Ян, кого родил древний Бамберг, бывший

Кесарей давно местопребываньем

Почестями полн, где Регнез впадает

В Майн глубиною,

Вилла там была для колонов славных,

И ее давно повелитель Рима

Кесарь Генрих[241] сам преукрасил, поднял,

Всюду прославил.

Предками тебе здесь оставлен прежде

¹⁰ Отческий надел с очагом в расцвете,

Где с тобой не раз мы пиры вкушали

Полною чашей.

Среди тех пиров ты пытаешь, — могут

Магии труды наши двигать души,

Могут ли тела превращать в другие

С членами вместе.

Вопрошаешь ты, — мог бы знак священный

Рану затянуть от мечей кровавых,

И кого числом разрешит иль словом

²⁰ Более сильный.

Вопрошаешь ты, могут ли заклятья

Нашими владеть исподволь умами

И, коль вызван, дух на призывы наши

К нам снизойдет ли.

Сообщаешь ты, что небесный мог бы

Сделать луч, и что смесь вещей подземных

И еще от всех что сокрыто бродит

В мире незримо.

Ты, ученый, мне на примерах речи

³⁰ Объясняешь, взяв их из книг оккультных,

И растет твоя у селян повсюду

Громкая слава.

Говорят они, — есть у них воровки

Молока и есть, кто прервут зачатье

И болезнь нашлют, и испортят члены

Милым супругам.

Тайные один метко мечет стрелы,

Поражая все, что ни пожелает,

В воздухе одна на козле свирепом,

⁴⁰ Мчится в полете.

Эта льдом сковать может рек теченье,

Грозные призвать Громовержца молньи,

Тот в кристалле все видит, что повсюду

В мире случилось.

Остроумно ты говоришь об этом,

Ян, к металлам труд прилагаешь желтым,

Чтобы дал тебе, сотворивши, злато

Сын Атлантиды.[242]

Эти все слова я считаю правдой,

⁵⁰ Ты когда меня убедил воочью,

Я молю, чтоб ты не связал пред этим

Взор мой обманом.[243]