Ной провел пальцем по обнаженному плечу Ильзы, а затем вниз по руке. Она прикрылась простыней. Ответное влечение отразилось во взгляде ее сонных глаз.

Странно, что такая чувственная женщина, женщина, которая так бесстрашно вошла в его офис без нижнего белья, столь скромно прикрывает свое прекрасное тело.

Она была девственницей.

У него в голове вертелось столько вопросов. И сожалений. Он принял ее слегка неуклюжие поцелуи за безудержный энтузиазм и совсем не подумал о неопытности. Должен ли он был понять все это раньше?

– О чем ты думаешь?

Ной поднял глаза и увидел, что Ильза смотрит на него.

– Ты выглядишь очень серьезным.

– Просто интересно, может, мне стоило быть более ласковым?

– Все было прекрасно.

– Я говорил о первом разе. Там, в кабинете. Тебе не понравилось делать это на столе?

Она нахмурилась:

– Конечно, понравилось!

– Ты очень сексуальная женщина, Ильза.

Ной вспомнил ее вызывающий взгляд, когда она запирала дверь, и шок, когда он обнаружил, что под этим тонким голубым платьем на ней ничего нет. Он снова почувствовал напряжение в паху.

– Я так сильно хотел тебя, что боялся, что просто не успею надеть презерватив. В первый раз я бы сделал это медленнее. Был бы нежнее.

– Потому что я была так неопытна? Ты получил удовольствие?

Ной запустил руку в ее волосы и позволил себе медленно, легко и неизбежно возбуждающе поцеловать ее теплые губы. Нужно было сделать над собой усилие, чтобы отстраниться, особенно когда она так сладко поцеловала его в ответ.

– Я беспокоился не о своем удовольствии, а о твоем. Для меня все было фантастически.

– Я рада. Для меня тоже.

Она провела рукой по его ключице. Он ощутил невероятное удовольствие и попытался поскорее отвлечься. Ему нужно было что‑то, что помешало бы наброситься на Ильзу сейчас, когда ей нужно было время для восстановления сил.

– Для меня было честью стать твоим первым мужчиной.

– Тебе интересно, почему я так долго не занималась сексом?

– Мне, конечно, любопытно, но это касается только тебя.

Ной прижал ее руку к своей груди.

Была ли она настолько невежественна, что не знала, что делала с ним этими соблазнительными ласками? Лежать голым в постели рядом с Ильзой было испытанием.

– Мне нравится, что ты не любопытен, – сказала она. – Многие люди думают, что моя жизнь и мои мысли должны быть открытой книгой для всех лишь из‑за того, что я дочь своего отца. Будто бы у меня нет права на частную жизнь.

– Мне жаль это слышать, – пробормотал Ной.

– Это не твоя вина. – Их взгляды встретились, и он задался вопросом, увидел ли он в ее глазах тоску. – У меня не было намерения долго оставаться девственницей. Просто так получилось.

Несмотря на свою решимость не проявлять любопытства, он не смог удержаться от удивленного взгляда.

– Должно быть, за тобой ухлестывало множество мужчин.

Ее красота и доброе сердце вкупе с ее социальным положением привлекли бы многих.

– Меньше, чем ты думаешь, особенно с учетом того, что я живу в центре внимания средств массовой информации. Как ты знаешь, это сложно – сохранять отношения в тайне. К тому же многих людей пугает сама идея королевской власти, или они не видят ничего за громким титулом.

– Как они могли не заметить жизнерадостную женщину, скрывающуюся за королевским именем?

– Ты злишься?

Он постарался стереть с лица следы гнева.

– Прости.

Ильза придвинулась ближе.

– Не стоит извиняться. Мне нравится, что ты разозлился из‑за моего рассказа. – Она замолчала. Затем продолжила: – Даже если я могу постоять за себя, приятно чувствовать, что кто‑то на моей стороне.

Ной чуть не задохнулся от гнева, когда подумал, каково ей было противостоять мужчинам, которых интересовал лишь ее статус.

– Как бы то ни было, только идиот может высоко ценить твой титул, а не тебя.

Она задумчиво посмотрела на него. Ною захотелось прижать ее к себе и сказать, что никто больше не причинит ей вреда.

– Это так мило. Я действительно сильно влюбилась в подростковом возрасте. Он меня очаровал. – Ее рот скривился. – Я поверила, что он любовь всей моей жизни. Но ему не удалось убедить моих родителей в чистоте своих помыслов, и они уговорили меня сначала отправиться в путешествие с моей матерью. Мы пробыли в Северной Америке целый месяц.

Она сделала паузу, ее губы сжались.

– Когда мы вернулись домой, его и след простыл. Он пытался затащить меня в постель и добиться официальной помолвки, но не смог подождать одного месяца! Возможно, он понял, что мои родители видят его насквозь.

– Должно быть, он разбил твое сердце. – Ной сжал кулаки.

– Я думала, что да. Но, возможно, я была просто во власти романтической мечты. Этот опыт изменил меня. Я уже не была готова верить комплиментам. Я стала легко угадывать интересы мужчин. Ты удивился бы, как часто им была нужна не я, а статус или богатство, или даже возможность выиграть пари о том, удастся ли им затащить в постель принцессу‑паиньку. Вот я и перестала доверять людям.

Ной помнил и о том, что Ильза была помолвлена дважды, но не спала ни с одним из женихов. Даже в мире королевских семей это казалось странным, но Ной удержался от расспросов. Если бы захотела поговорить об этом, она бы это сделала.

– И все же ты доверилась мне. Ты позволила мне увести тебя из‑под носа всех этих сплетничающих светских лиц прямиком на мою яхту. – Он сделал глубокий вдох и подумал о доверии, которое она ему оказала. – Ведь все всё поняли, когда мы ушли вместе.

Неудивительно, что средства массовой информации были полны разнообразных историй о них.

Риск, на который она пошла из‑за него, заставлял его почувствовать себя ее покорным слугой. После двух ее неудачных помолвок пресса охотно начала распускать сплетни о том, что журналисты считали продолжением саги о ее личной жизни. Он же ничем не рисковал…

– С тобой все было по‑другому. – Ильза провела рукой по его груди, остановившись там, где билось его сердце. – Это трудно объяснить, но я поверила тебе и так сильно захотела тебя. Я еще никогда не чувствовала ничего подобного.

– Я знаю, что ты имеешь в виду. – С ней все казалось другим и новым.

Ной прижал ее к себе, не позволяя себе слишком сильно раздумывать о том, почему их отношения были уникальными.

– Ты можешь доверять мне, Ильза. Я тебя никогда не предам.

Она прижалась к нему, вдыхая пряный аромат его кожи, полная решимости запомнить эти невероятные моменты.

Ной перекатился на спину, притянув ее к себе так, что она оказалась на нем.

– О чем ты думаешь, Ильза? Ты вспомнила что‑то плохое?

– Почему ты так говоришь?

– Ты как‑то напряглась.

Он слишком много замечал.

Но Ильзе это нравилось. Она никогда не встречала мужчину, настолько сосредоточенного на ней, замечающего мельчайшие изменения ее настроения. Она приподнялась и погладила его по подбородку.

– Ничего особенного. Просто подумала, что, когда все это закончится, мне придется вернуться в Альтбург.

Ной обнял ее крепче.

– Но не торопись.

– Я не буду торопиться. – Ей хотелось оставаться с Ноем как можно дольше.

– Тебе нравится быть членом королевской семьи?

Ильза моргнула:

– Нравится?

– Ты удивлена? Неужели никто никогда раньше об этом не спрашивал?

– Никогда.

– Что скажешь?

– Я родилась принцессой. И это все, что я знаю.

– Я понимаю.

Он убрал волосы с ее лица, как будто хотел лучше ее разглядеть.

– Но это то, чем ты хочешь заниматься? Ты счастлива? Ты испытываешь чувство удовлетворения от своей жизни? Извини. Я что‑то слишком любопытен, хотя пообещал себе…

– Все в порядке. Правда.

Она опустила голову ему на грудь, прислушиваясь к биению его сердца. Оно билось ровно и казалось надежным, как и сам Ной. Ему она могла доверять. Дворцовые службы не проводили никакой проверки, ее семья ни о чем его не расспрашивала, Ильза полагалась на свой собственный инстинкт и чувствовала, что могла доверять Ною так, как мало кому еще.

– Нет, то, чем я занимаюсь, не приносит удовлетворения, – призналась она наконец. – Больше нет.

За исключением некоторых проектов, в которых она участвовала по собственному выбору.

– А раньше?

– Сколько я себя помню, меня обучали руководить страной. Мои родители и наставники стремились сделать из меня королеву, которая могла бы вести за собой свой народ.

– И так было с самого детства?

– Конечно.

– Но все изменилось, потому что родился твой брат?

– Да, Кристоф стал наследником.

– Он стал наследником престола только потому, что он мальчик.

Ильза выросла, зная, что произойдет, если родится наследник мужского пола, каким бы несправедливым это ни казалось.

– Конституционные изменения происходят медленно, и, вероятно, потребуется смениться целому поколению, чтобы изменения принял парламент.

Она замолчала, врожденная осторожность побуждала ее остановиться. Но она хотела поделиться с Ноем.

– Но все было не так просто. У моего брата в детстве были проблемы со здоровьем.

Долгое время никто не знал, сможет ли он стать наследником трона. Не раз они боялись, что он умрет.

– А теперь с ним все в порядке?

– О да. – Ильза улыбнулась. – Он вырос в удивительно сильного молодого человека.

В восемнадцать лет Кристоф был полон энергии. Но еще несколько лет назад все было совсем не так.

– Все это время тебя готовили к тому, чтобы ты унаследовала трон своего отца?

Она кивнула.

– А теперь ты внезапно стала просто запасным игроком.

– Запасным и даже лишним. Я люблю Кристофа. Я рада, что у него все сложилось хорошо. Я не жалею, что не унаследую трон. – Она сделала паузу. – Но странно жить, когда у тебя больше нет четкого направления и нет никакой цели.

– И что же получается?

Она пожала плечами:

– Я поддерживаю своего отца и совершаю добрые дела.

Ильзе нравилось помогать людям.

– Ты бы стала королевой, если бы осталась в Валлорте.

Слова Ноя напомнили ей о скандале и об отмененной помолвке. Взглянув на Ноя, она поняла, что он погрузился в свои мысли.

– И все же ты решила не оставаться там и отказалась от важной роли, к которой тебя так долго готовили. Для того, кто с рождения обучался быть лидером, тяжело чувствовать, что мир перевернулся с ног на голову.

Она почувствовала облегчение. Он действительно все понял.

– Я переживу. – Собственно, у нее не было иного выхода.

– Я уверен, что так и будет.

Его уверенность согрела ее.

И все же это было трудно – понять и принять то, что события ее жизни стали развиваться по совсем другому сценарию. Ее воспитали так, чтобы она оправдывала ожидания своей семьи. Хотя она и была благодарна судьбе за выздоровление своего брата, но перестала быть наследницей трона. Затем не состоялся брак с Джастином, принцем Валлорта. Они были знакомы много лет, и, когда он умер, она горевала о нем, как о хорошем друге. Но прежде чем у нее было время пережить это горе, было объявлено о ее помолвке, на этот раз с преемником Джастина, Люсьеном.

Ильза думала, что сможет сделать то, что от нее ожидали. Ей нравился Люсьен. Но даже она, понимавшая, что ее выдадут замуж по расчету, отказалась выходить замуж за человека, так явно влюбленного в кого‑то другого.

И вот теперь она оказалась без настоящего призвания. Без цели.

Боль так до конца и не прошла. Ильза, возможно, и была воспитана, чтобы править, но секрет, которым она никогда ни с кем не делилась, заключался в том, что у нее была только одна мечта – стать матерью. Это было ее страстное желание.

Стремление иметь детей она не обсуждала ни с кем, особенно с отцом. Но это была одна из причин, по которой Ильза согласилась на брак по договоренности. Она надеялась создать настоящую семью.

Теперь осуществление этой мечты было под вопросом. Ей под тридцать, у нее эндометриоз, и в их семье уже бывали проблемы с фертильностью.

Врач Ильзы предупреждал ее о возможныхх проблемах. Шло время, и ее шансы иметь детей становились все меньше. Поэтому, когда появилась бывшая любовница Люсьена, ждавшая ребенка и не уверенная, что сможет его вырастить, Ильза подумала об усыновлении этого ребенка вместе с Люсьеном. Пока не стало ясно, что эти двое по уши влюблены друг в друга.

Каково это – быть настолько любимой? Как будто ничто другое в целом мире не имело значения. Она не могла себе этого представить.

Ной успокаивающе погладил ее по голове.

Ильза потянулась к нему, предпочитая сосредоточиться на приятных ощущениях, чем на мыслях о том, чего у нее не было.

В целом она была здорова. У нее были семья и друзья, уютный дом и богатство, которое позволяло помогать другим. Ей было за что быть благодарной судьбе. Может, решила она, это и будет ее будущим. Претворять в жизнь проекты социальной поддержки, которые местные власти пока не удалось убедить финансировать.

Откровенный разговор с Ноем помог ей увидеть будущее более ясно. Она поняла, чего она действительно хотела.

Ной наблюдал за ней. Она выглядела встревоженной.

– О чем ты думаешь, Ильза?

Он был проницателен и догадывался, насколько важными и тревожными были для нее недавние события. Он хотел спросить, помогла ли ей семья. Поддержали ли они ее? Обсуждала ли с ними эти вещи? Или должна была смириться с этим и продолжать идти по жизни в одиночку?

И все же она улыбнулась.

– Я думала о том, как мне нравится быть с тобой.

– Хорошо. Я чувствую то же самое. Я считаю, нам нужно остаться и исследовать Стамбул прежде, чем мы отправимся в другие города Турции.

Они не обсуждали, на какой срок сюда приехали, и ему хотелось услышать, как Ильза скажет, что не торопится возвращаться в Альтбург.

– У тебя есть на это время? Тебе же нужно работать.

Ной принял участие в видеоконференции, потому что ему нужно было немного времени вдали от Ильзы.

– Это был единичный случай. Я же в небольшом отпуске, помнишь? – Он поддерживал связь с ключевыми сотрудниками, но с каждым днем все больше наслаждался своей непривычной свободой. И временем, проводимым с Ильзой. Он погладил ее шелковистую кожу. – И нам предстоит многое исследовать. – Он положил руку на ее ягодицы, притягивая ее к себе.

– Мне нравится то, что ты говоришь.

Ной сжал руками ее бедра.

– Ты устала, Ильза?

Ее затуманенный взгляд встретился с его.

– Вовсе нет. – Для пущей убедительности она потерлась о него. Медленно. Возбуждая его еще сильнее.

Ной прижал ее к себе.

– Ты быстро учишься.

– Значит ли это, что я получу награду? – Ее дерзкая улыбка исчезла, когда он обхватил ее грудь, лаская большим пальцем сосок, так что она ахнула.

– Ты получишь все, что захочешь, милая.

– Я хочу большего. – Теперь ее голос звучал приятно прерывисто.

– А я как раз тот мужчина, который даст тебе то, чего ты хочешь. – Если бы она сказала, что ей больно или что она устала, ему бы пришлось принимать ванну со льдом. – Возьми презерватив.

Даже это было восхитительно возбуждающе, когда она села на него верхом, сосредоточенно нахмурившись, и срывала обертку с презерватива.

– Я могу его надеть?

– И прикоснуться к нему? Абсолютно!

Ной кивнул, затем стиснул зубы. Он откинулся на подушку и попытался вычислить в уме математические квадратные корни, но не слишком преуспел в этом. Ильза превратила необходимое действие в настоящее соблазнение. К тому времени, как она закончила, на его лбу и верхней губе выступил пот, и он напрягся от усилий сдерживаться.

Тонкие пальцы обхватили его и медленно заскользили вверх.

– Тебе так нравится или…

– Мне нравится. Но не сейчас. – Он был слишком близок к кульминации.

Открыв глаза, он увидел восторг на ее лице. Пришло время поменяться ролями. Ной поймал руки Ильзы, затем прижал обе к ее груди. Удивление промелькнуло в этих серо‑голубых глазах, затем понимание, когда он положил руку между ее ног, скользнув прямо к клитору.

Она вздрогнула, ее голова откинулась назад. Она была неописуемо соблазнительна. Она выглядела настолько сексуально, что Ной не был уверен, что сможет продержаться долго. Достаточно долго, чтобы доставить ей удовольствие.

– Приподнимись.

Ильза не стала дожидаться дальнейших инструкций. Она опустилась на него, и Ной почувствовал скольжение упругой влажной плоти.

Его руки уперлись в ее бедра, прижимая ее к себе. С ней было так хорошо, что он не хотел ее отпускать.

– Прикоснись ко мне, Ильза. – Вид того, как она обхватила руками свои груди, как ее глаза сверкали, был невероятно возбуждающим. Но Ною нужно было больше.

Она наклонилась вперед, положив руки ему на плечи, прижавшись грудью к его груди, и страстно поцеловала его. Одной рукой Ной прикоснулся к ее ягодицам, а другой к затылку.

Ной прикусил губу Ильзы, двигаясь до тех пор, пока она не задрожала и не забилась в сладостных конвульсиях. И это было самой сладкой пыткой из всех. Он проглотил ее хриплый крик удовольствия. Это был самый лучший секс в его жизни.