Разговаривал вчера с другом, и он говорит: «Ну а ты напиши публично о том, что мне сказал. Почему не пишешь? Потому что боишься! Знаешь, что тебя порвут на части!» И вы, наверное, подумали, что я сказал что-то нетолерантное, ксенофобское или плохое про Путина? Нет, я говорил совсем не это.

Я просто признался, что не понимаю, зачем нужен психолог. Но аккуратно добавил: «Лично мне».

Дело в том, что никогда, даже в самые сложные моменты, я не чувствовал необходимости в услугах психолога. Я нуждался в деньгах, в лекарствах, в одежде или утюге. Но никогда не нуждался в психологе.

Однажды по заданию редакции сходил к бесплатному московскому психологу – он сделал мне «расстановку». После сеанса я чувствовал себя намного хуже, чем до. Те, кто слушал эту историю, начинали трактовать ее психологически: тебе, Валерочка, попался плохой специалист, а нужен хороший, у тебя психологическая травма от психолога! Давай я тебе посоветую одного очень хорошего и недорогого – пять тысяч сорок пять минут.

Я могу понять, зачем нужен водитель, массажист, проститутка или президент. Но зачем [мне] психолог – не могу понять. Притом что всю жизнь я профильно занимаюсь инжинирингом человеческих душ. И своей собственной. Притом что был период – половина моей френдоленты писала в духе «вчера хотел покончить с собой, но похудел, смотрите: мой six pack, буду жить».

Насколько понимаю, психолог – это человек, которого я допускаю как профессионала в свое нутро, как допускаю стоматолога в свой рот. Ведь я не могу депульпировать свой зуб, но с душой – совсем другое дело. Кто лучше меня в ней поковыряется? Чья кюретка тоньше моей?

Психолог – это человек, который заведомо не может справиться со своей работой. И который будет раздражать меня больше, чем лечить. Да и от чего он меня вылечит? Одиночество, сомнения, тревога – я уверен, что все это философские проблемы, а не психологические.

Я представляю свой разговор с психологом как встречу Франца Кафки и Рудольфа Штайнера (был такой теософ). Кафка так заканчивает запись в дневнике: «Вначале ему мешал небольшой насморк, у него текло из носа, он беспрерывно возился с носовым платком, усиленно работая пальцем в глубине каждой ноздри». И все. Никакого вывода или облегчения.

А все потому, что психолог работает с пациентом в отрезке времени – в том, за который он заплатил. А философ, Кафка (и я среди великих) – в концепции всей жизни. Она заканчивается не облегчением, увы. Это настоящая проблема, и ее никто не может решить.

Поэтому смешно приходить к психологу с бессонницей, тревогой, смущением, вожделением. Какая это ерунда в сравнении с тем, что когда-нибудь наступит миг, который отделит меня от своего тела, ваших добрых слов и видео котят, напуганных своим отражением. Так человек испугался бы, взгляни он в зеркало, а там – никого.

Еще Карнеги советовал учиться у кошек: если ты сыт, есть теплая коробка и не кусают блошки – ты уже счастлив.

Я, например, счастлив абсолютно. У меня есть все (кусь, коробка, блошек нет), а сегодня еще и солнечно. Одна лишь грусть: начался закат. Самое время залезть в коробку и уснуть.