После этого разговора Пит остался дома, а Шерри, не находя себе места от бездействия, отправился в город посмотреть, что там происходит. И почти сразу же столкнулся с долговязым доктором Лейманом, который шел по улице упругой, легкой походкой, шурша брючинами.

— Шериф просто озверел, как бешеная собака! — бросился он к Малышу с лицом, побелевшим от злости. — Клянусь Небесами, с его разумом что-то неладно. Он неуравновешен!

— Мун славится своей прямолинейностью, — сказал Шерри, насторожившись от такого высказывания.

— Это он-то прямолинейный? Да Мун собирается отправить Беатрис на виселицу! — закричал Лейман. — Он только что запретил ей с кем-либо встречаться и даже писать письма! О более возмутительном безобразии мне не приходилось слышать!

— Даже встречаться с адвокатами? — уточнил Шерри.

— На этих адвокатов не хватит никаких денег, — кипятился Лейман, — даже если мы получим средства из состояния Беатрис. А как это сделать, если не будет оформлена доверенность на мое имя? Или на имя другого человека? Никогда не слышал о таком беззаконии и произволе!

— Вы правы! — поддержал его Шерри. Потом немного подумал и добавил: — Некоторые мужчины почему-то не любят женщин. Мун их точно не любит.

— Конечно, это так, — подтвердил доктор. — Но надо иметь в виду и такое обстоятельство — раньше ему не приходилось арестовывать женщину по такому тяжкому обвинению. А теперь в нем проявился тиран, небывалый доселе.

— Обращались ли вы к судье?

— Какой смысл? Судья в кармане у Муна. Можно подумать, что все поступки Муна кем-то инспирируются. Но клянусь Юпитером, я разнесу в щепки его репутацию! — И он пошел дальше, даже не попрощавшись, но, сделав несколько шагов, обернулся и крикнул: — Знаете, в городе появился и ищет вас Слейд… Фантом или Фенни — забыл, как его зовут. Между вами раздор или он ваш приятель? Сам я с ним никогда не встречался, — добавил доктор и заторопился дальше, погруженный в свои мысли.

Таким образом Шерри получил сразу двойной удар. Во-первых, его потрясла новость, что шериф занял такую твердую позицию в отношении Беатрис. Она лишний раз подчеркивала убежденность Герберта Муна в ее вине. Однако Малыш Лю воспринял эту новость не так, как Лейман. Тот, страстно желая освобождения девушки, похоже, думал только о том, что творится несправедливость. А он видел это в другом ракурсе и чувствовал всю тяжесть осуждения со стороны Муна. Шериф был не из тех людей, которые легко на что-то решаются. Прежде чем занять такую твердую позицию, он, несомненно, изучил все дело девушки вдоль и поперек. Одним словом, Герберт Мун считает, что Беатрис Вилтон виновна, безусловно виновна!

Шагая по улице, Шерри думал о том, что отныне его основная задача заключается не в том, чтобы доказать ее невиновность, а в том, чтобы найти способ вытащить девушку из тюрьмы. Он горько пожалел о своих угрозах в адрес низкорослого шерифа в доме Вилтонов во время дознания следователя по делам об убийствах. Конечно, его тогда занесло, он переборщил, но Герберт Мун теперь будет готов к его дерзкой выходке.

Однако вторая новость заставила Шерри отодвинуть на задний план мысли о девушке, ибо в данный момент появилось гораздо более важное обстоятельство — приехал Слейд!

Теперь его именовали Фенни. Но в былые дни, до всех тех преступлений, которые оставили след на его лице и превратили его сердце в камень, звали Фантомом. Потому что он появлялся беззвучно, как призрак, а его бесконечные мотания по стране превратили его в вездесущего.

Вряд ли Слейд приехал в Клейрок с какими-либо добрыми намерениями. Если он разыскивает Шерри, то это означает, что предстоят неприятности, ибо они — его жизненное призвание.

Вполне могло случиться так, что глупо раздутая на страницах газет известность Малыша Лю — его слава бойца с огнестрельным оружием — дошла до слуха Слейда и пробудила у знаменитого убийцы чувство зависти.

Потому что именно таким и был этот человек. О нем говорили, как и о головорезах прежних дней, — он убивал просто ради того, чтобы увидеть, как люди будут падать. В нем не было никакого благородства. Он так же спокойно стрелял в спину, как и в лицо. Не признавал никаких сложившихся правил сражений. Кровь стыла в жилах, когда рассказывали о его бандитизме. Находясь в расцвете лет, Слейд уже состарился как убийца. Молва гласила, что он стал им еще подростком. Теперь ему было за тридцать. И если верить слухам, то он совершал в год не меньше одного убийства.

Неудивительно, что поведение Шерри мгновенно изменилось — теперь он шел по улице с предельной осторожностью.

Все вокруг вдруг стало выглядеть иначе — как день отличается от ночи. Еще минуту назад окружающее пространство казалось открытым и безопасным, а сейчас каждый проулок нацелился на Малыша подобно револьверу, любое открытое окно заставляло думать о возможной опасности. Потому что Слейд действовал исподтишка.

Как гремучая змея, он тотчас настораживал в момент своего появления. Поступая таким образом, показывал, что хотя он сам охотник, но и за ним охотятся. Получивший предостережение человек должен находиться начеку и может сам нанести ответный удар. Но Слейд верил в свою удачу, а вероломство помогало ему побеждать.

Конечно, все могло обернуться иначе. Какой-нибудь их общий знакомый мог посоветовать Слейду обратиться к Шерри. Надеясь на это, великан продолжал шагать вперед. Он не испытывал желания рисковать жизнью в такой неравной схватке. Обладая мгновенной реакцией и точностью выстрелов, он никогда не вступал в драку ради самой драки, а Слейд просто превратился в профессионального бандита. Малыш Лю зарабатывал себе на жизнь трудом, Слейд — револьвером.

Шерри пошел прямо к гостинице и уселся там на веранде. Когда он туда поднялся, там никого не было, но с его появлением веранда стала быстро заполняться. Кто-то, проходя мимо по улице, свернул к ней, кто-то вышел из самой гостиницы — всем очень хотелось побыть рядом со ставшим временно знаменитым человеком.

Вскоре один из пришедших слегка к нему наклонился:

— Насколько я догадываюсь, вы ищете Слейда?

— А вы его видели? — поинтересовался Малыш.

— Он в пивной Ратнера.

— Вы сами его там видели?

— Да. Он угощал выпивкой всех присутствующих.

— И хочет встретиться со мной?

— По крайней мере, так утверждает.

— Для разговора или перестрелки?

— Не знаю. Чего он обычно хочет, когда посылает за кем-то?

Шерри молчал, потому что ответ был очевиден.

— Вам лучше всего оставаться на этом месте, — решил посоветовать ему незнакомец. Тут вас окружают люди. Здесь Слейду не удастся подобраться к вам из-за спины.

— Не окажете ли вы мне любезность?

— Сочту за честь и удовольствие!

— Сходите в пивную Ратнера и спросите Слейда, что ему от меня нужно.

Доброжелатель на мгновение замер, изменившись в лице. Но он оказался смелым человеком, поэтому пообещал:

— Хорошо, я сделаю это. А вы… вы скажете, что собираетесь делать?

— Сначала я хочу послушать, что он ответит, — отозвался Шерри.

Доброжелатель поднялся и быстро спустился со ступенек веранды. Выйдя на улицу, он остановился, подтянул ремень, поглубже надвинул шляпу и отправился в пивную Ратнера с видом человека, выполняющего отчаянное поручение. Пивная находилась недалеко, ее дверь была видна из гостиницы.

Посыльный прошел через пружинистые, автоматически захлопывающиеся двери, и потянулась тягостная минута смертельного страха. Потом показался опять, но не вышел оттуда, а буквально вылетел. Он грохнулся на землю, несколько раз перевернулся в пыли, но кое-как поднялся и бегом припустил к гостинице.

На веранде его немедленно окружила толпа, и ему пришлось протискиваться через нее к Шерри, перед которым он предстал, как несчастный неудачник. Один рукав его пиджака оторвался, спинка была разорвана. Левый глаз посыльного покраснел, вокруг него быстро распухал и приобретал фиолетовый оттенок синяк.

— Я выполнил для вас это грязное задание, Шерри, — сердито произнес парень. — Мне там устроили тот еще прием! Слейда окружили все городские бандиты. Когда я задал ему ваш вопрос, он сказал: «Передай этой мерзкой вонючке, что я приехал сюда, чтобы разобраться с ним, и скоро этим займусь! Скажи, пусть готовится! Ну, что тебе еще здесь нужно, паршивый соглядатай?» Остальные только, казалось, и ждали таких слов. На меня набросились сразу несколько негодяев, меня поколотили и выбросили на улицу! А вы, Шерри… Что вы собираетесь теперь делать?

Молодой человек был с хорошими бойцовскими качествами. Он сжал кулаки, будто собираясь вцепиться в глотку Малыша.

— Успокойтесь, — остепенял его тот. — Дайте мне минутку, чтобы обдумать случившееся.

Воцарилась мертвая тишина, позволившая Шерри немного поразмыслить над сложившейся ситуацией. Осторожность подсказывала, что надо оставаться на месте, а еще лучше — возвратиться домой под надежную защиту Пита Ленга и не полагаться на здешнюю разношерстную толпу, каждый человек из которой заботится лишь о собственной шкуре. Но тут Шерри опять посмотрел на почти совсем заплывший глаз и порванный пиджак посыльного, и сердце его наполнилось благородной яростью.

Дожидаться Слейда здесь? Поступить так было бы неправильно, потому что его нервы напряглись до крайности, а Слейд сейчас сохраняет спокойствие и нанесет удар, как только к нему подготовится.

Он резко поднялся на ноги.

— Что вы собираетесь делать? — в тревоге спросил посыльный.

— Собираюсь достать вам другой пиджак, — бросил Малыш и одним махом спрыгнул со ступенек веранды.