1 ноября 1891 г., Сергиев Посад
Дорогая Людмила Осиповна, сегодня получил Ваше письмо и сейчас же отвечаю. Нумера «Московских ведомостей», в которых было о батюшке1, достану и вышлю. Сам теперь серьезного об нем писать не собирался, да это и обдумать надо; а посылаю в «Гражданин», где об нем до сих пор не было ни слова, два-три письма, которые наполовину будут состоять из вырезок из тех же «Московских ведомостей», собственного будет мало. Иначе сразу я не умею. Богу угодно будет, он научит, как и когда взяться за серьезный труд. Что касается до рамки, то простите, здесь некому поручить, сам не выхожу. Егор2 мой довольно глуп, а из Москвы выписывать сюда да посылать Вам, это очень трудно, не берусь, да и не нужно, лучше я при первой возможности пришлю Вам рубля 2, Вы столяру в Козельске и закажете. На что щегольскую или модную? Была бы чистая и прочная.
Думал об Вас все это время достаточно и жалел Вас и намеревался писать Вам, да все откладывал, потому что мне все еще в Оптиной казалось, что Вам уже ни до кого и ни до чего, кроме батюшки и матери Евфросинии, дела нет.
«Угостить» Вас издали нельзя, а сам, я думал, Вас мало уже интересую. Такое у Вас лицо всегда бывало.
Да, я согласен с Вами, и я понемножку таким становлюсь, вот уже и писать нет охоты, а пишешь кой-что по нужде (так и батюшка на прощанье благословил).
Вот уж и без Вари жизнь впервые начинаю понимать, то есть – не скорблю.
И т. д., и т. д. «монашествую» в безмолвии моем поневоле (без от. Амвросия) самочинном, как умею и могу. Стал больше поститься, больше молиться, гораздо меньше курить и т. д.
Молю Бога и совсем табак бросить.
И мебель, и другие вещи кудиновские мне стали не нужны…
Кстати, что же Вы взяли себе из мебели? Впрочем, не принуждайте себя на это отвечать. Это пустяки. Приедет Варя в Мазилово3, побывает потом у меня и все скажет.
Больше нечего писать. Простите, Христа ради, право не хочется.
Я на Варю очень сердит за ее непомерно долгое молчание. Спаси Вас Господь и помози Вам на Вашем трудном пути. Ваш грешник-монах Кл<имен>т4. Не адресуйте писем в Москву, на Сергиев Посад. Это только путает, а просто – на Сергиев Посад.
Публикуется по автографу (ГЛМ).
1…о батюшке… – Т. е. о смерти Амвросия Оптинского.
2 Егор — слуга К. Н. Леонтьева.
3 Мазилово — подмосковное село, где К. Н. Леонтьев жил летом 1885 г.
4 Кл<имент>т — монашеское имя, принятое К. Н. Леонтьевым после тайного пострига.