Далее в мрачном чертоге губитель Плутон восседает
Грозный и, гневом объят, громко, надменный, кричит:
«Водами Стикса клянусь и царством, исполненным страха,
Что ни один не уйдет от наказанья злодей.
Так мои скиптры велят: пусть любой, нисходящий под землю,
Примет достойную дань за преступленья свои».
Воздух тут весь зазвенел от неслыханно яростных криков,
Скорби исполненный вопль воздух подъемлет до звезд.
Ныне я не могу описать столь великих стенаний,
10 Если бы даже из ста уст моих песня лилась.
Этого голод терзает, а этого — жажда до дрожи,
Зависть, снедая, тому сердце свирепое жжет.
Тот негодяй погребенным находится в пламени вечном,
Рот погружает другой в пламень пылающих вод.
Этому рвет колесо, вращаясь стремительно, тело,
Тот на морозе дрожит телом продрогшим своим.
Этот, сидит, рот разинув и песней к душам взывая,
Но и не слушает бог скорбных молений его.
Непоправимые судьбы текут непреложным порядком,
20 В вечном законе навек запечатленны они.