День проходил за днём. Мурашка бродил по бахче. Лазил на плетень. Иногда добирался до берёзы, но делал всё украдкой, чтобы не попасть на глаза родственникам. Земля-тыква ему надоела. Возвратиться в муравейник не позволяла гордость. Стал Мурашка бездомным. Он уже не танцевал лезгинку; веселье пропало, а появилась злость. И когда увидел муравей человека, сидевшего под берёзой, помчался к нему. «Ну я кусну его… Вот подскочит!»

Муравей бежал сквозь чащу травинок и становился всё злее. «В нос укушу!» — грозился он.

Мурашка, по всем правилам нечестной драки, наскочил на человека сзади: пробежал по белой рубашке до воротника, с воротника перелез на шею, с шеи на щеку, со щеки на нос. И только Мурашка изогнулся, чтобы побольнее куснуть, как очутился между большим и указательным пальцами человека.

— Старый знакомый! — услышал Мурашка голос. — Что это ты разгуливаешь по моему носу?

Мурашка обмер: это был тот самый Космонавт, что опустился тут однажды утром.

Рыжий Мурашка от стыда стал красным.

— Добрый день! — сказал Мурашка, заикаясь. — Опять к нам пожаловали?..

— Захотелось посмотреть на эту поляну, — ответил Космонавт, — и на берёзу, и на тебя, Мураш Муравьёвич. Это не простая штука — возвращение на Землю и встреча со всем земным. Я никогда не забуду такой радости.

— А наша Земля похожа на тыкву? — спросил Мурашка, вспомнив свои огорчения и неудачи на Земле-тыкве.

— Я говорил тебе. Похожа и на тыкву, и на мячик, и на воздушный шарик. Как голубой шарик, летит она в космосе.

— И никто не падает с неё?

— Никто не падает.

— А почему же я упал со своей Земли? — сказал Мурашка, и его голос задрожал от обиды.

Выслушав Мурашку, Космонавт засмеялся:

— Земля, друг ты мой, Муравьёвич, это — удивительно и неповторимо! Если нет у тебя важных дел, я расскажу тебе три маленькие сказки.

— Важных нет, — сказал печально Мурашка. — Рассказывайте.

Он устроился на белой пуговице и приготовился слушать.