Следует иметь в виду, что сознание не может быть результатом материальных условий. Известное материалистическое изречение, по которому мозг производит мысль, как печень вырабатывает желчь, в настоящее время у всех серьезно мыслящих лиц вызывает улыбку подобно тому, как вызывает в нас такую же улыбку и детский лепет. Но и представители новейшей философии известного толка не вполне еще освободились от материалистических умозрений насчет происхождения сознательного в природе, хотя попытки в этом направлении далеко не встречают уже ныне такого сочувствия, как в былое время.

Как на образец материалистических воззрений новейшего времени, мы укажем на учение известного последователя философии Авенариуса[20] и Гауптмана[21], который рассматривает психизм как явление производное, зависимое от материальных процессов организма, и считает, что развитие психики является исключительно результатом приспособления организма среди окружающих условий. Этот материалистический взгляд вряд ли, впрочем, найдет много защитников в новейшее время, особенно ввиду развития неовиталистического воззрения.

Невозможность вывести сознательное из материального была, между прочим, очень выразительно изображена знаменитым Дюбуа-Реймоном в следующем рассуждении: «На определенной, для нас совершенно неизвестной стадии развития жизни на Земле выступает что-то новое, прежде неслыханное и, подобно сущности материи, силы и началу движения, непостижимое. Это непостижимое есть сознание. Полагаю, что могу весьма убедительным образом доказать, что не только при настоящем состоянии наших знаний сознание необъяснимо из материальных условий, в чем каждый согласен, но что по природе вещей оно никогда не станет объяснимым из этих условий. Противоположное мнение, что нельзя терять надежды на познание сознания из материальных условий и что последнее может еще удастся по накоплению в продолжение ста тысячелетий непредвидимого богатства человеческих знаний – есть второе заблуждение, которое я намерен оспаривать в настоящей беседе».

«Я намеренно употребляю здесь слово сознание, так как здесь дело идет о духовном процессе какого бы то ни было характера, даже и простейшего».

«В самом главном объяснение из материальных условий наиболее возвышенной деятельности души не менее затруднительно, чем объяснение из них воспринимаемых чувствами ощущений. С первым возбуждением удовольствия или неудовольствия, которое ощутило наипростейшее живое существо на Земле, с первым восприятием качества уже разверзается пропасть и мир становится вдвойне непонятным»[22].

Другой могиканин мысли, профессор Гризингер, по поводу того же предмета выражается не менее решительно: «Действительного описания того, что происходит в душе, не может дать ни материализм, стремящийся объяснить душевные процессы деятельностью тела, ни спиритуализм, объясняющий тело душой. Если бы мы даже действительно знали все, что происходит в мозге при его деятельности, если бы мы могли проследить во всех подробностях все химические, электрические и т. п. процессы, то и тогда даже это не привело бы ни к чему. Все колебания и дрожания, все электрические и механические процессы не составляют еще душевного состояния представления. Каким образом они обращаются в последнее – загадка, вероятно, никогда не разрешимая, и мне кажется, что если бы даже к нам сошел теперь с неба ангел, чтобы объяснить это, то наш разум не был бы в состоянии даже и понять его!»[23]

По Гефдингу, физические причины могут иметь только физические следствия, сознание же необъяснимо физическими причинами. В подобном же смысле высказываются и другие неоспиритуалисты.

Лопатин[24] по этому поводу говорит: «Что… субъективный язык – наше сознание – существует – это несомненнейший факт из всех доступных для каждого из нас».

«Что данный факт имеет причину – это также должно быть бесспорным для каждого, кто полагает, что нет в мире беспричинных вещей. Но такой причиной не могут быть физические процессы ввиду их абсолютной несоизмеримости с этим фактом; эта причина должна иметь особую природу сравнительно с предметами и явлениями, о которых ведает физика и которые всецело подчиняются ее законам».

По В. Вундту, «душевные процессы не могут быть производимы из телесных в смысле причинного объяснения первых. Наука должна признать, что естественные процессы составляют строго замкнутый круг движений изменяющихся элементов, управляемый общими законами механики. Но никогда из движения нельзя производить ничего другого, кроме опять-таки движения и потому этот круг естественных процессов, данных нашему объективному наблюдению, нигде не допускает выхода за его пределы». И далее: «психическое может быть действительно объяснено лишь психическим точно так же, как движение может быть производимо лишь от другого движения и никак не от психического процесса».

В подобном же смысле высказываются и многие другие авторы, и должно признать, что за этими взглядами стоит непреложная сила логики.

Ввиду невозможности выйти в этом вопросе из логических затруднений некоторые авторы развивали взгляды такого рода, что физические причины кроме им эквивалентных физических же явлений могут приводить к развитию психических явлений без какой-либо траты энергии. Венчер[25], развивая этот взгляд еще шире, допускает, что в психических силах мы имеем условия, благодаря которым в мозгу кинетическая энергия переходит в потенциальную и обратно без всякой затраты новой энергии. Но существенная ошибка этого воззрения заключается в том, что оно допускает действие (Wnirke) без затраты энергии, что противоречит всем нашим современным естественно-научным воззрениям[26].

Другие авторы, как мы уже ее упоминали выше, признают, что психические есть только сопровождающее явление и что весь цикл явлений, происходящих в мозгу от начала до конца, завершается в круге материальных процессов, на известном пункте лишь сопутствуемых психическими явлениями. По этому воззрению психическое составляет какой-то ненужный прибавок или «эпифеномен», который для развития явлений не только не необходим, но и совершенно излишен. Но лишних вещей в природе, как известно, не существует, и потому воззрение это, низводящее душу до степени совершенно ненужной, излишней вещи, противоречит самым основным нашим понятиям об окружающем мире.

Таким образом, все попытки пойти дальше параллелизма в объяснении существующих соотношений между физическими и психическими явлениями наталкивались до сих пор на непреодолимые препятствия.