XVIII век ворвался в историю под знаменем Просвещения. Познавать мир, систематизировать знания и задумываться о глубоком теперь было не просто актуально, но ещё и модно.

Вести светскую жизнь, шушукаясь на балу, у кого роскошнее платье и на кого смотрит вот тот юный кавалер с косоглазием, становится скучно. И тогда светская жизнь переезжает в салоны.

Одним из таких мест встреч аристократов стал салон Элизабет Монтегю. В него со всего Лондона стекались друзья и знакомые миссис Монтегю, чтобы поговорить о научных проблемах и пофилософствовать за чашкой чая.

«Но что себе позволяют эти женщины, вы только посмотрите!

Вместо того чтобы исполнять своё природное предназначение, рожать борщ и думать о платьях, они ведут интеллектуальные беседы с мужчинами! Уму непостижимо!»

Именно так презрительно думали окружающие о посетительницах подобных салонов.

А тут ещё в салон Элизабет повадился ездить Бенджамин Стиллингфлит. Кто бы мог подумать, что ботаник, переводчик и автор произведений оставит след в истории самым странным образом!

У Бенджамина была «визитная карточка»: он постоянно носил синие шерстяные чулки вместо чёрных, положенных по этикету. Это привлекало столько внимания, что ботаник в кругу посетителей салона получил прозвище «синий чулок».

Позднее салон миссис Монтегю стали называть Обществом синего чулка, а одноимённым предметом гардероба начали клеймить всех женщин, сосредоточившихся на образовании вместо косметики и детей.

Это было чем-то неслыханным, ведь в университетах тогда учились только мужчины.

За несколько лет почётное прозвище о принадлежности к интеллигенции превратилось в насмешку над продвинутыми женщинами старой Англии. В этом же значении оно используется до сих пор.