Октябрь 1770 года

Роджер вместе с Клэр и Фергусом ехал верхом, а Джейми управлял фургоном, не доверив поводья Брианне — ведь внутри находился его внук, с которым нянчились Лиззи и Марсали.

До Роджера доносились обрывки спора, не утихавшего с самого его возвращения.

— Мне нравится имя Джон, — говорила Брианна, хмуро глядя на сына. — Правда, я не уверена… может, лучше Иэн? Это тот же Джон, только на гэльском… Правда, боюсь, тогда мы будем путаться, ведь есть еще наш Иэн и дядюшка Иэн в Шотландии…

— Здесь их нет, — веско заметила Марсали. — А ты не хочешь выбрать одно из имен отца?

— Какое? Джеймс — нельзя, тогда точно выйдет путаница. Малкольм мне не нравится. Маккензи… Ну, он и без того Маккензи… — Заметив взгляд Роджера, она улыбнулась.

— А может, Джеремая? Джон Джеремая Александр Фрейзер Маккензи? — на пробу произнесла Марсали.

— Мне нравится, — вставила Клэр. — Звучит очень по-старинному. Роджер, это ведь одно из твоих имен, да?

— А еще можно сократить его и называть ребенка просто Джемми. Или будет слишком похоже на Джейми?

У Роджера по спине пробежал озноб, потому что он вспомнил другого маленького Джемми… Он дождался, когда Брианна отдаст сына Лиззи и отвлечется на поиски чистых пеленок. Тронув коня пятками, он подъехал к Клэр и, понизив голос, спросил:

— Помните, как при нашей первой встрече в Инвернессе вы с Брианной изучали мое генеалогическое древо?

— Да, а что?

— Вы, может быть, тогда не заметили… — Роджер запнулся. — Вы показывали одну ветвь, где произошла подмена. Где вместо погибшего ребенка усыновили сына Гейлис Дункан от Дугала Маккензи и назвали его тем же именем.

— Вильям Баклей Маккензи, — тут же сказала она и криво усмехнулась, заметив его удивление. — Я это генеалогическое древо изучила вдоль и поперек. Помню каждую строчку.

— Правда? Тогда, может, вы знаете имя его жены — моей шесть раз прабабушки? Его на древе не было.

Опустив ресницы, Клэр задумалась.

— Да, — сказала она наконец. — Мораг. Ее звали Мораг Ганн. А что?

Роджер лишь покачал головой — от волнения перехватило дух.

Он посмотрел на Брианну. Полуголый малыш лежал у нее на коленях, рядом на сиденье валялась грязная пеленка — и в памяти опять всплыл другой ребенок в насквозь отсыревшей одежде.

— Их сына звали Джеремая, — чуть слышно пробормотал он.

— Верно.

Клэр с любопытством уставилась на него, потом повернула голову, глядя на извилистую дорогу, терявшуюся за высокими соснами.

— Я спрашивала ее, — сказала она вдруг. — Почему мы можем проходить сквозь камни.

— И что она ответила?

Роджер смотрел на шрам от пореза на своем запястье.

— Чтобы изменить ход вещей, — усмехнулась Клэр. — И я не знаю, так ли оно на самом деле.