уже иволга
Кружится в синем просторе,
Но вновь прилетает —
И благодарит мальчугана,
Источник: "Лирика китайских классиков" в переводах А. Гитовича, 1962
Горит костер из стеблей бобов,
И варятся на огне бобы,
По поводу горькой своей судьбы.
И плачут, и плачут бобы в котле —
Один у нас корень, — стонут бобы. —
Мы братья вам, стебли, а не рабы.
Примечания
Стихи за семь шагов — предание гласит, что Цао Пэй приказал Цао Чжи за то короткое время, которое нужно, чтобы сделать семь шагов, сочинить под страхом смерти экспромт. В сочиненном Цао Чжи экспромте поэт говорит о тех притеснениях, которые он вынужден терпеть от своего брата Цао Пэя. Выражение "Варят бобы на стеблях бобов" стало образным обозначением вражды родных братьев.
Источник: "Лирика китайских классиков" в переводах А. Гитовича, 1962
Клубок беззащитной травы
Оторвался от корня —
Несется и кружится
С каждой минутой покорней.
Летит он, гонимый
Любым налетающим ветром,
Уносится в высь,
К облакам, равнодушным и светлым.
К такой высоте —
Беспредельной на вечные сроки, —
Где нет ни конца, ни начала
Небесной Дороге.
Не так ли и странник,
Покинув родную столицу,
Бредет, погибая
На северной дальней границе.
В холодных ночах,
Замерзая под рваным халатом,
Питаясь ботвою гороха
И диким салатом,
Бредет он и знает,
Что нету обратной дороги.
Состарили странника
Горе, тоска и тревоги.
Источник: Цао Чжи "Фея реки Ло", 2000
Красавица
Где-то на юге
Живет,
Молода и румяна.
Гуляет одна,
Без подруги,
На отмелях
Сяо и Сяна.
Не ценят
Красы одинокой
Слепцы,
Проходящие мимо.
А годы
В мгновение ока
Уносятся
Неудержимо.
Источник: "Далекие и близкие. Стихи зарубежных поэтов", 1978
Вот остаюсь я
С думою о друге —
Для дум никто
Не изобрел преграды.
Осенний ветер
Леденит мне руки,
Трещат в траве
Озябшие цикады.
Запущен мир,
И только мгла струится,
И солнце путь свой
Уступает звездам.
И за день
Утомившиеся птицы
Торопятся
К своим семейным гнездам.
Бредет овца,
Отставшая от стада
И на ходу
Дожевывает пищу,
И скоро все
Покою будет радо,
Лишь я далек
От своего жилища.
Источник: "Лирика китайских классиков" в переводах А. Гитовича, 1962