Что ты, лицо опустив, смущенные взгляды отводишь,

И побледнели твои обе цветущих щеки?

Что опечаленный лоб щекочут торчащие пряди,

И по привычке метнуть дерзость язык не спешит?

Ум, сознавая вину, растравляет тайную рану,

Мучит тебя за обман тысячью разных ладов:

Так, говорят, пытал людей тиран сицилийский,

И в наказаньях своих так же суров Радамант.

Хаза, поверь, что виной опорочишь ты доброе имя,

¹⁰ И о поступках твоих громко молва зашумит.

Ты уж не раз гасила огни законного брака

И похотливо на торг резвые бедра несла.

Эта последняя ночь, как муж твой уехал в деревню,

Мрачный наморщив лоб, видела новый твой грех.

Дрожь недаром меня пробирала в то самое время,

Как обольщеньем моим бритый соперник владел.

Впрочем, я тайной вине хочу оказать снисхожденье,

Взяв во вниманье твою слабость к святейшим мужам:

Могут недаром они божий гнев отвратить от проступка,

²⁰ Молний Юпитера гнев могут они удержать.