Взглянь, Апеллес! взглянь в небеса!

В сумрачном облаке там,

Видишь, какая из лент полоса,

Огненна ткань блещет очам,

Склонясь над твоею главою

Дугою!

Пурпур, лазурь, злато, багрянец,

С зеленью тень, слиясь с серебром,

Чудный, отливный, блещущий глянец

Сыплют вокруг, тихим лучом

Зениц к утешенью сияют,

Пленяют!

Где красота, блеск разноцветных

Камней драгих, светлость порфир,

Прелести красок ярких, несметных,

Чем завсегда славится мир,

Чем могут монархи хвалиться,

Светиться?

О Апеллес! взявши орудье,

Кисти свои, дерзкой рукой

С разных цветов вмиг полукружье

Сделай, составь твердой чертой, —

Составь — и сзови зреть Афины

Картины.

Нет, изограф! — хоть превосходишь

Всех мастерством дивным твоим,

Вижу, что средств ты не находишь

С мастером в том спорить таким,

Чей взгляд всё один образует,

Рисует.

Только одно солнце лучами

В каплях дождя, в дол отразясь,

Может писать сими цветами,

В мраке и мгле вечно светясь.

Умей подражать ты ему,

Лей свет в тьму.

Зри, как оно лишь отвращает

Светлый свой взор с облака вспять,

Живость цветов вмиг исчезает,

Краски картин тмятся опять:

Беги ты такого труда

От стыда.

Может ли кто в свете небесном

Чтиться равно солнцу тому,

В сердце моем мрачном, телесном

Что, озарив тяжкую тьму,

Творит его радугой мира?

Пой, лира!

Бога воспой, смелым пареньем

Чистого внутрь сердца взноси

Дух мой к нему утренним пеньем,

Чтобы творец, вняв с небеси,

Влиял чувств моих в глубину

Тишину.

Светлая чтоб радуга мира,

В небе явясь в цвете зарей,

Стала в залог тихих дней мира,

К счастию всех царств и царей.

Он всех их один просветит,

Примирит.