Солдаты пьют водку в поезде.

— За дембель!

Жаркий сентябрь. Густой дух общего вагона.

Заглядывает девка с тупым накрашенным лицом.

— О, Тонечка! Садись…

Кокетливая улыбка.

— Входи, — разрешает рослый в тельняшке — десантник, и она садится рядом.

— За вас, мальчики, — берет стакан и ломоть оплывшей колбасы.

— А пацан где?

— Спит.

— Сколько тебе лет, Тонечка?

— Восемнадцать!..

— От кого ребенок-то, Тонечка?

— Не помню!.. — невзначай касается бедра десантника. Тот не смотрит.

— Сама же родила, и сама же как со щенком…

— Тю! Твой ли…

— Не мой…

Ухмыляясь, коротко раскрывает про ночь: что, где и как.

— Гад!.. — говорит девка и не уходит.

Десантник и коротыш-танкист идут в тамбур курить.

Белое небо палит. Орлы следят со столбов не взлетая.

— Прочти, — дает танкисту из бумажника письмо.

Юля выходит замуж и просит простить; он обязательно встретит лучшую; а ее забудет; а может быть, они останутся добрыми друзьями.

Десантник тоже читает, складывает и плачет.

— За две недели до дембеля получил. Два года ждала! За две недели!

Показывает фотографию: беленькая девушка у перил моста, в руке газовый шарфик.

— Красивая… — он плачет, пьян.

— И на …! Пусть! — кричит. — Еще десять найду! Так! Еще десять найду!

Приятели на верхних полках трудно дышат ртами во сне. Тонечка ждет у окна.

Десантник приносит ребенка.

— Мам-ма, — сын тянется к ней.

Она шлепает его по рукам.

— Мам-ма!.. — лепечет он.

— Сердитая мамка, — утешает десантник, качая его на колене. — Ничего, Толенька, скоро вырастешь, большой станешь. В армию пойдешь, — вздыхает. — А солдату плакать не положено.

— Плозено, — кивает тот.

— Давай-ка закурим с тобой, — щелкает портсигаром, осторожно вставляет ему в рот незажженную папиросу.

— У-лю-лю! — радуется Толька.

— Внешний вид, брат, у тебя… Наденем-ка головные уборы, — нахлобучивает на головенку голубой берет с крабом и звездочкой.

— Па-а машинам! — кричит. — Десант готов. Вв-ву-у!

— Вв-ву-у-у! — ликует Толька, взлетая на его колене, и машет ручонками.