Часто ты, Орф, в чужеземных одеждах выходишь навстречу,

Пальцы колышет твоя, вся золотая рука.

Ныне, изыскан, облек свое тело ты северным мехом,

Что на Рифейских горах мускусный носит бобер.

Носишь одежду теперь, что окрашена в граде Дамасском

И аксамит у тебя шерстью ласкает своей.

Чванишься ныне льняною одеждой из Кафы Таврийской,

Той, что к Понтийским брегам там доставляет она.

Шелк облекает тебя и шерсть овечья от серов,

Или же ткань, — названа от шелковичных дерев.

Ныне, напыщен и горд, выступаешь в одежде арральской,

И скаммолетской, — ее критская дарит коза.

Хвастаешь ты, что дары эти все королей дорогие,

Кесаря также и тех, властвует в Адрии кто.

Хочешь скажу, почему короли тебя так одарили, —

В тайных злодействах не раз ты им помощником был.