Брианну неприятно кольнуло воспоминание о Бостонском приюте для собак: просторное темное помещение, напоминающий собачье тявканье скрип стропил и душный воздух, пахнущий животными. В большом доме на рыночной площади в Инвернессе собралось множество людей: поставщики продуктов питания, торговцы скотом, страховые агенты, судовые поставщики, рекрутеры в военно-морской флот… Посреди зала ходили и сидели мужчины, женщины и дети. Время от времени кто-то из них распрямлял плечи и выдвигал вперед подбородок, чтобы продемонстрировать силу и здоровье. В глазах людей, предлагавших себя, светилась надежда, смешанная со страхом, — как у собак в приюте для животных, куда несколько раз приводил ее отец, чтобы она выбрала питомца.

Были и семьи; дети либо цеплялись за матерей, либо с отсутствующим видом стояли рядом с родителями. Брианна старалась отводить глаза, ведь у нее разрывалось сердце, даже когда она собаку выбирала.

Юный Джейми боком протискивался между ними, прижав шляпу к груди, чтобы не потерять в толпе, и рассматривал предложенный товар. Дядя Иэн пошел в офис судоходной компании за билетом на корабль в Америку и оставил Брианну с кузеном Джейми. Им предстояло найти слугу, который сопровождал бы ее в пути. Брианна пыталась протестовать: ей не нужен никакой слуга, в конце концов, она прекрасно добралась из Франции в Шотландию… Мужчины покивали, с вежливой улыбкой выслушав все ее аргументы, и теперь она пробиралась вслед за юным Джейми сквозь толпу, послушная, как овечка тети Дженни. Вот уж ясно, что именно имела в виду ее мать, называя Фрейзеров «упрямыми, словно скалы».

Несмотря на гомон вокруг и раздражение на родственников, сердце радостно екнуло при мысли о матери. Сейчас Брианна могла признаться себе, как сильно она по ней скучала. И по отцу, незнакомому шотландскому горцу, с которым она начала знакомиться по письмам. То, что между ними лежал океан, казалось не более чем досадной мелочью.

Кузен Джейми прервал эти радужные мысли, взяв ее за руку.

— Как тебе вон тот парень? — крикнул он ей прямо в ухо, подбородком кивнув на кандидата. — Что скажешь?

— Маньяк какой-то, — пробормотала Брианна. — Да ну, он похож на быка! — крикнула она в ответ.

— По-моему, сильный и честный малый.

«Просто слишком туп, чтобы оказаться нечестным», — подумала Брианна, однако промолчала, лишь энергично затрясла головой.

Юный Джейми философски пожал плечами и вернулся к изучению потенциальных работников, пристально разглядывая каждого. Брианне такое поведение казалось грубым, но другие потенциальные работодатели, похоже, так не считали.

— Пирожки! Горячие пирожки! — прорезался среди шума и гомона высокий голос.

Старушка с лотком на шее и с деревянной лопаточкой в руке локтями прокладывала себе путь через толпу. Чудесный аромат свежей выпечки затмил все прочие запахи. После завтрака прошло немало времени, и Брианна полезла в карман, чувствуя, как рот наполнился слюной.

Иэн взял у нее кошелек, чтобы расплатиться, но Брианна нащупала две или три монетки, которые, по всей видимости, выпали, одну из них выудила и помахала ей. Продавщица заметила блеск серебра и тут же сменила курс, ловко лавируя через толпу; легла в дрейф перед Брианной и, пришвартовавшись, выхватила монетку у нее из рук.

— Да хранит тебя Дева Мария, великанша! — Старуха задрала голову вверх и оскалилась, демонстрируя крепкие пожелтевшие зубы. — Возьми-ка лучше два, дорогуша! Разве ты одним наешься, бедолага…

Все головы повернулись в их сторону, лица расплылись в ухмылках. Брианна была как минимум на полголовы выше большинства окружающих мужчин. Слегка смущенная общим вниманием, Брианна смерила ближайшего из обидчиков ледяным взглядом. Похоже, молодого человека это весьма позабавило. С наигранным испугом он отшатнулся, прижавшись спиной к своему приятелю.

— Боже правый! Она на меня посмотрела! Я сражен!

— Не выдумывай, — приятель хлопнул его по плечу, — на меня она посмотрела! Кто на тебя посмотрит!

— Ничего подобного, — воспротивился первый, — на меня, правда, дорогуша?

Он умоляюще уставился на Брианну телячьим взглядом и выглядел при этом так потешно, что та не выдержала и расхохоталась вместе со всей толпой.

— А что ты с ней делать станешь? В ней два таких, как ты! Ну-ка, руки прочь, чудовище! — вступилась за Брианну торговка, наподдав парню лопаткой под зад. — У меня, между прочим, торговля идет, а девушка останется голодной, если ты не перестанешь дурака валять. Отстань, пусть пирожок купит.

— Девчонка мне в самый раз, бабуля! — Поклонник Брианны, не обращая внимания на нападки и поучения, бесстыдно ее разглядывал. — А что до остального… Тащи сюда лестницу, Бобби, высоты я не боюсь!

Грянул хохот. Друзья молодого человека потянули его за руку, и он нехотя пошел прочь, оглядываясь и посылая через плечо воздушные поцелуи. Брианна взяла сдачу медными монетками и отошла в угол, чтобы съесть два горячих пирожка с говядиной. Лицо у нее еще пылало от смеха и комплиментов.

Брианна перестала обращать внимание на свой рост с седьмого класса. В Лаллиброхе, среди высоких двоюродных братьев, она чувствовала себя в своей тарелке, однако здесь она и впрямь торчала, словно мачта, хорошо хоть вняла настояниям Дженни и сменила мужской костюм на платье кузины Джанет, которое впопыхах удлинили.

Брианну смущало, что под платьем у нее не было никакого белья, кроме рубашки. Конечно, вряд ли кто-то мог обнаружить сей пикантный факт, но само ощущение было непривычным — голые бедра терлись друг о друга, потому что шелковые чулки заканчивались чуть выше колена.

Впрочем, едва откусив первый кусок, она позабыла обо всех неудобствах. Горячий свежий пирожок в форме полумесяца был выпечен по старому шотландскому рецепту — фарширован рубленым мясом, салом и луком. Ощутив во рту сказочный вкус сочной начинки и слоеного теста, Брианна блаженно прикрыла глаза.

— Еда там либо отвратительная, либо безумно вкусная, — рассказывала Клэр о своих приключениях. — Тогда еще не нашли способ хранить мясо; все, что ты ешь, либо засолено, либо выварено в сале, если не успело протухнуть, либо парно́е, и тогда вкус просто невероятный.

Да, невероятно вкусный пирожок! Брианна получала огромное удовольствие, несмотря на то что крошки падали в лиф. Она украдкой стряхнула крошки с груди, но никто больше на нее не смотрел.

Или почти никто. Невысокий светловолосый мужчина в потертом пальто материализовался у ее локтя и суетливо махнул рукой, словно хотел потянуть ее за рукав. Брианна подозрительно покосилась на него. Нищий? Или очередной назойливый поклонник?

— Я вас слушаю!

— Мэм, вам, кажется, нужен слуга?

Брианна отбросила настороженность, поняв, что мужчина предлагает свои услуги.

— Мне лично не нужен, но, похоже, придется нанять.

Она посмотрела на юного Джейми, который как раз допрашивал приземистого широкоплечего малого с нависшими бровями. Видно, представление Джейми об идеальном слуге ограничивалось развитой мускулатурой. Брианна окинула взглядом щуплого человечка, стоявшего перед ней; он не слишком соответствовал стандартам Джейми-младшего, но стандартам Брианны — вполне.

— Хотите работать у меня?

Мужчина нервно переминался с ноги на ногу.

— Нет-нет, не я… Может быть, возьмете мою дочь? — выпалил он, собравшись с духом, и тихо добавил: — Пожалуйста.

— Вашу дочь? — Брианна удивленно воззрилась на него, позабыв о надкушенном пирожке.

— Прошу вас, мэм, — к изумлению Брианны, на глазах у него показались слезы, — вы не представляете, как ей нужна работа и как мы будем благодарны!

— Как же… — смущенно протянула Брианна, смахивая крошки со рта.

— Она девушка выносливая и усердная, будет с радостью делать все, что прикажете, нужно только выкупить ее контракт.

— Послушайте, в чем дело? — спросила Брианна, движимая любопытством и жалостью к бедняге, который явно попал в беду. Она схватила его за руку и отвела в дальний угол, где было поменьше народу. — Что за срочность, почему вы хотите, чтобы я наняла вашу дочь?

Он нервно сглотнул.

— Один человек… Он хочет ее, но не в роли служанки… Хочет сделать ее любовницей. — Слова с трудом шли у него с языка, на лице было написано отчаяние.

— Ясно, — протянула Брианна, поняв, что дело и впрямь обстояло непросто. — Вам ведь не обязательно отпускать к нему дочь?

— Выбора нет, — горько проронил бедняга. — Господин Рэнсом, брокер, купил ее контракт и теперь может продать ее, кому пожелает.

Он кивнул на неприятного вида мужчину в белом парике, перевязанном лентой; тот как раз обсуждал что-то с юным Джейми.

— Он продаст ее без зазрения совести тому… — Голос собеседника прервался.

— Возьмите. — Брианна поспешно развязала косынку, повязанную вокруг шеи, и протянула незнакомцу. Со стороны ее поступок выглядел более чем нескромным, однако в данных обстоятельствах ей было все равно.

Мужчина вытер лицо и отдал косынку, сжав ладонь Брианны обеими руками.

— Этот человек — торговец скотом, он отправился на рынок продавать свой товар; вскоре он вернется с деньгами и выкупит ее контракт. Он хочет увезти ее в Абердин, я слышал, как он говорил это мистеру Рэнсому. Я стал молить Господа Бога смилостивиться над нами, и тогда… тогда я заметил вас, такую гордую, благородную. Вы показались мне доброй. Я решил, что это ответ на мои молитвы. Мэм, прошу, сжальтесь над несчастным отцом. Возьмите ее!

— Но я еду в Америку! Вы никогда… — Брианна закусила губу, — вы очень долго не сможете ее увидеть.

Отчаявшийся отец побледнел как мел и пошатнулся.

— В колонии?.. — прошептал он. Затем стиснул зубы и сказал, глядя прямо в лицо Брианне: — Лучше пусть она отправится в дикие места и пусть я никогда ее не увижу, чем видеть, как она подвергнется бесчестью.

Брианна не знала, что и ответить. Она посмотрела на толпу поверх его головы.

— Которая из них ваша дочь?

Искра надежды в его глазах вдруг вспыхнула ярким пламенем.

— Да благословит вас Господь, леди! Я пришлю ее к вам.

Он горячо сжал ей руку и метнулся к толпе. Брианна ошарашенно смотрела ему вслед, потом беспомощно пожала плечами и наклонилась, чтобы поднять упавший платок. Как же это все случилось? И что, черт возьми, скажут дядя с кузеном, если она…

— Это Элизабет, — выпалил голос рядом. — Ты будешь служить этой даме, Лиззи.

Брианна опустила глаза и поняла, что решение уже принято.

— О боже, — пробормотала она, разглядывая аккуратный пробор в светлых волосах на головке девушки, что присела перед ней в глубоком реверансе.

Девушка подняла на нее огромные перепуганные серые глаза.

— К вашим услугам, мэм, — прошептала она побелевшими губами. По крайней мере, Брианна прочла по ее губам именно это, девушка говорила слишком тихо, чтобы можно было разобрать слова среди всеобщего шума.

— Она будет отличной служанкой, мэм, я клянусь вам! — Взволнованный отец говорил куда громче. Брианна взглянула на него. Отец и дочь были похожи: те же светлые волосы, то же бледное, изможденное лицо, только девушка была такой хрупкой, что казалась тенью своего отца.

— Что ж, здравствуй! — Брианна ободряюще улыбнулась девушке.

Элизабет запрокинула голову, со страхом глядя вверх. Брианна заметила, как та сглотнула и облизала губы.

— Сколько тебе лет, Лиззи? Можно звать тебя Лиззи?

Головка на шее, напоминающей стебель одуванчика, слегка покачнулась. Девушка что-то пролепетала и посмотрела на отца, который поспешил ответить:

— Четырнадцать, мэм! У нее золотые руки, все умеет — и готовить, и шить, и убирать. Усерднее и послушнее не сыскать!

Он стоял позади дочери, положив руки ей на плечи. Его голубые глаза встретились с глазами Брианны, умоляя о помощи. Его губы шевельнулись, не издав ни звука, но она поняла его.

— Пожалуйста, — повторил он.

Взглянув через его голову, Брианна увидела, что вернулся дядя Иэн. Они переговаривались с юным Джейми, близко склонив друг к другу головы. Вскоре они начнут ее искать.

Брианна глубоко вздохнула и выпрямилась в полный рост. Что ж, если уж на то пошло, она тоже из Фрейзеров. Кузену Джейми представится случай узнать, какой «упрямой, как скала» может быть Брианна.

Брианна улыбнулась девушке и протянула ей второй пирожок.

— По рукам, Лиззи! Надо съесть пирожок, чтоб скрепить сделку.

— Она разделила со мной еду, — Брианна призвала на помощь всю свою уверенность, — значит, она моя.

К ее удивлению, этот довод положил конец спору. Юный Джейми открыл было рот, чтобы что-то сказать, однако дядя Иэн остановил его, положив на плечо руку. Удивление на лице Иэна сменилось уважением.

— Вот оно что. — Он посмотрел на Лиззи, которая съежилась в комок за спиной у Брианны. — Раз так, выходит, что нечего и спорить.

Юный Джейми, по всей видимости, не разделял позиции отца по этому поводу, считая, что спорить можно очень даже чего.

— Что толку от этой крохи? — Нахмурившись, он махнул на Лиззи. — Она даже багаж унести не сможет, не говоря…

— Я сама унесу свой багаж, сил у меня хватит, — возразила Брианна. Она нахмурила брови, с вызовом глядя на кузена, и распрямилась во весь рост.

Джейми приподнял бровь, признавая ее правоту, но не сдался:

— Не пристало женщине ездить одной…

— Я не одна, у меня есть Лиззи.

— И уж точно не в место вроде Америки…

— Послушать тебя, так это дыра на краю света, а ведь ты там ни разу не был! — возмущенно задохнулась Брианна. — Черт возьми, да я родилась в Америке!

Дядя с кузеном ошарашенно уставились на нее. Брианна воспользовалась моментом, чтобы закрепить победу.

— Это мои деньги, моя служанка и моя поездка. Я дала слово, и я сдержу его!

Иэн усмехнулся и покачал головой.

— Говорят, дети похожи на отца. Глядя на тебя, девочка, сомнений не остается. Рост и кудри ты могла унаследовать от кого угодно, зато упертость твоя точно от Джейми Фрейзера.

Щеки у нее смущенно вспыхнули, но вместе с тем она почувствовала что-то вроде удовлетворения.

Взъерошенный от жаркого спора юный Джейми предпринял последнюю попытку:

— Женщине не пристало высказывать собственное мнение, ей надо слушаться мужчин!

— По-твоему, женщине не пристало даже иметь собственное мнение? — ласково поинтересовалась Брианна.

— Не пристало!

Дядя Иэн одарил сына долгим взглядом.

— Сколько, говоришь, ты женат? Восемь лет? — Он покачал головой. — Что ж, твоя Джоан очень терпелива.

Не обращая внимания на насупившегося Джейми, дядя Иэн сказал Лиззи:

— Хорошо, можешь пойти к отцу попрощаться, а я пока улажу дело с бумагами.

Он проводил девочку взглядом, с некоторым сомнением рассматривая ее хрупкие плечи, затем повернулся к Брианне.

— Ладно, может, вместе с ней тебе будет веселее, чем со слугой-мужчиной… В одном Джейми прав — защитить тебя ей не под силу. Скорее уж тебе самой придется за ней присматривать.

Брианна расправила плечи и выпятила подбородок, призвав на помощь всю свою уверенность, однако под ложечкой у нее засосало.

— Я справлюсь, — ответила она.

Брианна крепко сжала в ладони камень, ища утешения. Корабль покинул залив Мори-Ферт и вышел в открытое море. Берега Шотландии остались позади.

Почему она уже скучает по месту, которое едва знала? Лиззи, которая родилась и выросла в Шотландии, не бросила ни единого взгляда на удаляющуюся землю; девчушка сразу спустилась вниз, чтобы устроиться в каюте и взять из багажа вещи, которые понадобятся в путешествии.

Брианна никогда не считала себя шотландкой. Совсем недавно она даже не подозревала, что имеет какое-то отношение к Шотландии, а теперь, покинув эту страну и людей, успевших стать такими близкими, переживала то же острое чувство утраты, как в день, когда навсегда уехала мама или когда погиб отец.

Возможно, ей передались эмоции других пассажиров? Многие, как и она, стояли у борта, некоторые рыдали в открытую, прочие со страхом думали о долгой поездке. Но Брианна хорошо понимала, что ее угнетало другое чувство.

— Вот и все, — рядом возникла Лиззи.

Она как раз успела бросить прощальный взгляд на исчезавшую за горизонтом землю. Ее лицо оставалось бесстрастным, однако Брианна не спутала самообладание с бессердечием.

— Да, мы в пути. — Повинуясь порыву, Брианна подтянула девочку к себе и поставила ее у перил, защищая собой от толкотни и холодного ветра. Лиззи была на добрый фут ниже Брианны и хрупкой, словно парусная лодка, видневшаяся впереди.

В это время года солнце еще не грело, оно нависало над чередой темных скал. Девушка вздрогнула и инстинктивно прижалась к Брианне, чтобы согреться. На Брианне была синяя шерстяная накидка, которую дала ей Дженни, она обвила девчушку руками и набросила на нее край накидки.

— Все будет хорошо, — подбодрила она Лиззи — и себя.

Светлая головка дрогнула у ее подбородка. Трудно сказать, был это кивок или попытка стряхнуть с глаз выбившуюся из прически прядь. Воздушный локон бился на ветру, совсем как огромные натянутые паруса над головой. Несмотря на бурлящие чувства, Брианна ощутила, что ее дух крепнет вместе с ветром. Она пережила уже немало расставаний; переживет и это. Вот почему так трудно уезжать. Брианна уже потеряла отца, мать, любимого, дом и друзей. Она осталась одна, потому что так было нужно, по собственному выбору. Но теперь, в Лаллиброхе, она вдруг снова обрела дом и семью, и неожиданное открытие застало ее врасплох. Она бы отдала почти все на свете, чтобы остаться подольше.

Но надо сдержать обещание и усмирить боль потери. Потом она сможет вернуться. В Шотландию. И к Роджеру.

Брианна двинула рукой, чтобы ощутить на запястье спрятанный под накидкой тонкий серебряный браслет, который он ей подарил. Другой рукой она придерживала края накидки, защищая Лиззи от холодного ветра и морских брызг. Если бы не было так холодно, она, возможно, и не заметила бы, как на ее руку упала вдруг теплая капля.

Лиззи стояла выпрямившись, как натянутая струна, плотно обхватив себя руками. Ее полупрозрачные уши немного торчали, как у мышки, нежные и хрупкие в неярком свете заходящего солнца. Брианна подняла руку и на ощупь вытерла ей слезы, поверх головы Лиззи глядя на удалявшийся берег. Однако ледяное лицо и дрожащие губы, которые она ощутила под рукой, словно бы принадлежали ей самой.

Они стояли молча, пока берег не скрылся из виду.