Семь частей книги (не считая Вступления), написаны в 1990 году. Я считал своим долгом рассказать все как было, ибо ни публикация «Высшей меры» в сборнике через 9 лет после того, как была написана, ни даже выход самой «Пирамиды» в журнале «Знамя» в 1987-м, не дали НЕОБХОДИМОГО эффекта. Да, писем читателей я получил очень много и каких, но… Не мне надо было писать, граждане…

Документальная повесть «Высшая мера» была попыткой рассказать людям о том, что происходит в нашей стране, с нами. Чтобы мы перестали быть равнодушными свидетелями жестокости, хамства и тупости, которая вокруг нас. Чтобы уважали справедливость и закон. Чтобы поддерживали тех, кто вступает на борьбу со злом, иначе зло будет разрастаться, и жизнь наша никак не улучшится. Никто не улучшит жизнь, кроме нас самих!

«Высшую меру» в газете не напечатали по ТЕМ ЖЕ причинам, по каким произошло убийство мальчика на сибирской реке, а Клименкина осудили на смертную казнь без достаточных оснований тоже ПОЭТОМУ. А честную повесть мою об этом тоже приговорили к небытию все ПОТОМУ ЖЕ. И повесился один из свидетелей, и Каспарова посадили на восемь лет…

Вот и пришлось мне писать «Пирамиду»…

Эту повесть опубликовали достаточно быстро и в хорошем журнале – началась, слава Тебе, Господи, «перестройка» с «гласностью» заодно. Читательский эффект от повести был большой, но…

«Замалчивание» «Пирамиды» в средствах массовой информации и то, что меня как ее автора игнорировали представители не только властей, но в какой-то степени и сами работники журнала, а также «коллеги», еще раз подтвердило: большинство тех, кто добился хоть какой-нибудь власти, думает у нас не о благе людей, а исключительно о своем личном благополучии. Тут нового для меня не было, это наше родное. Хуже, гораздо хуже другое. Люди, читатели, писали мне, а не властям. Люди жаловались вместо того, чтобы ПРИЗВАТЬ К ОТВЕТУ тех, кто по должности обязан им помогать. Они просили помощи у того, кто сам нуждался в помощи, сидя под грудой вопиющих писем с заткнутым ртом и связанными руками. Поддерживать меня нужно было ДЕЛОМ, сотрудничеством, а не новыми жалобами и просьбами. На что надеются те, кто лишь просит, но ничего не дает? Повесть моя вопила о том, что только мы САМИ можем улучшить жизнь свою. А страждущие читатели просили помощи У МЕНЯ. Не у правительства. Не у тех, кто нагло присваивал себе право унижать их, грабить, убивать даже. А у меня. Который столько лет бился над тем, чтобы хотя бы только опубликовать то, что написано не ради «бабок», не для ублажения жалкой своей гордыни, а для того, чтобы все ЗНАЛИ об этом. СМИ легко замалчивали вещь, которая так нравилась моим читателям, а они молчали. Они молча выстраивались в многомесячные очереди в библиотеках, а по поводу происшедшего обращались не к властям. А ко мне. Который и так, можно сказать, охрип от крика. Спокойно и потом читали мои статьи в газетах в 92-м, 93-м годах, когда новые власти растаптывали, расчленяли и грабили Родину. Интересно, что в связи со статьями никто мне даже ни разу не позвонил и не написал – так же, как – уверен! – и другим авторам подобных – вопиющих! – статей, призывавших народ опомниться, понять, ЧТО ПРОИСХОДИТ. Понятно, понятно… Граждане старались выжить. Поодиночке.

Именно после выхода «Пирамиды» и все с большей и большей уверенностью потом я, как никогда раньше, с печалью и горечью видел: народ наш хотя и страдает, но подчиняется покорно, несмотря ни на что. Это и есть следствие Пирамидальной Системы, которая издавна воцарилась в нашей стране – в умах и душах моих соотечественников. По-прежнему происходит то, что происходило когда-то на сибирской реке: тупые, жестокие, физически сильные убивают духовно развитых слабых, свидетели «благоразумно» не вмешиваются, а «специалисты» все это прикрывают, оправдывают, преследуя исключительно личные цели. Чтобы уцелеть самим. Кто виноват?

В 1990-м году время для публикации «Пирамиды-2» казалось весьма подходящим. Я стал искать место. И не находил. Я предлагал ее в разные издательства и журналы. От нее шарахались. Только в альманахе Чеховского общества с названием «Дядя Ваня» опубликована была ее последняя часть, «Украденная жизнь» (одна из 7-ми). Альманах выходил тиражом в 10 тысяч. В начавшемся в 90-х годах «литературно-публицистическом шуме» влияние альманаха было абсолютно ничтожным.

Но я пытался. Увы, пока безрезультатно.

В мае 91-го с моей «Пирамидой» произошло то, что, вероятно, должно было произойти, если принять во внимание ту атмосферу, которая в нашей стране воцарилась. В любом цивилизованном обществе это могло бы показаться чудовищным. Я же, честно говоря, не очень и удивился.

Еще не пришел к абсолютной власти Ельцин, еще не стало в порядке вещей своровать завод, республику или целую промышленную отрасль огромной страны, но воровать «интеллектуальную», художественную собственность уже было в порядке вещей.

«Пирамиду» мою наглухо замолчали в СМИ, то есть ее, а также и меня, ее автора, как бы и не было, а потому, тем более, почему бы и не воспользоваться тем, о чем вполне позабыли? И в «предпобедные» майские дни (накануне праздника Победы), а именно с 5-го по 7-е по Первой программе Центрального телевидения…

Впрочем, об этом событии лучше скажут официальные письма-статьи, которые я послал 8-го мая 1991-го года сразу в две газеты – серьезные «Известия» и довольно легкомысленный, однако весьма читаемый, популярный в народе «Московский комсомолец».

Начнем с «Известий»:

«Многоуважаемая редакция!

«Известия» были первой газетой, которая опубликовала колонку о моей повести «Пирамида», вышедшей в журнале «Знамя» в 1987 году (№№ 8-9). Это была заметка под названием «Пирамида и эстафета» за подписью В.Малухина (8 сентября 1987 г.). За что я очень благодарен. Кроме того, именно работник «Известий», известный публицист Юрий Васильевич Феофанов беседовал со мной на ту же тему, и эта «Беседа по прочтении рукописи» была опубликована в газете «Московские новости» в конце июля того же года. Моя признательность тем более велика потому, что «Пирамида», вызвавшая огромную читательскую почту (меня буквально завалили письмами) и читательский интерес (доподлинно известно, что очереди на ее прочтение в библиотеках достигали 150-200 человек), осталась практически незамеченной нашей литературной критикой. Мало того, мое имя, ранее довольно часто упоминаемое в прессе, вдруг исчезло из рецензий и литературных обзоров, хотя «Пирамида» и вышла отдельным изданием.

И вот – следствие столь странного замалчивания повести: с 5-го по 7-е мая 1991 года по Первой программе Центрального телевидения шел фильм «Адвокат», снятый по заказу Гостелерадио на студии «Ленфильм» Т.О. «Петрополь». Сценарий Игоря Агеева, режиссер Искандер Хамраев, консультант В.Заваруев. Сюжет фильма, его линии, повороты, действующие персонажи, порой мельчайшие детали событий и даже имя одной из главных героинь (невеста Светлана) в точности повторяют мою «Пирамиду». Слегка изменены только отдельные несущественные моменты. Я могу самым скрупулезным образом доказать это.

«Несущественные» моменты, тем не менее, довольно существенны, ибо социальный, гражданский накал моей повести заметно ослаблен в фильме. Судя по фильму, наши проблемы заключаются в том, что «кое-где у нас порой» встречаются преступники и внизу и наверху (которых, по словам главного героя фильма, «не достать»). Система же, которая, по моему глубокому убеждению, порождает беззакония и преступность такого рода, как бы и ни при чем.

Таким образом, у меня не только украден сюжет, со всеми его деталями и ходами, но с его помощью значительно искажена основная идея моего произведения.

В титрах же нет ни слова ни о «Пирамиде», ни о ее авторе. Не могу квалифицировать это иначе, как самый настоящий литературный грабеж.

Прискорбное заключается еще и в том, что я теперь не могу ни написать сценарий по собственной повести, ни передать право экранизации достойному, с моей точки зрения, сценаристу. Ибо теперь мой сюжет уже использован неизвестными мне людьми и без моего разрешения.

В цивилизованных странах за такие дела карают очень строго. Впрочем, и наше /цитирую/ «законодательство предусматривает следующие случаи, при которых выпущенное в свет произведение может быть использовано без согласия автора и без выплаты авторского вознаграждения, но с обязательным указанием фамилии автора, произведение которого использовано, и источника заимствования: – 1.Переработка произведения в новое, творчески самостоятельное, это не относится к переработке повествовательного произведения в драматическое либо в сценарий и наоборот, на что необходимо получить согласие автора и выплатить ему обусловленное вознаграждение…» /выделено мной – Ю.А./

Цитата приведена по «Словарю-справочнику автора», М. Изд. «Книга», 1979 г., стр. 39-40.

Фильм «Адвокат» призывает к борьбе с беззаконием, за нравственность. Можно ли безнравственными методами бороться за нравственность?

Мы все, пишущие, находимся под угрозой такого вот литературного бандитизма. Это не должно оставаться безнаказанным, и люди должны знать об этом.

Потому и прошу вас, если это возможно, опубликовать мое письмо.

С уважением

Ю.Аракчеев.

8 мая 1991 г.»

Наученный горьким опытом, я не был уверен, что письмо мое опубликуют. Хотя и передал его из рук в руки сотруднику газеты, позвонив ему из «проходной» по телефону. Он сказал, что «Пирамиду» мою читал и она ему «очень понравилась».

Для верности я тогда же отвез еще одно послание в «МК». Написано оно, естественно, в более легком ключе. Его я передал из рук в руки заведующей отделом, которая тоже как будто бы читала мою «нашумевшую» повесть.

К моему удивлению, «Известия» опубликовали мое письмо почти сразу, хотя с сокращениями. А «Московский комсомолец», узнав об этом, вытащил мою статью из уже набранной верстки, считая ниже своего достоинства «повторять уже сказанное»…

Увы, ровно НИКАКОГО эффекта от публикации в «Известиях» не было. Знающие люди говорили мне, что я мог бы добиться справедливой сатисфакции от сценариста Агеева и от Т.О. «Петрополь», но для этого надо было затевать судебную тяжбу, нанимать адвоката и платить ему такие деньги, каких у меня не было… Я все еще надеялся на публикацию «Пирамиды-2», в которой, несомненно, рассказал бы обо всем происшедшем.

(Забегая вперед, скажу: телевизионный фильм «Адвокат» еще несколько раз демонстрировали по телевидению, последние разы уже в новом тысячелетии. Как ни в чем не бывало…).