Шрайн растянулся на полу, наполовину высунувшись из отверстия в стволе врошира, и пытался осмыслить все только что услышанное; ветер трепал его одежду, с губ стекала струйка крови.

Вейдер возвышался над ним скалой, его правая рука покоилась на рукоятке светового меча, пусть и не было больше необходимости использовать это оружие. Чтобы навсегда оборвать жизнь джедая, хватило бы и порыва ветра.

«Довольно и того, что я позволил ему умереть с мыслью, что Орден предал один из братьев по оружию».

Что важнее, Вейдер утолил наконец жажду крови; она сменилась неким подобием самообладания, какое ему еще никогда не доводилось испытывать. Он будто бы перешел наконец какой-то невидимый порог на пути в новый мир. Он чувствовал, как мощь темной стороны струится в нем, словно ледяной поток. Он ощущал себя так, будто стал неуязвимым, - и это не имело ни малейшего отношения к дюрастальным протезам, доспехам и прочим достоинствам костюма, который казался ему теперь не более чем экипировкой. И чтобы перейти этот порог, ему хватило убийства джедая - еще одного джедая.

Вейдер смотрел сверху вниз на Шрайна, на символ поверженного Ордена джедаев - на символ, каким должен был стать Оби-Ван. Он припомнил, как Дуку точно так же смотрел на него на Джеонозисе - и как он сам похожим образом смотрел на Дуку в генеральских покоях на борту «Незримой длани» - перед тем, как казнить графа.

Однажды он похожим образом будет смотреть на Сидиуса. Впрочем, сперва он, вероятно, возьмет себе ученика - кого-нибудь с таким же, как у Шрайна, бунтарским характером.

Шрайн слабо кашлянул:

- Чего ты ждешь, Скайуокер? Убей меня. Это ведь твое любимое дело - убивать джедаев...

Вейдер опустил руки на бедра:

- Значит, ты признаешь правду.

- Я признаю, что вы с Палпатином - два сапога пара... - заговорил Шрайн, но в следующую секунду западная сторона неба озарилась яркой вспышкой: затмив звезды, над Кашииком расцвел гигантский огненный шар. Он все расширялся и расширялся, пока его не поглотил холод космоса.

Когда Вейдер вновь посмотрел на Шрайна, джедай ухмылялся во весь рот:

- Это ведь один из твоих кораблей, не так ли? Должно быть, крейсер-заградитель? - Он кашлянул кровью и хохотнул. - Они снова от тебя ускользнули!

- Даже если так, их снова выследят и уничтожат.

Самодовольство на лице Шрайна внезапно сменилось восторгом.

- Я видел это, - пробормотал он - в большей степени самому себе. - Я предвидел...

Вейдер подался чуть ближе, чтобы лучше слышать умирающего противника:

- Имеешь в виду свою смерть?

- Взрыв, яркий, как сияние звезд, - пояснил Шрайн. - Лесной мир, бесстрашные защитники, спасающиеся бегством корабли - и ты... каким-то образом окажешься посреди всего этого. - Его окровавленные губы сложились в горделивой ухмылке, а из глаза выкатилась слеза. - Найдешь ты их или нет, Скайуокер, - не имеет значения. И не важно, сумеешь ли ты перебить всех джедаев, переживших Приказ шестьдесят шесть. Теперь я понимаю... Сила не умрет никогда.

Вейдер все еще не сводил глаз с бездвижного тела Шрайна, когда из диковинного вукийского турболифта вышли несколько штурмовиков и поспешили к нему.

- Господин, - проговорил тот, кто был старше по званию. - Заградитель, размещенный над Качиро, уничтожен. Сотни кораблей с беженцами скрылись в гиперпространстве.

Вейдер кивнул.

- Передайте командному составу мой приказ не снижать интенсивности бомбардировок, - распорядился он гневным голосом. - Я хочу, чтобы всех до единого вуки выкурили из нор, даже если для этого потребуется спалить этот лес дотла!