Поскольку до открытия отеля оставалось три недели, следовало многое сделать.

И пока Джастин находился в округе Ориндж, бог знает что рассказывая своей семье, Сэди с головой ушла в работу, чтобы не сойти с ума от размышлений. О ее организаторских способностях ходили легенды, и она активно ими пользовалась.

Двор отеля «Утес» всегда был красивым. Но после реконструкции он стал просто великолепным. Трехэтажное здание было выстроено в форме квадрата, окружающего двор. В каждом номере был балкон, с железных перил свисали пышные папоротники и цветущие лозы, отчего отель казался роскошным и благоухающим.

Сэди медленно повернулась, рассматривая центральный двор отеля. Выложенный плиткой внутренний дворик был вымыт, а фасад отеля полностью обновлен. Здесь годами стояли массивные терракотовые горшки с тенистыми деревьями, которые качались под океанским бризом. Теперь у стволов деревьев росли цветы, а на ветвях висели крошечные гирлянды. Фонтан в дальнем конце двора был перекрашен, но сантехнику еще предстояло установить новые шланги и проверить чашу.

Стеклянные столы и стулья с железными спинками были заново покрашены в черный цвет, но новых подушек еще не было на месте. Каменные горшки пока стояли пустыми, завтра после обеда в них высадят растения из питомника.

Все выглядело идеально, но почему‑то Сэди не могла по‑настоящему насладиться этим. Она думала о Джастине и задавалась вопросом, где он, а главное, когда он вернется.

– Ты не кажешься счастливой, – сказала Майк, улыбаясь.

– Я достаточно счастлива. – Сэди пожала плечами. – Просто многое нужно сделать. И я еще не осматривала зону регистрации, где надо подключить компьютеры, и…

– Я этим займусь, – произнесла Майк и посмотрела на Итана, который радостно жевал плюшевого мишку.

– Спасибо, Майк. Запиши все, что считаешь нужным исправить до открытия.

– Поняла. Как твоя мама? – Майк слегка вздрогнула. – Сегодня утром она показалась мне напряженной.

Сэди рассмеялась, вспомнив разговор с матерью.

– Судя по всему, мой отец так хорошо себя чувствует, что хочет купить автофургон и отправиться путешествовать.

– Здорово! – Майк ухмыльнулась. – И что не нравится твоей матери?

– Мама предпочитает жить в хороших отелях во время поездок. Она не любит отдыхать на свежем воздухе. Она переехала в Аризону с моим отцом, чтобы он расслабился и успокоился. Теперь он собрался в очень долгое путешествие, а она не хочет. – Сэди отлично понимала свою мать.

В конце концов она занялась бизнесом с мужчиной, которого любила, хотя знала, что у них не будет будущего. Она рисковала собственным сердцем ради благополучия своего сына.

– Может быть, им для начала взять автофургон в аренду и выяснить, понравится ли им такой отдых?

Сэди пожала плечами:

– Стоит попробовать.

Когда Майк ушла, Сэди продолжала улыбаться. По крайней мере, ее родители хорошо себя чувствуют. Здоровье отца улучшалось, а это означало: что бы ни произошло между Сэди и Джастином, она поступила правильно. Ей приходилось постоянно напоминать себе об этом.

Наклонившись над манежем, она пощекотала пухлый подбородок сына. Он рассмеялся, и сердце Сэди затрепетало. Ради Итана она была готова на все.

– У нас с тобой все будет хорошо, милый, – пообещала она. – Вот увидишь. А теперь жуй мишку, а мама займется делами.

Он взмахнул ручками. Сэди рассмеялась и начала проверять заказы из местного питомника. Для каменных кашпо она заказала филлеры, триллеры и спиллеры.

Триллеры обычно высаживались в середине, чтобы привлечь внимание, поэтому Сэди заказала подсолнухи «Солнце Тосканы». Вокруг них надо было высадить филлеры – лозы сладкого картофеля флуоресцентно‑зеленого цвета, и темно‑синие лобелии. В других горшках будут розовые гортензии, голубые лобелии и ползучие папоротники. Сад станет красивее прежнего, с фонтанами, цветочными горшками и беседками, увитыми темно‑лиловыми клематисами. В некоторых номерах не было вида на океан, зато их окна выходили на фонтаны и цветущие сады.

Все казалось волшебным, но Сэди очень не хотелось использовать это слово.

Сэди быстро позвонила в питомник, и ее заверили, что все идет по плану и будет доставлено на следующий день. Высаживать растения будут садовники отеля, которые торопились вернуться к работе. Думая об этом, она отправила сообщение главному садовнику, прося его собрать команду на завтра.

Оставались последние штрихи в некоторых номерах, на кухне ресторана наводил порядок шеф‑повар. Печатались новые меню. Была готова реклама «Утеса» для показа в торговых центрах Калифорнии по всему побережью.

Джастин верит в успех отеля, он старается удовлетворить свои амбиции. Но для Сэди открытие отеля будет намного важнее. Ей нужно деловое партнерство с Джастином, чтобы добиться успеха, от которого зависит будущее ее сына.

Семья Харрис десятилетиями владела этим отелем. Но по мере того, как вокруг появлялись более крупные и роскошные отели, доходы Харрисов уменьшались. Они могли надеяться только на реконструкцию отеля, но не могли себе ее позволить. Они брали кредиты, а потом отец Сэди заболел, и она не могла терять время.

Вскоре появился Джастин. Он предложил ей деньги, и на этот раз Сэди согласилась. Но сохранение двадцати пяти процентов собственности было важнее, чем деньги, в которых она так нуждалась. Партнерство с Джастином обеспечит будущее ее сына, с отцом или без него.

– Сэди?

Она повернулась и улыбнулась:

– Привет, Сэм! – Заметив выражение его лица, она испугалась. – Что случилось?

– Я только что разговаривал по телефону с Кейт.

Невеста Сэма, Кейт О’Хара, готовилась к свадьбе и наверняка уже устала. Судя по всему, они поссорились.

– Как она?

– Устала. – Сэм покачал головой и пригладил руками волосы. – У нее истерика.

Сэди взяла его за руку, усадила рядом с собой на железный стул и просто сказала:

– Рассказывай!

Джастин оглядел конференц‑зал, где совещалась его семья. Он ожидал, что попадет в ловушку не только матери, но и сестер. По словам Беннета, все знали об Итане. Тем не менее, никто не произнес ни слова. Все просто уставились на него, когда он заговорил. Ему стало немного жутковато.

– Ну, – начал Джастин, – я готов рассказать всем вам, что я делал в Сан‑Диего.

– Самое время, – сказал его отец, Мартин, стукнув кулаком по столу для переговоров, и откинулся на спинку стула.

– Перестань, Марти, – предупредила его жена, Кэндис. – Давайте послушаем, что скажет Джастин. – Она прищурилась, глядя на Джастина. – Расскажи нам все.

Он откашлялся и отвел глаза от обвиняющего взгляда матери:

– Я купил отель в Ла‑Хойя и переделал его в роскошный спа‑отель.

– Что‑что? – Его отец испугался.

Джастин иного не ожидал. В состав «Кэри корпорейшн» входит Кэри‑центр, высококлассный торговый центр и недвижимость по всему штату. Мартин был бы недоволен, если бы одно из предприятий не приносило прибыли.

Мартин Кэри считал, что если кто‑то из его семьи не работает в «Кэри корпорейшн», то он поступает неправильно. Но Джастин уже пытался успокоить своего отца и переубедить его.

– Там прекрасное место, – продолжал он, словно Мартин вообще ничего не говорил. Его отец никогда не смирится, поэтому Джастин решил убедить всех остальных, что он преуспеет. – Прямо на пляже. Отель существует уже шестьдесят лет и давно стал практически социальным институтом Ла‑Хойя.

– Социальный институт, – пробормотал Мартин.

Джастин проигнорировал его:

– Мы работаем уже почти три месяца… – Он умолк, снова осознав, что совсем недавно встретил своего шестимесячного сына. Если бы Сэди сказала ему правду раньше, он еще три месяца назад познакомился бы с малышом. Забавно, что раньше ему это не приходило в голову, а теперь он снова разозлился от этой мысли.

Даже работая с ним в отеле, Сэди продолжала лгать, скрывая Итана. Хотя следовало признать, что отчасти он сам в этом виноват. Он бросил ее. Так с какой стати она должна ему доверять?

– Ты именно этим занимался все это время?

Джастин повернулся и увидел, что Аманда наблюдает за ним.

– Ага. – Он кивнул, представляя себе отель. – Номера нужно было серьезно отремонтировать, и половину из них мы переделали в комнаты для спа‑процедур.

– Спа‑процедуры, – пробормотал Мартин, качая головой.

Джастин продолжал говорить. Он действительно хотел впечатлить свою семью и доказать им, что он многого добился за несколько месяцев.

– Мы добавили крытый бассейн и спа‑бассейн…

– Что такое, черт побери, спа‑бассейн?! – спросил Мартин.

– Марти, перестань! – предупредила Кэндис.

Джастин с трудом сглотнул:

– Из каждого номера отеля открывается вид либо на океан, либо на внутренний двор. И оба вида прекрасны. Рабочие трудились почти круглосуточно в течение трех месяцев. – Он посмотрел на Беннета: – Помнишь, как ты заставил Ханну и ее ребят четыре недели делать ремонт?

– Такое вряд ли забудешь, – размышлял Беннет. – Именно из‑за пожара и ремонта я встретился с Ханной.

Джастин кивнул и заметил, что он похож на своего старшего брата. После пожара в ресторане Кэри в жизни Беннета появилась Ханна Эйтс. А отель «Утес» подарил Джастину встречу с Сэди.

– Я работаю с Сэмом Джонасом. Ты помнишь Сэма, не так ли, мама?

– Конечно, я помню. – Она махнула рукой. – Через две недели вся наша семья гуляет на его свадьбе.

– Верно, – тихо сказал Джастин, понимая, что все Кэри соберутся на свадьбе Сэма, где они обязательно встретятся с Сэди и Итаном. До этого момента ему необходимо решить, что делать дальше.

Джастин не сомневался, что Сэди ему небезразлична. Так было всегда. Но полтора года назад бросил ее, потому что она стала ему слишком дорога. У него была цель, которую он обязан был достичь, чтобы самоутвердиться в семейном бизнесе.

– А что еще новенького в Ла‑Хойя? – спросила его мать, и ее глаза понимающе сверкнули.

– Что‑то еще? – Мартин ошеломленно посмотрел на жену. – Разве недостаточно того, что твой сын начинает бизнес, который не является частью «Кэри корпорейшн»?

– Вообще‑то, – произнес Джастин, уклоняясь от ответа матери, – Беннет инвестировал в отель, поэтому можно сказать, что технически «Утес» – часть компании. И я переименую его в «Утес Кэри», так что…

– Беннет? – Мартин уставился на своего старшего сына, и Беннет взглянул на Джастина так, словно произнес: «Ну спасибо, дружок». – Ты тоже в этом замешан?

– Это была хорошая инвестиция, и Джастин вернул ссуду, как только поступили деньги из траста.

– Ты воспользовался своим трастовым фондом! – Злое лицо Мартина стало красным.

– Он для этого и нужен, папа, – сказал ему Джастин. – Кроме того, я брал только часть денег. Когда отель откроется, это не будет иметь значения.

– Не будет иметь значения… – ответил Мартин, но его ворчанье утонуло в громких голосах остальных Кэри.

– И раз уж мы заговорили об этом, – прибавил Беннет, – Джастин сказал, что для начала он планирует построить несколько роскошных курортов на побережье Калифорнии. Следующий отель он построит в Ньюпорт‑Бич. В конце концов его отели заработают по всей стране. И вы все должны знать, что «Кэри корпорейшн» будет инвестировать в его отели.

Джастин усмехнулся, и Мартин ударил ладонью по столу. Он обиженно посмотрел на одного сына, потом на другого как на предателей.

– И вы даже не обсудили это со мной, – произнес отец.

Беннет терпеливо улыбнулся отцу, а Джастин мысленно зааплодировал. Его старший брат изменился после знакомства с Ханной. Он стал еще самоувереннее, и Джастину с трудом в это верилось.

– Да, папа, – тихо сказал Беннет. – Теперь я генеральный директор. И я принимаю решения в «Кэри корпорейшн».

– Значит, теперь тебе наплевать на старика?

Беннет покачал головой:

– Папа, ты вышел на пенсию, помнишь? Ты передал компанию свои детям, чтобы мы заботились о ней и расширяли ее. Точно так же когда‑то поступил твой отец. Пришло наше время, папа.

Мартин жевал губы, словно боялся сказать то, что ему хотелось бы говорить. Может быть, он наконец‑то смирится со своей пенсией.

– Когда откроется отель и мы сможем его увидеть? – спросила Серена.

Джастину не хотелось, чтобы семья видела отель раньше времени, потому что в таком случае они встретились бы с малышом. Сначала ему надо уладить дела с Сэди.

– Мы откроемся через три недели, – сказал он, избегая остальных вопросов. – А вообще, Серена, мне хотелось бы узнать твое мнение о моих маркетинговых идеях. Мы подготовили объявления, которые опубликуют за неделю до открытия в газетах, Интернете и местных журналах. – Он тихо рассмеялся. – Мы сделали даже рекламный щит об открытии отеля, чтобы установить его на шоссе Тихоокеанского побережья.

Серена улыбнулась и погладила его по руке:

– Похоже, тебе совсем не нужна моя помощь, но я с удовольствием тебя выслушаю.

– Спасибо, – поблагодарил он.

– Кроме меня, никого не волнует, что Джастин вышел за рамки семейного бизнеса? – поинтересовался Мартин, поглядывая на членов семьи.

– Очевидно, нет, дорогой. – Кэндис улыбнулась свирепому мужу. Глядя на Джастина, она спросила: – А как насчет моего внука?

– Какой внук?! – крикнул Мартин.

– Его зовут Итан, – сказала Аманда.

– О боже… – Беннет потер лоб.

Серена потянула рукав черной кожаной куртки Джастина, привлекая его внимание:

– Ты привез фотографии?

Итак, выхода нет. Как только Беннет сказал ему, что Ханна обо всем сообщила их матери, Джастин понял: Кэндис Кэри уже не сдержать.

– Его зовут Итан Харрис, ему шесть месяцев. – Джастин взял телефон, открыл фотографии и передал телефон матери.

Кэндис сразу же расплакалась и заворковала над фотографиями. Аманда и Серена вскочили и встали у нее за спиной.

– Не торопись, мама, – говорили они.

– Фамилия твоего сына – Харрис! – проревел Мартин. – Ты даже не дал фамилию Кэри своему ребенку? Какого черта, Джастин?!

Злоба отца то усиливалась, то утихала. Мартин чувствовал себя загнанным в угол. Джастин ушел из семейного бизнеса. Жена Мартина жила с Беннетом и Ханной. Старик считал, что его медленно выживают из компании, которую он помогал строить. Поэтому прямо сейчас Джастин решил простить отцу его вспыльчивость.

– Десять дней назад я не знал об Итане, – признался он.

– О, Джастин… – Его мать посмотрела на него с разочарованием и сочувствием.

Джастин вздрогнул:

– Теперь, когда я знаю о нем, все изменится. В том числе его фамилия.

Познакомившись с Итаном, Джастин постоянно думал о том, что сын будет носить его фамилию, нравится это Сэди или нет. Ему все равно, даже если придется официально усыновлять мальчика.

– Ну, хоть что‑то, – пробормотал Мартин.

– А как ты собираешься уговаривать его мать? – спросил Беннет.

– Я еще не понял этого, – признался Джастин.

– Есть один очень простой способ, – весело заметила Аманда. – Один брат и две сестры Кэри планируют свадьбу. Почему бы не сыграть свадьбу сразу четырем парам?

Джастин покачал головой:

– Свадьба?

– Почему нет? – спросила его мать. – У тебя сын. У тебя есть чувства к его матери?

– Конечно!

– Ну, тогда…

Не хватало только, чтобы мать принудила его к браку! Пусть его брат и сестры создают семьи, но это не означает, что Джастину нужно то же самое. Однажды он бросил Сэди, потому что влюбился в нее. Теперь его чувства к ней стали сильнее. Тогда он думал о своем будущем. О целях и планах, которые поставил перед собой. Теперь она вернулась в его жизнь с сыном, которого он уже полюбил, и ему пора спросить себя: стал ли он уравновешеннее?

Джастин не мог жениться, не зная наверняка, добьется ли он успеха. Ему потребовалось много времени, чтобы понять, чем он хочет заниматься. И он еще не проявил себя. Разве он может рисковать счастьем Сэди и благополучием Итана? Нет. Сначала он должен преуспеть, а потом можно и жениться.

– Я не стану обсуждать это с вами. – Джастин посмотрел на каждого члена семьи. – Это решать только мне и Сэди. Я приехал на совещание для того, чтобы рассказать вам об отеле и пригласить всех вас в Сан‑Диего на торжественное открытие.

Беннет закатил глаза и откинулся в кресле. Мартин барабанил пальцами по столу, а три женщины продолжали смотреть детские фотографии. Джастин заметил, как по щеке его матери скатилась слеза, и понял, что его ждут серьезные проблемы. Кэндис Кэри не успокоится. Она хочет увидеться с внуком, и ей не нужно ничье приглашение.

– Как я понимаю, совещание окончено, – сказал Беннет, вставая.

– Это не так, – решительно произнес Мартин, и Беннет со вздохом откинулся в кресле.

– Который час? – спросил Беннет.

Серена посмотрела на телефон Джастина:

– Почти полдень.

– Где твои часы? – поинтересовался Джастин.

Беннет пожал плечами:

– Ханна не любит, когда я ношу часы.

– Это уж слишком, – заявил Мартин всем, кто хотел его слушать. – Слишком многое меняется. Все женятся. Беннет снял часы. У Джастина растет сын. И появился отель. – Он покачал головой, словно очнувшись от сна. – Моя жена живет у сына и обедает с ним.

– Мартин! – Кэндис нахмурилась. – Перестань себя жалеть.

– Кэнди, возвращайся домой и перестань жить у Беннета.

Она вернула телефон Джастину и взглянула на мужа:

– Ты готов выйти на пенсию?

– Я уже на пенсии, – сказал он.

– Тогда почему мы торчим на совещании? – Она подняла брови. – Мы должны плыть в Англию на круизном лайнере.

Мартин нахмурился. Его дети затаили дыхание.

– Ответа у тебя нет, – пробормотала Кэндис.

– Черт побери, Кэнди, мы можем поехать в круиз в любое время! Ханна переехала к Беннету. Почему бы тебе не оставить их одних?

Она рассмеялась и встала:

– Значит, ты хочешь, чтобы я вернулась домой, потому что беспокоишься о Беннете? Ну, мы с Ханной прекрасно проводим время, закрашивая оттенки бежевого в доме Беннета.

– Раньше было не так уж и плохо, – тихо сказал Беннет.

– Да уж, – одновременно произнесли Аманда и Серена.

Джастин обрадовался, что всеобщее внимание переместилось на родителей.

– Черт побери, Кэнди, что с нами происходит?! – Мартин уставился на свои руки, словно недоумевая, как все из них выскальзывает. – Теперь против меня идут оба сына…

– О, Мартин!

– Ты живешь у Беннета только ради того, чтобы наказать меня, – прибавил он. – А теперь у нас есть внук, который даже не носит нашу фамилию. – Он покачал головой, не желая мириться с тем, что его дети живут так, как им хочется.

Никто в конференц‑зале не был доволен тем, как проходит совещание. Кэндис встала и положила руку на плечо Мартина.

– Марти, – тихо сказала она, – когда ты поймешь, что важнее всего, ты знаешь, где меня найти.

Затем она посмотрела на Джастина сквозь слезы:

– Твой сын – твоя копия. Не прячь его от нас.

Джастин открыл рот, чтобы ответить, но мать развернулась на каблуках и вышла из конференцзала. Аманда и Серена обменялись взглядами, говорящими, что их братья – законченные идиоты, и пошли за матерью.

Мартин сидел в кресле, глядя в никуда. Беннет встал, толкнул брата локтем и кивнул на дверь. Оставив отца одного, они вышли и зашагали по коридору.

– Ты понимаешь, что мама не будет сидеть и ждать, пока ты приведешь сына в гости? – спросил Беннет.

Джастин пригладил рукой волосы. Он отлично знал свою мать. Более того, он знал Сэди и боялся, что она не обрадуется, если Кэндис объявится из ниоткуда и предъявит права на своего внука.

– Я понимаю.

– Если тебе это поможет, – сказал Беннет с ухмылкой, – то знай, что мы с Ханной очень стараемся родить еще одного внука Кэри.

Джастин рассмеялся:

– Старайтесь изо всех сил!

Беннет улыбнулся:

– Ладно. Я угощу тебя обедом. Ты расскажешь мне об отеле, сыне и женщине, о которой ты не хочешь говорить.

– Почему ты думаешь, что я расскажу тебе о ней?

– Потому что тебе нужно выговориться, а я к твоим услугам, – сказал Беннет, пожал плечами, и они пошли к лифту.

Джастину было неприятно признавать правоту брата. Но он был по‑прежнему очарован тем, как Ханна изменила Беннета.

Их отец прав. Семья Кэри становится другой.