Пестрый калейдоскоп гиперпространства сжался в точки звезд, и патрульный корабль семьи Стайбла «Джандалин» оказался в системе, которую избрал своей целью.

– Старший помощник, прибыли к пункту назначения, – сообщил пилот. – Гластис-три.

Трасс посмотрел на экраны систем. На его взгляд, насчет «пункта назначения» было чересчур громко сказано. Гластис-3 представлял собой не более чем мерцающую искорку в бесконечном космосе: походный «черный» ремонтный док Сил обороны на орбите не очень густо населенной планеты на полпути от Цсиллы к Копиро на юго-надире Доминации. Тот факт, что ни одна из семей Доминации не сочла систему достойной освоения, намекал, что и фраза «негусто населенная» была преувеличением.

Старший помощник Лаппинсик жестом привлек внимание Трауна, который сидел справа от него на изогнутом противоперегрузочном диване в задней части мостика.

– Средний коммандер? – приглашающе произнес он.

Наклонившись вперед, чтобы взглянуть мимо Лаппинсика на Трауна, Трасс заметил, с какой обостренной сосредоточенностью тот перебегает взглядом с обзорного экрана на бортовые дисплеи. Трасс знал, что место посередине дивана предназначалось для хозяина корабля, а соседние обычно пустовали. Их предлагали, только если владелец считал нужным почтить своих спутников или пассажиров высокой честью.

Траун сидел справа от Лаппинсика, Трасс слева. Синдик отстраненно задался вопросом, понимает ли Траун, какая ему оказана честь – место по правую руку от старшего помощника. Зная Трауна – скорее всего, нет.

– Спасибо, старший помощник, – сказал Траун. – Сенсорный контроль, просканируйте внешние границы системы вокруг корабля. Мы ищем безжизненный грузовик семьи Стайбла модели «Вайван».

У Трасса в который раз защемило сердце. «Безжизненный». Он опасался, что этим все и закончится.

– Думаете, угонщики всех убили? – через силу спросил он.

Траун недоуменно посмотрел на него.

– Нет, конечно, – ответил он. – Разве вы не читали досье, которое я вам дал?

– Я прочитал почти все материалы, – немного колюче произнес Трасс. Сухость изложения юридических документов семьи Кларр нагоняла отупляющую тоску даже на опытного крючкотвора, привыкшего копаться в официальных бумагах. – Но примерно час назад начал клевать носом.

– Но вы же дошли до описания наказаний за преступления, совершенные кровным родичем одной семьи против другой?

– Ну да, – морщась, подтвердил Трасс. Это была единственная часть досье, где сухость языка сменялась леденящим кровь смакованием. – Я счел их художественность несоразмерной.

– Отнюдь, – заверил его Лаппинсик. – Несколько веков назад Доминация так настрадалась от бандитов из семьи Кларр, что несколько других семей угрожали объединить силы и покончить с ними раз и навсегда. Вот и родились эти уголовные статьи, удерживающие семью Кларр от того, чтобы скатиться в былое злодейство.

– По крайней мере, в долгосрочной перспективе, – заметил Траун. – В частности, обратите внимание на наказание за смерть жертвы в результате тяжкого преступления.

– Вы имеете в виду казнь под пытками?

– Да, – ответил Траун. – Какой из этого следует вывод?

Трасс тихонько хмыкнул. Первой его мыслью было, что наказание просто какое-то варварское. Второй – что семья Кларр и впрямь отчаянно стремилась задобрить соседей, раз согласилась на такие условия.

Но по выжидательному взгляду Трауна было понятно, что клонит он вовсе не к этим вариантам. Так на какой же ответ он хотел навести?

Трасс отвернулся, мрачно уставившись в обзорный экран. Уже за время пребывания в особняке патриарха Ламиова Траун как минимум дважды разочаровался из-за нежелания окружающих вникать в его логические рассуждения. Самое меньшее, что Трасс мог для него сделать, – хотя бы проявить старание.

Итак. Наказание. Казнь под пытками. Бандиты из семьи Кларр. «Черный» док Сил обороны в отдаленной системе.

Система на отшибе, шанс, что кто-то на нее случайно наткнется, буквально нулевой.

И тут до него дошло.

– Для угонщиков недопустимо, чтобы кто-то из экипажа семьи Стайбла погиб, – начал Трасс, повернувшись к Трауну. – Но они не могут держать пленных на своем корабле, по крайней мере, слишком долго.

– Почему же?

– Потому что за похищение члена другой семьи наказание то же, что и за убийство.

– Вот именно, – произнес Траун. Выжидательное выражение на его лице сменилось одобрением. – Так почему же мы найдем их здесь, на Гластисе-три?

– Угонщики не могут просто приткнуть грузовик с экипажем в открытом космосе, – сказал Трасс. – Если они вовремя не вернутся, на борту закончится воздух и еда, и тогда угонщикам придется ответить по всей строгости. Но и отпустить экипаж они не могут, потому что те сразу же забьют тревогу, и в систему стянутся Силы обороны и семейные патрульные корабли со всей округи.

Он указал на обзорный экран.

– Поэтому они отогнали грузовик в пустующую систему, где на него вряд ли кто-то наткнется. Но система должна быть не абсолютно пустой, чтобы после продажи добычи было кому позвонить и дать отмашку на освобождение экипажа.

– Очень хорошо, – кивнул Траун. – Небольшое уточнение: угонщики не собирались звонить или иным образом связываться с «черным» доком, это рискованно.

– Поэтому они поместили грузовик на эллиптическую орбиту, – неожиданно вставил Лаппинсик. – Вывели из строя двигатели и коммуникатор и отправили его кружить по длинной орбите, которая через несколько дней приведет корабль достаточно близко к «черному» доку, чтобы его оттуда заметили.

– Рабочая схема, – согласился Трасс. Надо же, как все просто, когда разложено по полочкам. – Разумеется, при условии, что угонщикам хватает ума до такого додуматься.

– Ума хватает, так что они додумались, – заверил его Лаппинсик. – Триста лет назад благодаря подобному маневру с дрейфующим боевым кораблем семья Кларр разбила превосходящие силы семьи Иризи. Это был момент их триумфа, наверняка известный кровному родичу.

– Я погляжу, и вам тоже, – заметил Трасс. – Кто-то отличился триста лет назад. У вас в семье Стайбла ничего не упускают.

– Если быть точным, триста двадцать, – сказал старший помощник. – Я уже как-то говорил вам, что мы компенсируем недостаток влияния и собственных достижений тщательным учетом чужих.

– Я помню, – подтвердил Трасс. – Итак, они болтаются где-то в окрестностях. Как же их найти?

– Это как раз следующий вопрос на повестке, – произнес Траун, вытаскивая квестис. – Математически количество проложенных траекторий вокруг дока может быть бесконечным, а длина орбиты зависит от того, сколько времени угонщики планировали держать грузовик без связи.

– У вас на корабле, случайно, не установлены датчики, которые смогут прочесать всю территорию целиком? – поинтересовался Трасс у Лаппинсика.

– К сожалению, нет, – ответил тот. – Это патрульный корабль ближнего наблюдения, он не предназначен для поиска отдаленных целей.

– И каков же наш план? – спросил Трасс, поглядывая, как Траун что-то выискивает в своем квестисе. – Будем летать туда-сюда и уповать на удачу?

– К счастью, многие из возможных вариантов траекторий отсекаются, – сообщил Траун. – Если они прилетели со Спозии самым простым маршрутом, то вышли из гиперпространства на двенадцать градусов ниже плоскости эклиптики. Они не могли сильно отдалиться от этой точки, иначе бы с «черного» дока заметили выхлопы двигателей. Система жизнеобеспечения грузовоза модели «Вайван» имеет трехнедельный запас ресурсов, поэтому угонщики наверняка запустили его по такой орбите, чтобы он показался на глаза в течение этого срока.

– А вдруг они не стали утруждаться? – озвучил Трасс внезапно возникшую у него тревожную мысль. – Взяли и выкинули их где-нибудь в глубоком космосе? Пока тела не найдены, семья Стайбла не докажет, что это убийство.

– Не совсем верно, – поправил его Лаппинсик. – В тех же статьях прямо сказано, что после года отсутствия лицо признается погибшим. Если патриарху Ламиову удастся доказать, что именно эта шайка угнала грузовик семьи Стайбла, пропавшие члены экипажа автоматически будут считаться убитыми в результате угона.

– Итак, дрейф длительностью максимум три недели, – заключил Траун. – Вероятнее, даже не больше двух. – Завершив расчеты, он нажал на кнопку на квестисе. – Они должны быть в пределах отмеченной зоны.

Трасс посмотрел на схематическую карту на экране, на которой теперь красовалось размытое зеленое пятно.

– Это все равно слишком большой участок.

– Посмотрим, можно ли его ужать, – произнес Траун. – Старший помощник Лаппинсик, можно мне воспользоваться коммуникатором?

– Переведите связь сюда, – приказал Лаппинсик дежурным, отстегнув микрофон, который был прикреплен на переборке за затылком Трауна, и протянув его среднему коммандеру. – Что вы задумали?

– Угонщики, несомненно, уничтожили все средства связи на грузовике, – сказал Траун. – Но электромагнитный датчик можно переделать в приемник. Давайте проверим, додумались ли до этого на грузовике. – Он включил микрофон. – Грузовоз семьи Стайбла V-484, вас вызывает патрульный корабль Стайбла «Джандалин» под командованием старшего помощника Лаппинсика. Мы прилетели за вами, но столкнулись с тем, что нужно обыскать большой участок космоса. Если вы нас слышите, слейте с кормовых резервуаров топливо и кислород и подожгите смесь. По этому следу мы вас найдем.

Повторив сообщение три раза, он отключил микрофон и протянул его Лаппинсику.

– Старший помощник, пока мы ждем, не мешало бы связаться с «черным» доком, чтобы сообщить о нашем присутствии и необходимости отбуксировать поврежденный грузовик.

– Их помощь нам не понадобится, – возразил Лаппинсик. – «Джандалину» хватит мощности самому отбуксировать его.

– Дело не в мощности, – пояснил Траун. – Как только мы допросим экипаж и узнаем, куда скрылись угонщики, надо будет немедленно лететь следом, иначе мы их упустим.

– Вы серьезно думаете, что угонщики поделились с пленными своими планами? – осведомился Трасс.

– Я серьезно так не думаю, – сухо парировал Траун. – Но, возможно, они не такие умные, как вообразили себе. Старший помощник?

– Да, – без особого энтузиазма протянул Лаппинсик. – Предлагаю сообщить в «черный» док, когда у нас будут точные сведения…

– Вот он! – выкрикнул офицер сенсорного контроля, указывая в обзорный экран. Семьдесят два градуса по бакборту.

Трасс ощутил, как его окатывает волной облегчения. Далекий шлейф горящего топлива казался крохотным, но был отчетливо виден на фоне непроглядной черноты неба и незыблемого мерцания звезд. Трасс перевел взгляд на экран датчиков, где компьютер патрульного корабля рассчитал вектор и траекторию грузовика, которые затем вывел в виде графика.

– Рулевой, летим к ним, – приказал Лаппинсик. – На оптимальной для перехвата скорости и траектории. – Включив микрофон, он криво улыбнулся Трауну. – Средний коммандер, кажется, вы рекомендовали связаться с «черным» доком?

* * *

– Они быстро все провернули, – севшим страдальческим голосом произнес капитан грузовоза. Он поднял глаза на Лаппинсика, который сидел напротив, но стушевался и снова уткнулся взглядом в стол. – Гораздо быстрее, чем мы от них ожидали. Мы не успели ничего сообразить – они уже были на мостике и в моторном отсеке, накачивая корабль газом.

– Скорее всего, «тава-дурман», – рассеянно сказал Траун, сидевший чуть в стороне и не отрывавшийся от своего квестиса. – Безвредный и относительно доступный.

– Не знаю, что это была за дрянь, – сказал капитан, покосившись на Трауна. Трасс заметил, что за время допроса он то и дело бросал взгляды в сторону его родственника, даже в те моменты, когда Лаппинсик задавал ему вопросы под протокол. Наверное, капитана коробило от того, что высокопоставленный чиновник из своей же семьи в присутствии двух представителей семьи Митт расспрашивает о допущенной им позорной неосмотрительности – причем на мостике его же корабля. – Когда мы пришли в себя, оказалось, что деваться нам некуда, а угонщики перемещают груз на свой корабль.

– Они забрали все? – уточнил Лаппинсик. – Все до единого ящики?

– Все до единого, – устало подтвердил капитан. – Это продолжалось все пятьдесят часов, что мы летели сюда. То, что они вывели из строя наши досветовые двигатели, гиперпривод и системы связи, мы обнаружили только после их отбытия.

– Как давно они улетели? – спросил Траун.

Капитан опять на него покосился. Да уж, окончательно стало ясно, что присутствие чужаков ему определенно неприятно.

– Двадцать семь часов назад, – ответил он. – Мы только-только подлатали приемник – и тут вы прилетели.

Лаппинсик повернулся к Трассу:

– Что думаете, синдик?

– Не знаю, что и думать, – признал он, успев заметить, что недоумение на лице капитана теперь адресовалось не Трауну, а ему. Ага, не только офицер из чужой семьи, но и целый синдик. Чисто теоретически, могли приключиться и другие, более болезненные для простого работяги комбинации чинов и званий, но навскидку Трасс затруднился бы их назвать. – Они улетели более суток назад, и мы понятия не имеем куда.

– Отнюдь, – безэмоционально возразил Траун. – Кажется, я понял, на какую планету они направились. – Он умолк, глядя на Лаппинсика и выразительно приподняв брови.

Старший помощник все понял правильно.

– Спасибо, капитан, – сказал он, жестом отпуская его. – Можете возвращаться к себе в каюту. Сюда уже летит корабль Сил обороны, чтобы отбуксировать вас в «черный» док и поставить на ремонт.

– Слушаюсь, старший помощник, – произнес капитан, поднимаясь на ноги. Он почтительно поклонился Лаппинсику и после некоторых колебаний, удостоив беглого поклона и Трасса с Трауном, удалился с мостика.

Когда за ним закрылся люк, Лаппинсик повернулся к Трауну.

– Поясните, – бросил он.

– Угонщики направились на планету под названием Плекнок, – начал Траун. – Она в пятидесяти двух часах…

– Нет, не только конечный вывод, – оборвал его старший помощник. – Будьте любезны, озвучьте всю цепочку рассуждений.

Метнув на Трасса взгляд, Траун незаметно пожал плечами.

– Судя по расположению и траектории движения грузовоза, он попал бы в зону действия датчиков «черного» дока примерно через семь дней после отбытия угонщиков, – пояснил он. – Таким образом, у них было семь дней до объявления тревоги. За это время надо было добраться до торгового узла, сбыть краденое и вернуться на свою базу в Доминации. Один день отводим на встречу с перекупщиками, заключение сделки и выгрузку товара. Остается шесть.

– Получается, три дня туда и три дня обратно? – вставил Трасс.

– Скорее, два туда и четыре обратно, – поправил его Траун. – Они наверняка заложили временной люфт, чтобы к началу поиска их корабль уже был припаркован и не привлекал внимания. Три дня – это потолок.

Он протянул квестис Лаппинсику.

– За Гластисом-три расположены несколько регионов Хаоса, пролет через которые сильно затруднен. Большинство путешественников предпочитают туда не соваться, зато криминалу там раздолье. Если сузить условия поиска до трехдневного перелета отсюда, то в пределах досягаемости останется только вот эта выделенная зона. Там нет развитых систем или планет, но имеется одна малонаселенная.

– Чтобы сторговаться с кем-то прямо на орбите, планета не обязательно должна быть обитаемой, – заметил Лаппинсик, вглядываясь в изображение на экране.

– Согласен, – кивнул Траун. – Но если есть варианты, то большинство живых существ предпочтет, чтобы поблизости была спасительная гавань. Планета с водой и кислородной атмосферой может выручить, если нужен ремонт или укрытие.

– Будем надеяться, что угонщики и их сообщники мыслят так же, – сказал Лаппинсик. – Значит, говорите, Плекнок. – Он наморщил лоб. – Плекнок. Почему мне знакомо это название?

– Старший помощник, мы уже убедились, что вы обладаете обширными знаниями о древних битвах, – произнес Траун. – Переключите внимание на относительно недавнюю историю. Скажем, девятнадцать лет назад.

Лаппинсик долгую секунду не отрывал взгляд от экрана. Незаметно вытащив свой собственный квестис, Трасс набрал в поиске дату и название планеты.

Лаппинсик вспомнил первым.

– Ну разумеется, – выдал он. – Экспедиция семьи Боадил изучала систему на предмет ее освоения, как вдруг на них напали два боевых корабля паатаатусов. Корабль исследователей был поврежден, но смог оторваться и вернуться в Доминацию. Силы обороны выслали войска, которые выяснили, что паатаатусы также ведут там разведку, и так стремительно их разгромили, что те убрались восвояси и больше носа туда не кажут.

– До поры до времени, – заметил Траун. – Все перемирия, соглашения и даже болезненный жизненный опыт длятся у них не дольше одного поколения.

– Я не знал, что за ними такое водится, – нахмурив брови, вставил Трасс. – Это что-то новенькое?

– Этой теории лет сто, не меньше, – ответил Траун, – хотя Совет и Синдикура в большинстве своем ее отрицают. Но я изучал архивы и сопоставлял закономерности, поэтому лично у меня нет сомнений.

– Любопытно, – обронил Трасс. – И сколько длится одно поколение паатаатусов?

– В среднем от семнадцати до двадцати пяти лет, – сказал Траун.

Лаппинсик резко вскинул голову:

– Со времени боя прошло девятнадцать лет.

– Верно, – подтвердил Траун. – Думаю, на днях либо в ближайшем будущем преступники, которые сделали Плекнок своим притоном, убедятся на своей шкуре, что паатаатусы не оставили мысль захватить планету. Старший помощник, я предлагаю…

Но Лаппинсик уже его не слушал. Бросив квестис Трауну на колени, он вытащил коммуникатор.

– Капитан, говорит старший помощник Лаппинсик, – рявкнул он, вставая и направляясь к выходу. – Объявляю чрезвычайный режим. «Джандалин» должен быть готов к вылету в течение пяти минут.

– В чем дело? – настойчиво осведомился Трасс, вместе с Трауном догоняя Лаппинсика. – Старший помощник?

– Бегом, а не то останетесь здесь, – бросил тот через плечо. Прибавив шагу, он хлопнул по кнопке и шагнул в открывшийся люк.

– Траун? – озадачился Трасс, поспевая следом.

– Понятия не имею, – ответил тот. – Я знал, что ситуация серьезная, но не думал, что настолько. Пойдемте… посмотрим, что можно выяснить.