Килори не любил вести дела с чиссами. Ни с одним-двумя, ни с мелкими их группками, и уж точно ни с экипажем под завязку набитого корабля.

А уж пребывание на огромной орбитальной транзитной станции в окружении этих исчадий и вовсе казалось личной версией ада.

Но ничего не поделаешь: Шиса была крупной чисской планетой на окраине Доминации, и инородцам не позволялось сходить на поверхность без сопровождения, поручителя или официального приглашения. Траун улетел, знакомых у Килори здесь не имелось, а на обращение за официальным разрешением не было времени.

К счастью, у него не было ни намерения, ни необходимости вливаться в толпу синекожих. Ему всего-то нужен был доступ к передатчику дальнего действия огромной коммуникационной триады на орбите Шисы, а для этих целей транзитная станция и кредитный чек, который вручил ему Траун, подходили как нельзя кстати.

К тому же было что-то упоительное в том, чтобы навлечь погибель на чисского старшего капитана при помощи чисской же техники.

– Вам повезло, что вы меня застали, – лился из динамика в кабинке голос Джикстаса, на этот раз непривычно сдержанный. – Я с минуты на минуту собирался продолжить путешествие на Орнфру.

– Господин, не сочтите за дерзость, – сказал Килори, – но я думаю, что вам надо на Цсиллу.

– С чего вам это взбрело в голову?

– С того, что туда как раз сейчас направляется Траун, – пояснил следопыт. – Причем не на своем чисском корабле, а на никардунском заградительном фрегате, который захватили паккош.

– Вот как, – проронил Джикстас. – И как же вы об этом узнали, Килори Уандуалонский, если вам было поручено доставить генерала Крофипа на «Наковальне» для разгрома этих самых паккош?

Килори дернул кожистыми складками. Предвкушая, как сообщит радостные новости, он чуть не забыл, что участвовал в исполнении выношенного Джикстасом плана, который Траун походя разрушил.

– Господин, атака пошла не так, как ожидалось, – пояснил он, поумерив свой пыл. – Я уже сказал, что паккош наложили лапы на никардунский фрегат. А в один несчастливый момент… туда же прибыл Траун.

– Хотите сказать, что два могучих боевых корабля Прожектории килджи не справились с заградительным фрегатом паккош и чисским крейсером?

– Да, господин, у них не получилось, – сообщил Килори. Он и в самом деле запамятовал, как плачевно закончилась та операция. – Но один корабль килджи все же смог вырваться и улететь на Восход. – Он мысленно подбодрил себя. – К сожалению, паккош с чиссами его выследили.

– Ага, не просто выследили, а уничтожили, – добавил Джикстас. – Неужели вы думали, что корабль грисков, который избежал той же катастрофической участи, не донесет до меня эти вести?

– Я… не знал, докуда он доберется с Восхода, – сказал следопыт. – Я имею в виду – где он остановится на ремонт. Вот и подумал…

– Подумали, что надо бы поскорее донести до меня новости, – закончил за него гриск. Завуалированная угроза, слышавшаяся до этого в его голосе, пропала. – Все правильно сделали. Разумеется, как-то изменить ход событий было не в ваших силах. Итак, говорите, Траун направился на Цсиллу?

– Да, господин, – ответил Килори. Кожистые складки расслабленно обвисли, хотя чувство облегчения чуть отравляла капля обиды. Джикстас не впервые притворялся, что смертельно рассержен, и каждый такой раз выбивал следопыта из колеи. – Он пару часов просидел за передатчиком триады, чтобы разослать сообщения, а потом сказал, что ему нужно специальное оборудование, чтобы протестировать кого-то на Восходе. – Килори сделал паузу. В конце концов, не одному же Джикстасу упражняться на окружающих в драматических эффектах. – Он думает, что они нашли новую магис.

– Он так сказал? – спросил Джикстас севшим от подозрительности голосом. – Прямо такими словами?

– Точных слов я не помню, – уклончиво ответил Килори. – Но именно это он и намеревался сделать. Он сказал, что вы хотите найти саму магис, но другой абориген Восхода тоже подойдет.

– Вот прям так и сказал, да? – переспросил Джикстас. – Пришел и все выложил?

– Да, – подтвердил следопыт. – Вы не верите его словам?

Джикстас фыркнул:

– Конечно, не верю. Он задурил вам голову, следопыт. Просто хочет отвлечь мое внимание от магис или хотя бы рассеять его.

– Не знаю, – протянул Килори. – Мне показалось, он был искренен.

– Чушь, – отрезал гриск. – Я досконально изучил вопрос. Магис уникальна. Траун просто пытается вложить нам в головы обратное.

– А может, ее уникальность преемственна? – предположил следопыт.

Последовало непродолжительно молчание.

– Любопытная идея, – согласился Джикстас, несколько смягчившись. – Но даже если это возможно, с чего бы обо всем этом рассказывать вам? Он мог бы сохранить это в секрете.

– Возможно, он не рассчитывает на то, что это долго останется секретом, – предположил Килори, ощущая, как фрагменты картины начинают складываться воедино. – Мне удалось недолго поговорить с двумя солдатами, которые спаслись от расправы, устроенной паккош. Они сказали…

– Какой расправы?

– Паккош прислали на планету войска, чтобы отбить шахту, которую вы снабдили рабами, – пояснил следопыт. К кожистым складкам вновь подкралась нервная дрожь. – Они… все надсмотрщики-гриски погибли.

– Понятно, – сказал Джикстас. – Учитывая обстоятельства, даже предсказуемо. Значит, вы говорили с двумя дозорными?

– Да, с двумя солдатами, которые не попали в мясорубку, – продолжил свой рассказ Килори. – Они просили передать, что по первому вашему слову начнут сеять хаос и пожинать смерть среди ваших врагов. И что они добудут вам кого надо.

– И кого же мне надо?

– Не знаю, – признал следопыт. – Нам помешали, они так и не договорили. Но мне пришло в голову, что они тоже могли узнать о другом кандидате наподобие магис.

– Поэтому Траун и выдал вам информацию о нем, – задумчиво произнес Джикстас. – Подозревая при этом, что вы перескажете ее мне и я ее автоматически отмету.

– Чтобы подорвать ваше доверие к ее достоверности, даже если она поступит из другого источника.

– Да. Любопытно. – Джикстас пробормотал что-то еще, но слишком тихо, чтобы Килори смог расслышать. – Возможно, дозорные говорили о чем-то совершенно другом. Тут надо хорошенько подумать. Траун еще что-нибудь говорил?

– Ничего стоящего, – обронил Килори. Раз Джикстас до сих пор на борту «Точильного колеса», скорее всего, их разговор слушал генералириус Накирр. Определенно не самый лучший момент, чтобы рассказывать о теории Трауна, будто бы килджи манипулируют Джикстасом и диктуют ему планы. – Но сам факт, что ему понадобилось оборудование для тестов, наводит на мысль, что он знает, кто этот кандидат.

– Если он вообще существует, – подчеркнул гриск. – В одном я согласен: шанс слишком хорош, чтобы его упускать, особенно учитывая, что глобально это наши планы не нарушает. Я собирался лично перехватить и уничтожить капитана Роску на Орнфре, но теперь я поручу это «Жернову судьбы», а сам полечу на Цсиллу. Надо думать, вы в ближайшем будущем никуда не улетите с транзитной станции Шисы?

– Да, если вы этого хотите, – сказал Килори.

– Хочу, – ответил Джикстас. – Скажите, а что стало со вторым следопытом, который был на «Молоте»?

– Его забрал Траун, – сообщил Килори. Кожистые складки зашлись мелкой дрожью. – Ему нужно было как можно скорее попасть на Цсиллу.

– Чтобы я ему не помешал?

– Не знаю, господин, – проговорил следопыт. – Возможно, он спешил по другой причине.

– Возможно, – согласился Джикстас. – Оставайтесь там, где вы сейчас. После того как разберусь с Трауном, я организую вам транспорт. Это не займет много времени.

– Да, господин, – выдавил Килори. Кожистые складки потихоньку расслаблялись. В ожидании транспорта придется торчать на станции в компании синекожих, но сейчас хотя бы была ясна какая-то перспектива.

– Что с вашим другим заданием? – некстати добавил Джикстас. – Как продвигается?

Кожистые складки безвольно обвисли. Речь шла о загадке путешествий чиссов сквозь Хаос.

– Есть небольшой прогресс, – туманно поведал он. Повезло: вряд ли в присутствии килджи Джикстас станет выпытывать подробности.

– Хорошо, – сказал гриск. – В таком случае я пока что прощаюсь с вами, Килори Уандуалонский. К следующему нашему разговору Траун будет уничтожен. – Он помолчал. – И вот тогда-то вы объясните нам, как следопыт Сарш выжил после уничтожения «Молота» на Восходе.

Килори дернул кожистыми складками.

– Конечно, – выдал он единственное, что пришло в голову. – С нетерпением жду нашего следующего разговора.

* * *

– Рулевой, по моей команде, – бросила Роску, переводя взгляд с навигационного экрана на хронометр и обратно. – Выходим: три, два, один.

Вихрь гиперпространства, как обычно, превратился в растянутые звезды, которые затем сжались до точек, и «Ориссон» вновь очутился в системе Орнфра.

Роску твердо пообещала себе, что уж на этот раз она разузнает, что происходит на верфях «Кроллинг сен», как и приказал патриарх Ривлэкс. Старший капитан Зиинда могла сколько угодно твердить о Джикстасе и об угрозе со стороны инородцев, но это не отменяло того факта, что семья Даскло готовила свою подставную армаду. В такой обстановке от Даскло другого и не ожидаешь.

– Капитан, по какому вектору заходим? – спросил Раамас, обратившись к ней со своего обычного места за спиной пилота.

– По прямой, – ответила Роску. – Полный вперед. Как только они увидят, что мы вернулись, могут сразу же попытаться остановить работу и скрыть все улики. Надо ускориться, пока они не успели этого сделать.

– Вас понял. – Раамас повернулся обратно к обзорному экрану и жестом передал приказ пилоту.

– Капитан, на нас что-то надвигается сзади, – сообщила офицер сенсорного контроля. – Опознать не удалось, но это просто несусветная громадина.

Роску хмуро посмотрела на изображение, которое возникло на экране кормовых датчиков. Первой мыслью было, что это корабль семьи Даскло – возможно, один из эсминцев, которые гнались за «Ориссоном» в прошлый раз.

Но надвигавшийся на них корабль казался слишком большим для эсминца. Он был скорее сопоставим с линкором Сил обороны – с «Огненным волком» или даже «Норным львом».

Роску никогда не слышала, чтобы в пользовании правящей семьи были корабли крупнее тяжелых крейсеров. Получается, это корабль Сил обороны? Что-то конфигурация носа не похожа. Если разобраться, он не был похож ни на один из кораблей, которые она повидала в жизни.

У Роску кровь застыла в жилах. Ну как же нет: видала она и такие. В системе Ригар, безмолвно зависшими среди астероидов Отвала.

Корабль чужаков догнал их здесь.

– Связь, вызовите их по… – начал было Раамас.

– Отбой! – рявкнула Роску. – Немедленно подать аварийную мощность на двигатель! Всем занять боевые посты.

Сирена завопила в тот самый момент, когда корабль инородцев открыл огонь.

– Капитан, маневрируем? – спросил Раамас, ухватившись за поручень при резком рывке «Ориссона».

– Нет, – бросила она, глядя на тактический дисплей. Все корабли семьи Кларр были укреплены с кормы, чтобы выдерживать повышенную температуру и радиацию форсированных двигателей. Но спектральные лазеры инородцев, похоже, уже подобрались к пределу их прочности. Хуже того, маневр уклонения оставит борт «Ориссона» беззащитным под этим шквальным огнем, и последствия будут катастрофическими. – Нужно прыгнуть внутри системы. Когда сможем?

– Капитан, мы только что вышли из гиперпространства… – натянуто произнес пилот.

– Когда?

– Через сорок секунд, – выдал Раамас, вертя головой между различными экранами. – Не уверен, что мы столько продержимся.

Роску прошипела ругательство. Первый помощник был прав: даже на резервной мощности «Ориссон» едва сдерживал натиск противника. Единственное, что сейчас их могло спасти, – слепой прыжок в гиперпространство, что, в отличие от прыжка внутри системы, не требовало тщательных расчетов.

Проблема была в том, что прямой вектор, заданный самой Роску, нацелил «Ориссон» прямиком на Орнфру. Прыжок в гиперпространство почти мгновенно припечатает их к краю гравитационного поля, отчего они «выпадут» в обычное пространство, в самой гуще околопланетного трафика. Если даже они сами спасутся, то с высокой вероятностью пострадает кто-то другой.

Но враг неустанно поливал электростатические барьеры лазерными зарядами, и красные индикаторы уже сигналили об истончении кормовой защиты. «Ориссон» просто не выстоит за то время, пока пилот высчитывает параметры внутрисистемного прыжка.

Другого шанса не будет.

– Прыгаем в гиперпространство, – приказала Роску. – По моей команде дважды дайте импульс на основные двигатели штирборта, а затем заглушите их.

– Это резко затормозит разгон, – предостерег Раамас.

– И повернет нас штирбортом под обстрел, – добавила Роску. – Поэтому как только они отключатся, вы сразу же запустите на полную мощность все носовые маневровые двигатели правой стороны.

– Тогда нас развернет влево, – с пониманием кивнул он.

– Точно, – подтвердила Роску. – Я рассчитываю, что, увидев перебои правого двигателя, они сместят прицел, чтобы пройтись нам по штирборту. А мы, как только отвернем корабль от гравитационного поля, сразу же прыгнем в гиперпространство.

– Вас понял, – сказал Раамас. – Рулевой?

– Все готово, капитан, – доложил пилот.

– Выполняйте.

Роску крепко ухватилась за подлокотники, и «Ориссон» дважды вздрогнул из-за колебаний в подаче мощности на двигатели и напоследок еще раз дернулся, когда двигатели заглохли. Нос корабля резко качнуло влево, в сторону от траектории, нацеленной на планету…

И в тот же миг звезды растянулись в линии, которые закрутились в калейдоскоп гиперпространства.

Роску выдохнула: все получилось.

– Боевым расчетам вольно, – скомандовала она. – Коммандер, доложите о повреждениях.

– На корме деформированы три пластины обшивки, но не критично, – сказал Раамас, вытащив квестис и двинувшись к командирскому креслу. – Четвертый двигатель принял удар на себя. Пожалуй, не стоит нагружать его свыше шестидесяти процентов, пока его не посмотрят ремонтники. В остальном, похоже, мы ушли в целости и сохранности.

– На бакборте есть повреждения корпуса?

– Ничего такого не зафиксировано, – ответил он. – По всей видимости, как вы и предвидели, ваш план застал их врасплох.

– Иногда бывает на руку, что враг чересчур компетентен. – Роску сделала паузу, подождав, пока он не поравняется с ней. – Итак, – продолжила она, понизив голос, чтобы ее слышал только первый помощник. – Как, по-вашему, им это удалось?

– Капитан, прошу прощения, что выражаюсь, но я сам очумел, – угрюмо выдал Раамас. – Он ни в коем случае не гнался за нами из системы Ригар. Когда мы оттуда улетали, ни один из кораблей не показывал проблесков активности.

– Если только где-то вне поля нашего зрения не прятался один корабль на ходу.

– В таком случае, как они сами поняли, куда и по какому вектору мы направляемся? – возразил первый помощник. – Если мы их не видели, то и они нас не могли. – Он поморщился. – Так, постойте. На самом деле все гораздо хуже, да?

– Да, – не стала отрицать Роску. Горло словно сдавило обручем. Покидая систему Ригар, «Ориссон» не был нацелен на Орнфру, и на полпути курс был скорректирован. Даже если инородцы видели, как «Ориссон» ушел в гиперпространство, то не смогли бы точно установить, куда он направился – на Орнфру, Шарб, Норис или Шису. – Не могли же они расставить силки в каждой из четырех возможных точек нашего появления?

– Удручающая мысль, – сказал Раамас. – Если они пригнали в Доминацию столько кораблей, что могут безболезненно отвлечь четыре из них только ради нас и только в северо-восточном регионе, о заимствовании флота патриархом Ривлэксом речи уже не идет.

– Согласна, – кивнула Роску. – К сожалению, альтернативное объяснение ничем не лучше. Если дело не в том, что у Джикстаса уйма лишних кораблей – вдруг он у него вообще один, – то он поджидал нас на Орнфре по одной-единственной причине.

Раамас перевел взгляд на пульсирующее в обзорном экране небо гиперпространства.

– Потому что патриарх сказал ему, куда мы направляемся.

Роску кивнула:

– Да.

С секунду Раамас переваривал эту мысль.

– И что же нам теперь делать?

– Хотела бы я знать сама, – признала Роску. – Мы не можем доложить об этом командованию Сил обороны, умолчав о прячущемся в Отвале флоте. Нападение поднимает вопрос, не замешан ли в этом наш патриарх, а значит, и о нем придется рассказать.

– Но если он и правда изменник?

Роску вздрогнула. Она избегала этого слова даже в закоулках собственного разума. А уж услышать, как его произносят вслух…

– Мы не знаем этого точно, – упрямо сказала она. – Возможно, он не со зла, а Джикстас просто его облапошил.

– Это ничего не меняет.

– Это дает нам основание придержать информацию от внимания Цсиллы, пока сами не разберемся в ситуации, – отрезала Роску. – Посмотрим, удастся ли нам разгадать план Джикстаса.

– Другими словами, будем тянуть время.

Еще одна фраза, которую Роску всячески отвергала.

– Коммандер, мы носим имя Кларр, – тихо процедила она. – Это наша семья. Мы не раскрываем пороки или ошибки своих родственников по первому тычку. Мы не станем бездоказательно очернять или обвинять нашего патриарха и уж тем более не выдадим его, пока нас не вынудят на то неопровержимые доказательства.

– Я все понимаю, – вздохнул Раамас. – Просто… капитан, мы стоим на краю обрыва. Я прямо чувствую, что мы вот-вот сорвемся.

– Боитесь высоты? – подначила его Роску в попытке разрядить обстановку.

Он коротко невесело улыбнулся, давая понять, что понял шутку.

– Боюсь до ужаса, мэм. – Улыбка погасла. – Особенно когда все, что мне дорого, балансирует на том же обрыве.

Роску кивнула:

– Я тоже все понимаю. Но мы прорвемся, коммандер. Прорвемся.

– Да, мэм. – Раамас выпрямился. – Капитан, каков будет приказ?

– Возвращаемся на Ригар, – распорядилась она. – Верфи семьи Даскло подождут. Сейчас самая неотложная задача – поговорить с патриархом Ривлэксом. – Она посмотрела в обзорный экран: – Поговорить долго и основательно.

* * *

– Средний коммандер Октримо, приготовьтесь, – приказала Ар’алани, глядя на навигационный экран с хронометром. – Выход из гиперпространства через шестьдесят секунд.

– Вас понял, адмирал, – отчеканил пилот.

Вутроу, стоявшая рядом с Ар’алани, тряхнула головой.

– Неужели я упустила момент, когда все так прогнило в Доминации? – пробормотала она.

– В таком случае я тоже его упустила, – сказала Ар’алани, поморщившись. Стычка между двумя грузовиками семей Чаф и Уфса над Сарвчи. Конфронтация между транспортником семьи Иригал и патрульным кораблем, укомплектованным экипажем выходцев из семьи Боадил над Шионом, – да такая громогласная, что пришлось вмешаться остальным патрульным. Семьи Тамай и Дрок на грани возобновления застарелой розни – только на этот раз не над Цаусом, а над Джамироном.

И посреди всего этого «Бдительный», которому крайне обеспокоенная Синдикура поручила навести порядок на Джамироне.

– Нам хоть известно, из-за чего сыр-бор? – поинтересовалась Вутроу. – Я дважды изучила приказы и сводки, но все равно ума не приложу, на что семья Дрок взъелась на этот раз.

– Адмирал, прошу прощения? – вопросительно обратился к ней Октримо, сидевший за пультом рулевого. – Позвольте немного обрисовать образ мышления членов моей семьи.

– Прошу вас, средний коммандер, – кивнула Ар’алани.

– Мы издавна бодаемся с семьей Тамай по любому мыслимому поводу, – сообщил пилот. – Впрочем, нашему нынешнему патриарху, по-моему, и повода не надо, чтобы взъесться на семью Тамай или кого-то еще.

– Да, но как вас угораздило сцепиться с одной из великих семей? – спросила Вутроу. – Такое чувство, что нахрап затмил вам здравый смысл.

Октримо покачал головой:

– Мэм, я могу обрисовать ситуацию, но не дать ей пояснение.

– Будем надеяться, что хотя бы эти будут склонны выслушать доводы разума, – предложила Ар’алани. – Выходим. Рулевой, по моей команде: три, два, один.

Светящиеся полосы сжались в точки звезд.

– Полное сканирование, – приказала Ар’алани. – Посмотрим, где они…

– Стрельба! – выкрикнул Биклиан. – Десять градусов на запад, шесть градусов на зенит.

– Октримо, срочно туда, – скомандовала Ар’алани, подавив желание выругаться. В приказе Синдикуры упоминалось, что обе стороны конфликта стягивают дополнительные силы, поэтому ей настоятельно рекомендовали прибыть на Джамирон до того, как кто-нибудь начнет стрелять. Эти надежды пошли прахом.

«Бдительный» был слишком далеко для правильной оценки ситуации. Но даже беглый обзор количества участников и плотности лазерного огня говорил о том, что бой масштабный и ожесточенный. К сожалению, нельзя было предсказать, охладит ли пыл дерущихся появление корабля Флота экспансии и обороны или только подстегнет их. Пока Октримо вводил на пульте расчет прыжка внутри системы, Ар’алани проверила, что показывают экраны диагностики орудий.

– Адмирал, готово, – доложил пилот.

– Всем приготовиться, – объявила она. – Прыжок внутри системы: три, два, один.

Со ставшей уже привычной зубодробительной сменой ракурса «Бдительный» оказался на поле боя.

Сразу стало ясно, что оно гораздо обширней и беспорядочней, чем Ар’алани себе представляла. Расположение кораблей было бессистемным, никто не координировал наступательные клинья или оборонительные позиции. По полю боя сновали патрульные, канонерки, даже парочка вооруженных грузовиков. Восемнадцать кораблей кружили и пикировали, то гоняясь за намеченной целью, то просто паля куда ни попадя.

Ар’алани не видела в их действиях ни глобальной стратегии, ни даже намека на индивидуальную тактику. Патрульный крейсер семьи Тамай, который был самым крупным в этой потасовке, пытался организовать остальные силы своей семьи, но безуспешно. На периферии дрейфовали две подбитые канонерки, но по обеим было видно, что их системы работают, хоть и с минимальной нагрузкой. Искореженных каркасов и облаков из обломков пока не наблюдалось.

– Ларсиом, выведите меня в общий эфир, – приказала Ар’алани.

– Вы в эфире, адмирал, – сообщил связист.

Она расправила плечи.

– Говорит адмирал Ар’алани, командующая боевым кораблем Флота экспансии и обороны чиссов «Бдительный», – объявила она самым грозным тоном, на который была способна. – Корабли семей Тамай и Дрок, приказываю вам прекратить свару.

Ответа не последовало. Более того – для участников боя «Бдительного» будто не существовало.

– Корабли семей Тамай и Дрок, вам дали приказ, – повторила Ар’алани, повысив голос. – Немедленно прекратите этот абсурд.

– «Бдительный», вы вне своей юрисдикции, – послышалось из динамика мостика. – Проваливайте, иначе мы не отвечаем за последствия.

– С кем я говорю? – спросила она. – Представьтесь.

– В границах Доминации у Флота экспансии и обороны нет никаких полномочий, – гнул свое собеседник. – Еще раз по-хорошему предлагаю отступить.

– Ларсиом, откуда идет этот сигнал? – вклинилась Вутроу.

– Точно непонятно, старший капитан, – ответил связист. – По-моему, с патрульного крейсера семьи Тамай, но за помехами барьеров остальных кораблей не могу определить окончательно.

– Адмирал, может, нам следует перейти на приватный канал? – предложила Вутроу. – Включить лазерный коммуникатор?

Чтобы Ар’алани могла без лишних ушей целенаправленно пригрозить семье Тамай и принудить их к сотрудничеству? Подход был стандартным, и Ар’алани испытала мимолетный соблазн им воспользоваться.

Но на то он и мимолетный. «Бдительному» была поставлена задача, и Ар’алани была не в настроении спускать какому-то выскочке на патрульном крейсере дерзкие поучения, что ей делать.

– Остаемся в эфире, – распорядилась она. – Корабли семей Тамай и Дрок, последнее предупреждение: у вас десять секунд, чтобы прекратить огонь, иначе за дело возьмемся мы.

– Только попробуйте напасть на семью из числа Сорока великих и горько об этом пожалеете, – возразили ей. – Синдикура этого не потерпит.

Вутроу приподняла брови, явно сигналя Ар’алани, что не мешало бы донести до упрямого капитана суть: как раз Синдикура и отправила «Бдительный» на это задание. Но Ар’алани покачала головой, краем глаза наблюдая за боем и сосредоточившись на мысленном обратном отсчете. Он дошел до ноля…

– Младший капитан Оэским, плазмосферы, – скомандовала она артиллеристу. – Прижмем их.

– Кого именно, мэм? – уточнил Оэским.

Ар’алани выглянула в обзорный экран.

– Всех, – сказала она.

– Всех? – воскликнула Вутроу, округлив глаза.

– Все до единого обнаглевшие корыта, – подтвердила Ар’алани. Она указала на патрульный крейсер, который палил по двум канонеркам. – Начнем с него.

– Слушаюсь, мэм, – выпалил Оэским. Очевидно, что ему тоже не понравилось, когда «Бдительному» указывали, что ему делать. – Октримо, приготовьтесь отклониться вправо.

– К отклонению готов, – подтвердил пилот. – Скажете, когда начинать.

– Адмирал? – переадресовал вопрос Оэским.

Ар’алани поглубже устроилась в командном кресле.

– Действуйте, младший капитан.

На то, чтобы полностью вырубить патрульный крейсер, ушло четыре плазмосферы. Большинству кораблей помельче хватило двух или трех зарядов, чтобы умолкли их лазеры и турбины. Сбившиеся в кучу корабли начали расползаться по полю боя, сохраняя векторы, на которых находились в тот момент, когда плазмосферы парализовали им электронику.

– Должно быть, коммуникаторы у них тоже отключились, – заметила Вутроу, вместе с Ар’алани наблюдая за их рассредоточением. – Представляю, какие непотребства они сейчас выкрикивают в ваш адрес.

– Самые смачные пусть оставят на потом, – сказала Ар’алани. – Оэским, отставить плазмосферы, переходим на лучи захвата. Поскольку по своей воле они никуда не двинутся, растащим их принудительно.

– Даже так? – встрепенулась Вутроу, внезапно насторожившись. – Возможно, это политически недальновидно.

Ар’алани уставилась в обзорный экран. Естественно, Вутроу была права. То, что она обездвижила вояк из семей Тамай и Дрок при помощи плазмосфер, разозлит и тех, и других, но без протокола они будут рады, что по кораблям не прошлись спектральными лазерами или пробойниками. Но буксировка их лучами захвата после неудавшейся драки будет расценена, как если бы дебошира выволокли прочь из бара.

Для семей, чье существование и иерархия были прочно завязаны на гордости и внешних приличиях, это будет чудовищным несмываемым оскорблением. По идее, армия Доминации была выше политических реверансов, но Ар’алани всегда старалась их учитывать хотя бы для того, чтобы не задевать тех, с кем каждодневно приходится иметь дело.

И вот в кои-то веки это перестало ее волновать.

– Знаю, – сказала она Вутроу. – Но они устроили побоище в общественной зоне движения, поэтому нужно вдолбить в их дубовые головушки, что это недопустимо. И что если с первого раза не дойдет, то Флот экспансии и обороны всегда к их услугам.

– Я поняла, адмирал, – кивнула первый помощник. Сказано это было все с тем же сомнением, но Вутроу уяснила, что командир намерена придерживаться своего намерения. – В таком случае, с вашего позволения, растащим их по разные стороны планеты? Тогда им придется несколько потрудиться, если вдруг взбредет в голову снова завязать драку.

– Отличная идея, – одобрила Ар’алани. – Оэским, Октримо, приступайте.

Она указала на патрульный крейсер:

– Как и в предыдущий раз, начнем с него.

* * *

– Не знаю, какую цель вы преследовали, адмирал Ар’алани, – сказал верховный адмирал Джа’фоск, – но если вы стремились вывести из себя всю Синдикуру, вам это удалось.

– Сэр, очень жаль, что Синдикура видит ситуацию в таком свете, – ответила Ар’алани, с раздражением глядя на динамик коммуникатора в своей каюте. Она только что передала смену старшему коммандеру Биклиану и собиралась принять душ и плотно поужинать, когда ее вызвал Джа’фоск.

Что само по себе говорило о неординарности происходящего. Обычно действия Флота экспансии и обороны курировал верховный генерал Ба’киф, и он же был посредником между офицерами и Советом с Синдикурой. Тот факт, что Джа’фоск счел нужным вмешаться лично – или, что более вероятно, кто-то из верхушки приказал ему это сделать, – придавал их разговору зловещее значение.

– Хоть кто-нибудь из этих возмущенных спикеров и синдиков заметил, что в зону обстрела попали корабли их семей? – продолжила Ар’алани. – И что своевременное прекращение боя именно таким способом спасло чьи-то жизни и грузы?

– Все они заметили, – выдал Джа’фоск уже не так сердито, как до этого. Должно быть, посчитал, что после формального выговора в адрес подчиненной можно и снизить накал страстей. – Парочка даже заикнулась о том, как они благодарны за это. Но даже они категорически настаивают, что корабли Флота экспансии и обороны не вправе находиться вблизи планет Доминации и уж тем более открывать огонь по кому-либо.

– А они привели какие-нибудь действенные варианты, как я должна была поступить? – поинтересовалась Ар’алани. – Или, если на то пошло, как должны были поступить вы и верховный генерал Ба’киф?

– Вариантов была масса, – сообщил Джа’фоск. – Но поскольку вас интересуют только действенные, я не буду их озвучивать.

– Да уж, сэр. – Ар’алани помедлила. – Они встревожены, да?

– Встревожены, озлоблены и на грани паники, – тяжело произнес Джа’фоск. – Это плохое сочетание, Ар’алани. Половина из них понимает, что Джикстас намеренно провоцирует Девять правящих и Сорок великих семей на междоусобицу, а другая половина заигрывает с мыслью, что предложение килджи снабдить желающих боевыми кораблями – это меньшее зло.

Ар’алани кивнула сама себе. Она расценивала ситуацию точно так же, но надеялась, что это в ней взыграл излишний пессимизм. Как видно, не излишний.

– Но мы не можем просто вышвырнуть его восвояси.

– Пока и поскольку он ни на кого не напал, не можем, – подтвердил Джа’фоск. – Я бы призадумался, не жалеют ли синдики об этой политике невмешательства, но я точно знаю, что большинство из них полагают, будто она снизошла к нам со звезд, погасив огненную пучину.

– Можно хотя бы прогнать его из наших систем? – не сдавалась Ар’алани. – Небольшая рихтовка фюзеляжа лазерами – это же не нападение.

– Вы нахватались лишнего от старшего капитана Трауна, – с досадой протянул Джа’фоск. – Он убежден, что это сойдет ему с рук при любом раскладе – да еще и Ба’киф подпитывает это убеждение, – но терпение Синдикуры не вечно.

– Все равно позиция Трауна как ничто другое применима к этому случаю.

– Адмирал, я не спорю, – сказал Джа’фоск, – а всего лишь констатирую факты. Вы готовы вернуться на Спозию?

– Почти, – ответила Ар’алани. – Всего-то осталось, что старшему капитану Вутроу закончить отчет для командования сторожевой службы.

– Скажите ей поторопиться, – предостерегающе произнес Джа’фоск. – К Спозии движется «Дерзновенный», но ему лететь еще несколько часов. Учитывая обстоятельства, не хотелось бы оставлять ОИГ без защиты.

– Поняла вас, – отозвалась Ар’алани. – Хотя я предпочла бы, чтобы Джикстас попытался вломиться в хранилище.

– Да что вы? – прорычал Джа’фоск. – А вот я иного мнения. Возвращайтесь к своим оборонительным задачам, и будем надеяться, что до этого не дойдет.

– Слушаюсь, сэр, – сказала Ар’алани. – Мы вылетаем незамедлительно по завершении отчета.

– Хорошо. Кстати, Ар’алани?

– Да?

– Будьте любезны сегодня больше никому не наступать на больную мозоль.

– Со всем моим старанием, сэр, – проговорила она. – Но ничего не обещаю.

– Я на это и не рассчитывал, – заметил Джа’фоск. – Легкой дороги, адмирал.

* * *

– Это неприемлемо, – процедил Зисталму. На экране коммуникатора в кабинете Турфиана было видно его искаженное от гнева и горячности лицо. – Абсолютно неприемлемо. Семья Тамай отстаивала свои законные интересы, а эта адмирал из Флота экспансии и обороны вообразила, что может просто свалиться им на голову и унизить на глазах у всей системы Джамирон? Эти корабли вообще не должны находиться в границах Доминации, не говоря уже о том, чтобы вмешиваться в дела, которые их не касаются.

– Понимаю ваше возмущение, первый синдик, – сказал Турфиан, хоть он и сомневался, что Зисталму принял бы ситуацию так близко к сердцу, если бы семья Тамай не была временным союзником Иризи. – Но поскольку вблизи Доминации рыскают боевые корабли потенциальных врагов, нужно, чтобы наши тоже были под рукой.

– Какие боевые корабли? – фыркнул Зисталму. – Убогий крейсер килджи, на котором летает Джикстас? Право же, ваше благородие, Силы обороны с десяток таких искрошат перед завтраком. Да и они-то, по крайней мере, знают, как вести себя в присутствии представителей Девяти правящих и Сорока великих семей. По-моему, Ар’алани и ей подобные проводят так много времени за пределами Доминации, что уже позабыли все приличия.

– Не исключено, – уклончиво произнес Турфиан, решительно настроенный не позволять собеседнику загонять себя в угол. – Мне не совсем понятно, что вы хотите от меня.

– Я хочу заручиться поддержкой семьи Митт в том, чтобы более не позволять им совать нос в наши дела, – ответил Зисталму. – У меня на руках уже есть петиции от трех правящих семей, в которых они требуют от Совета отозвать корабли Флота экспансии и обороны от всех планет, где у правящих семей есть свои интересы, и вернуть их обратно в Хаос. Там им самое место. У каждой семьи есть свой флот, и мы можем сами защитить свои владения.

– Не могу поддержать идею отослать их за пределы Доминации, – сказал Турфиан. – Но могу подписать петицию о том, чтобы собрать их на орбите Нейпорара, пока мы ищем решение, как оградить наши семейные дела от их вмешательства.

– Это не совсем то, что мне нужно.

– Знаю. Но это самое большее, что я могу предложить.

С секунду Зисталму не сводил с него горящего взгляда, а потом легко пожал плечами.

– Ну что ж, – проговорил он. – Если они не будут оттуда высовываться, так и быть, пускай сидят на Нейпораре. Там они никому не будут мозолить глаза.

– Согласен, – поддержал его Турфиан. – Я в течение часа подготовлю петицию и отправлю ее вам.

– Спасибо. – Зисталму помедлил. – Помимо этого, полагаю, вы слышали, что «Реющий ястреб» вернулся без старшего капитана Трауна?

– Да, слышал, – подтвердил Турфиан, ощущая во рту привкус желчи. – Судя по всему, он снова связался с какими-то инородцами.

– Причем дерется с ними бок о бок, о чем-то договаривается и даже заключает союзы, – развил мысль Зисталму. – Не имея на это никаких полномочий.

– И что, по-вашему, я должен предпринять? – спросил Турфиан, призвав на помощь остатки терпения. – Пока он торчит в Хаосе, нет ни малейшего шанса выдернуть его оттуда и затаскать по заседаниям.

– Рано или поздно он все равно вернется, – возразил Зисталму. – Я уже направил командованию Сил обороны приказ посадить его под замок, как только он появится в поле зрения.

Турфиан нахмурился:

– Вы дали им приказ?

– Да, при поддержке нашего спикера, – ответил Зисталму. – Вас что-то не устраивает?

– Да, – выдал Турфиан. – Юрисдикция Синдикуры не распространяется на армию.

– Хотя должна бы, – отрезал Зисталму. – В конце концов мы – верховная власть Доминации. Раз Джа’фоск и Ба’киф не расположены, – Иризи сверкнул глазами, – а вы, в свою очередь, не можете его усмирить, значит, это наша задача.

– Любопытная точка зрения, – пробормотал Турфиан.

Вот только это не было их задачей – ни для Синдикуры в целом, ни для отдельного первого синдика или даже спикера.

У аристократов древних времен были веские причины отделить чисскую армию от политических пут правящих семей, и эти причины сохранялись до сих пор.

– Раз уж речь зашла о юрисдикции, считаю нужным заметить, что приказ был отдан несколько часов назад, и адмирал Джа’фоск не высказал по этому поводу никаких возражений, – продолжил Зисталму. – Неплохим подспорьем в будущем стали бы совместные приказы представителей семей Иризи и Митт.

– Мне кажется, это было бы несколько затруднительно, – заметил Турфиан. – Вряд ли кто-то ожидает, что патриарх семьи Митт попросит Силы обороны посадить под замок члена своей семьи.

– Речь не только о Трауне, – уточнил Зисталму. – Я имею в виду и прочие вопросы, которые могут потребовать нашего внимания.

– Прошу без стеснения доводить их до моего сведения по мере поступления, – любезно разрешил Турфиан. – Но не могу дать гарантию, что заведомо поддержу любое ваше намерение.

С секунду Зисталму вглядывался в его лицо.

– Помнится, совсем недавно мы были готовы совместно отбросить, обойти или даже исказить политические и армейские условности ради блага Доминации, – сказал он. – Я говорил, что вступление в должность патриарха изменит ваше поведение. Как видно, я был прав.

– Теперь у меня и ответственность выше, – заметил Турфиан. – Не говоря уже о расширении кругозора. Я не могу прятаться по углам Галереи молчания, шушукаясь с синдиками конкурирующих семей.

– А если бы не было этих ограничений?

– Не знаю, – признал Турфиан. – Зависит от темы беседы.

– А если речь вновь пойдет о том, что нам делать с Трауном?

– Надо послушать, что он скажет в свое оправдание, когда вернется.

– И что после этого? – Зисталму рассеянно махнул рукой. – Ладно, не важно. Думаю, я и так знаю ответ. – Выпрямившись, он коротко кивнул Турфиану. – Спасибо, что уделили время, ваше благородие, – произнес он чопорным тоном. – Жду от вас петицию.

– Доброго вам дня, первый синдик, – напутствовал его Турфиан, потянувшись к кнопке выключения связи.

Зисталму его опередил, и экран перед лицом патриарха семьи Митт погас.

Турфиан вздохнул. За последние несколько недель, пока он постигал тонкости работы в новой должности, он не раз задавался вопросом, что же станет с его дружескими связями. К счастью, большинство из них устояло, хотя и несколько видоизменилось. Однако отношения с Зисталму, похоже, зашли в тупик.

Но опять же – скорее всего, они и не были никогда друзьями. Они были соперниками, объединившимися ради общей цели, чтобы защитить Доминацию от угрозы, которую никто кроме них не видел.

Зисталму по-прежнему считал Трауна угрозой. Вопрос в том, солидарен ли был с ним Турфиан?

Он тихо хмыкнул: разумеется, солидарен. Траун все так же подвергал риску стабильность Доминации, а разгорающиеся разногласия лишь подчеркнули, до чего же хрупка эта стабильность.

Но, как он и пытался втолковать Зисталму, все было не так просто, как раньше. Теперь ему не только нужно было отстаивать интересы семьи, но и держать в уме, как другие семьи воспринимают эти интересы и лично его самого. А здесь, как он быстро понял, было очень трудно удержать равновесие.

К тому же любое его действие сейчас скорее всего будет бесполезной суетой. Траун оставил корабль, которым командовал, Зисталму продавил свой приказ о его изоляции, и маховик закрутился. Офицеры Флота экспансии и обороны могут сколько угодно разглагольствовать о товариществе и заступничестве, но как только вынесено официальное решение, подкрепленное приказом, берут под козырек. По крайней мере, как только Ба’киф поместит Трауна под стражу, проблема отпадет сама собой.

Впрочем, из чистого интереса он был бы не прочь послушать, как Траун будет оправдываться.

Но пока что более насущными были дела семьи Митт.

Турфиан включил внутреннюю связь резиденции.

– Старший помощник Тивик, зайдите ко мне, – попросил он. – Мне нужно составить петицию.