Случилось так, что некою весной

Влюбился я и, потеряв покой,

Терзался, как больной.

Всечасно я метался, как в бреду,

С единой думой сделавшись в ладу:

Как превозмочь беду?

И вот однажды, пролежав без сна

Всю ночь, покуда сделалась видна

Небес голубизна,

В надежде боль сердечную унять

И грусть-тоску докучную прогнать

Отправился гулять.

И, мнится, я немало прошагал,

Когда передо мной поток предстал,

Прозрачный, как кристалл.

По берегам, куда ни кинешь взор,

Раскинулись фиалковый ковер

И розовый шатер;

И тут же, чуть поодаль от ручья

Рос кипарис, в листве своей тая,

Счастливца-соловья.

И воссиял покой в душе моей,

И я прилег в тени густых ветвей.

Где щелкал соловей;

И вот напевом дивным ублажен

И долгою прогулкой утомлен,

Я погрузился в сон.

И та, что всех дороже, та, кого

Я обожаю более всего,

Во сне, как божество,

Как будто бы явилась мне светла

И голосом, исполненным тепла,

С улыбкою рекла:

«Наверно, милый, мне самой судьбой

Назначено в союзе жить с тобой,

Утих сомнений рой.

Я вижу, что ты искренен вполне,

Когда, горя в молитвенном огне,

Ты молишь обо мне

Всевышнего — и всю себя, как есть

Свою любовь, и молодость, и честь

Тебе хочу принесть.

Как видишь, совершая выбор свой,

Я доверялась не молве кривой,

А лишь себе самой.

Женой введешь меня в свой отчий дом,

А за любовь, за нашу жизнь вдвоем,

Прошу лишь об одном:

Чтоб ты любви своей не изменил,

Чтоб тот огонь, что нас соединил,

Вовеки не остыл!

О, Утешитель плачущих сердец,

Всемилостивый и Благой Творец,

Сподоби наконец

И впрямь увидеть ту, кого зову,

И сладкую беседу такову

Услышать наяву.