Хотя Аманда по-настоящему удивила его, Генри скрыл удивление за улыбкой. Он не собирался ругать ее из-за нелепой маскировки. Он не знал, что она задумала, но решил временно смириться с ее уловкой.

- Запишите, какие вещи в какую коробку вы положили, - сказал он.

Она снова опустила голову:

- Хорошо.

Он шагнул назад. Ему нравилось, что она нервничает, но он не хотел спугнуть ее. Подойдя к креслу, он стал наблюдать за ней.

Почему Аманда здесь? Почему она в парике и очках? Что она надеется получить?

Он сел, взял папки, но вместо того, чтобы просматривать их, стал наблюдать за Амандой. Она наклонилась к среднему ящику, и Генри мысленно просмотрел его содержимое. Там нет ничего, что может кого-то заинтересовать. Поэтому он расслабился, наслаждаясь видом.

У Аманды всегда была отличная фигура. Он улыбнулся, разглядывая ее ягодицы и длинные ноги, прикрытые скромными черными брюками.

- Итак, Амелия. Как долго вы проработаете у меня? - спросил он.

Она замерла:

- Несколько дней. Я помогаю с упаковкой.

- А распаковка в новом доме? - Он улыбнулся, когда она снова замерла.

- Я не знаю, мистер Портер. Я полагаю, все зависит от Марты. - Ее голос слегка дрожал, она действительно нервничала.

- О, я уверен, Марте понадобятся помощники, - сказал он. - Вы можете рассчитывать на то, что задержитесь у нас какое-то время.

Неужели она в самом деле верит, что за очками скроет свои голубые глаза? Он не переставал думать о них все эти годы. Они преследовали его во сне последние десять лет.

- Я почти закончила со столом. Вам нужно что-то еще?

Он встал и подошел к ней:

- Интересный вопрос.

Она застыла на месте, потом быстро закрыла первую коробку и перешла к другой.

- Не совсем, - сказала она, по-прежнему не глядя на него.

Генри решил пофлиртовать с ней, чтобы посмотреть, как далеко она готова зайти в своем фарсе, но потом отказался от этой идеи. Пусть он знает правду, но не станет соблазнять служанку в своем доме. Хотя он может получать удовольствие, доставляя ей неудобство.

Прислонившись бедром к столу, он наблюдал, как она упаковывает вещи из нижнего ящика. Ее руки были маленькими и нежными, а движения быстрыми, словно она не могла дождаться, когда закончит и уйдет.

- Как только вы закончите со столом, мне больше не понадобится ваша помощь. Спросите Марту, где ей нужны помощники.

Аманда мельком взглянула на него и кивнула.

А Генри вернулся к креслу, взял папки и притворился, что просматривает их.

- Вы знакомы с кем-нибудь, ради кого вы готовы расстараться?

- Что? - Она покосилась на него.

- На самом деле это не враг, - размышлял он вслух, - а тот, кто заслуживает мести.

- Наверное, - сказала она.

- Вы узнаете, если это случится с вами. У вас не останется сомнений, и вы сделаете все возможное, чтобы этот человек или люди пожалели о том, что связались с вами.

- Со мной такого не случалось. А с вами?

Он улыбнулся:

- О да. И я живу с этим уже десять лет.

- Разве можно так долго таить обиду?

Она наклонилась над столом, поэтому Генри не увидел выражения ее лица. Но он услышал искреннее любопытство в ее голосе, поэтому ответил честно:

- Это не обида, а чувство справедливости.

- Справедливость? Ради чего?

Семья Кэри преуспевала слишком долго. Пришло время платить по счетам. Но Аманда должна заплатить больше остальных.

- Женщина, с которой я сошелся, познакомила меня со своей семьей. - Он стиснул зубы от потока старых воспоминаний. - Ее семья пыталась уничтожить меня, поэтому я ей отомщу.

Аманда захлопнула ящик стола, и Генри улыбнулся, ожидая, что она будет все отрицать. Но этого не произошло. Как ни странно, Аманда удивила его. У девушки, которую он помнил, не хватало терпения и самоконтроля. Похоже, она изменилась.

- Откуда вы знаете, что она вас подставила?

- Это очевидно, - сдержанно ответил он, не понимая, зачем она проговорилась брату о том, что встречается с ним.

Если она хотела, чтобы он оставил ее в покое, почему бы просто не сказать об этом? Либо Аманда по уши влюбилась в Генри, как и он в нее, либо была очень хорошей актрисой. До того, как они переспали той ночью, он знал Аманду два года. Он проводил каникулы с Беннетом и его семьей и наблюдал, как Аманда росла и менялась с восемнадцати до двадцати лет. Они вместе развлекались и плавали, и влечение между ними росло медленно и неумолимо. И вот однажды ночью в Италии они сблизились. И Генри вспомнил, как чувствовал, будто перед ним открывается новое будущее. Он видел только Аманду и считал, что встретил свою единственную женщину.

А потом появился Беннет и все испортил. Остается вопрос: что привело старшего брата Аманды и лучшего друга Генри в сарай той ночью? Как он их нашел?

Ответов не было, и воспоминания не ушли.

Генри не забыл, как они с Беннетом орали друг на друга и дрались, а Аманда кричала им обоим, чтобы они остановились. Он помнил лунный свет, воду озера Комо, плескавшуюся о причал, и удар кулака Беннета по его челюсти. Их дружба закончилась той ночью.

- Когда ее старший брат застукал нас после того, как мы занимались сексом, я подумал: он знал, что между нами происходит. Иначе зачем он вообще к нам пришел?

- Значит, вы просто строите предположения.

Он нахмурился, глядя на ее макушку:

- Это не предположения.

- Надеюсь, что нет, - сказала она. - Если вы пытаетесь выдать предположение за истину, то у вас печальная жизнь.

Генри рассердился:

- Мою жизнь не назовешь печальной. Я делаю то, что хочу и когда хочу. Какая же это печаль?

- Но если вам так хорошо, зачем вы стараетесь отомстить?

Он провел рукой по лицу и пожелал, чтобы Аманда посмотрела на него. Но она просто продолжала собирать вещи и общалась с ним как с незнакомцем.

- Потому что эта семья изо всех сил старалась отмахнуться от меня. - Даже через много лет Генри было не по себе от предательства. До университета у него было немного друзей. Он занимался делами отца. Но потом сосед по общежитию, Беннет, сдружился с Генри и приглашал его на семейные каникулы с семьей Кэри и на праздничные торжества. Он звал Генри на игры в покер и школьные вечеринки. Беннет Кэри стал первым настоящим другом Генри, а потом предал его.

Генри работал день и ночь, чтобы «Портер энтерпрайзис» стала такой компанией, о которой его отец только мечтал. Но за успех пришлось расплачиваться. Близких друзей у Генри не было, только знакомые и деловые партнеры. И Генри всегда был начеку, чтобы не пропустить удар в спину. Беннет преподал ему отличный урок.

Та ночь с Амандой одновременно подпитывала и разрушила его будущее.

Она мельком взглянула на него:

- Очередное предположение?

- Нет. - Он встретился с ней взглядом. - Они решили уничтожить меня.

- Но вы отлично выглядите, - заметила она.

- Это потому, что они проиграли.

- А вы в этом уверены?

Он рассмеялся, услышав нотку гнева в ее тщательно контролируемом тоне.

- Они не смогли остановить меня или уничтожить мою компанию. Они потерпели неудачу.

- И они прекратили попытки?

- Нет. Но я не удивлюсь, - с иронией прибавил он, - если они попытаются засунуть шпиона в мой дом, чтобы следить за мной.

Аманда замерла, и Генри скрыл улыбку. После долгой паузы она сказала:

- Глупость какая-то.

- Вы так думаете? - Он подошел к столу и посмотрел на нее сверху вниз. - А вдруг кто-нибудь замаскируется и постарается пробраться в мой дом?

- Ну, это смелый поступок. - Она быстро взглянула на него.

- Не смелый, а подлый.

Выражение его лица было непроницаемым, хотя ему захотелось посмеяться над тем, как она напрягла плечи и вздернула подбородок. Аманда обиделась.

Он достаточно сильно надавил на нее сегодня и ждал продолжения маскарада. Какова бы ни была причина ее игры, Аманда не выиграет.

- В любом случае, - резко произнес он, - я не стану вам мешать.

- Спасибо, - пробормотала она, и он услышал тщательно скрываемую злость в ее голосе.

- Я полагаю, завтра вы поможете Марте в новом доме.

Наступила пауза, и Генри понял: Аманда обдумывает, как далеко она готова зайти.

В конце концов, она сказала:

- В этом я не уверена.

- Марте нужны помощники, поэтому я буду ждать вас. - Он повернулся, взял папки и вышел из комнаты.

Аманда закончила работу в кабинете и тихо сказала:

- Все зря.

Она не только не встретилась с Генри, но и не узнала, как он получает информацию о ее семье. Еще сильнее разочаровывало то, что она трепетала всякий раз, когда он приближался к ней. В какой-то момент ей показалось, что он узнал ее, но потом она успокоилась.

Аманда оглядела кабинет. Помещение было огромным, но темным и удушающим, с тяжелыми темно-зелеными портьерами на окнах, темными кожаными креслами и бордовыми стенами. На стенах были картины и фотографии различных предприятий, входящих в состав «Портер энтерпрайзис», и маятниковые часы, громко отсчитывающие секунды.

Комната совсем не была похожа на Генри. По крайней мере, на того Генри, которого она когда-то знала. Неужели он стал таким уравновешенным и скучным?

- Нет, - заверила она себя. - Человек, который донимал меня недавно, не скучный, а раздражающий.

Скорее всего, он просто никогда не ремонтировал кабинет после отъезда отца. Наверное, он был очень занят попытками уничтожить семью Кэри, чтобы думать о том, что его окружает?

- Ты закончила?

Аманда повернулась к Марте, стоящей в дверях.

- Да.

- Ну тогда помоги мне на кухне.

- Я сейчас приду.

- Завтра, после того как грузчики закончат работу, придут уборщики. Дом должен сиять.

Аманде хотелось выйти из этого дома и забыть о своем глупом плане. Но, с другой стороны, у них с Генри только что состоялся самый долгий разговор за последние десять лет. Хотя он не был дружелюбным. Она с трудом удержалась от желания врезать ему чем-нибудь по голове. Аманде надо просто выжить, работая горничной. Когда все это закончится, она первым делом сделает своей горничной огромную прибавку к зарплате.

Через два часа Аманда сломала три ногтя и поцарапала тыльную сторону ладони, и еще у нее от усталости пульсировали колени. Она устала, проголодалась и была перепачкана с головы до ног. Она решила не только прибавить зарплату своей горничной Роуз, но и отправить ее в двухнедельный отпуск.

- Итак, - объявила Марта и подождала, пока Аманда и две другие женщины повернутся к ней лицом. - Мы заслужили перерыв. Через полчаса займемся кладовкой и прачечной.

- Конечно, - прощебетали две другие женщины.

Но Аманда промолчала. Когда-то она думала, как тяжело работает каждый день за компьютером, звоня по делам и проводя совещания. Потом она шла домой, и ей хватало сил только для того, чтобы заказать ужин, выпить пару бокалов вина и полежать с высоко поднятыми ногами.

Сейчас она устала так, что не могла жевать и поднять бокал. Тем не менее, она воспользовалась перерывом и медленно вышла на ухоженный задний двор. Она вытащила телефон из кармана и подошла к каменной скамье под деревом, цветущим розовыми цветами.

Плюхнувшись на скамью, она набрала телефонный номер сестры.

- Аманда! Я пыталась дозвониться до тебя, но ты не ответила. - Голос Серены был взволнованным.

- Я отключала телефон, - призналась Аманда, подняла голову и посмотрела на голубое небо сквозь розовые цветы. - Извини, я не могла позвонить. Генеральша, нанимающая горничных, дала мне передышку. - Она вздохнула, положила правую руку на скамью и откинулась на спинку. Ей захотелось вздремнуть.

- Надеюсь, ты хорошо проводишь время потому, что в офисе дела идут не очень хорошо.

Аманда нахмурилась:

- Что происходит?

- Беннет в ярости. Он ищет тебя, потому что Орегонский хор откладывает свое выступление на две недели.

Она выпрямилась:

- Они не могут так поступить.

- Беннет так и сказал им, но в гораздо менее вежливой форме.

Аманда чуть не вцепилась пальцами в волосы, но потом вспомнила, что она в парике.

- Почему откладывается выступление?

- Их прима сорвала голос, и ей нужно время, чтобы восстановиться.

- Нет, нет, нет, - возразила Аманда, качая головой. - Это подстроил их пиарщик. Они пробовали проделать это два года назад. Они набивали себе цену. В прошлый раз пиарщик уговаривал меня усилить рекламу их тура. Они очень популярны, и он это знает, поэтому всегда ищет более высокую оплату или мощную рекламу. Скажи Беннету, что я позабочусь об этом.

- Он звонил тебе не менее десяти раз, - еще тише произнесла Серена. - Он не обрадуется, если узнает, что я разговаривала с тобой, а он нет.

- Почему ты шепчешь? Ты не у себя в кабинете?

- У себя. Но Беннет заходил ко мне уже четыре раза, стараясь разыскать тебя. Наверное, он думает, что я прячу тебя под столом.

- Отлично. Скажи Беннету, что я позвоню ему сегодня вечером.

- Удачи! Он рвет и мечет.

Аманда оглянулась на дом, думая о том, что Беннет и Генри, как сговорившись, сегодня сводят ее с ума.

- Не беспокойся. Я позвоню ему из Орегона и все улажу.

- Где ты?

Аманда нахмурилась:

- Ты знаешь, где я. Кстати, скажи Беннету, что я ищу нового исполнителя.

Серена выдохнула:

- Надеюсь, твоя затея с горничной того стоит.

- Думаю, так и будет, - сказала Аманда.

- И не забудь, у нас сегодня первое прослушивание на конкурс «Летние звезды». Ты должна быть там.

- Черт побери! Я забыла об этом. В котором часу?

- В половине восьмого. Приезжай, Аманда, потому что Беннет обязательно приедет.

Аманда закончила разговор и позвонила директору по маркетингу Орегонского хора Кори Дэвису.

Через десять минут пререканий все уладилось.

- Но вы должны сказать своему брату, что я оценил его угрозы.

- Беннет угрожал вам?

- Судебным иском! - возмутился Кори.

- Мы не будем судиться с вами, - успокоила его Аманда. - Вы выступите в центре по графику.

- Естественно, - сказал Кори, успокоившись, по крайней мере, до следующего лета. - Хорошо, что в семье Кэри есть хоть один здравомыслящий человек.

Аманда отключила телефон и задумалась.

Беннет в ярости. Серена покрывает ее. Родители ссорятся. Марта ведет себя как надсмотрщик.

А она только и делает, что вспоминает каждое слово, слетевшее с губ Генри. Неужели он действительно верит, что она его подставила? Ни разу в жизни она не была так огорчена, как в ту ночь, когда ее брат вошел в лодочный сарай и увидел их без одежды.

Но если Генри в это верит, тогда понятно, почему он ни разу ей не позвонил. Он исчез из ее жизни, а потом начал уничтожать семью Кэри.

- Он мог что-нибудь мне сказать, - пробормотала она. - Даже наорать на меня. Тогда я убедила бы его, что не имею никакого отношения к приходу Беннета.

Прошедшие десять лет Аманда считала, что Беннет был прав насчет Генри. Тогда ее брат обвинил своего лучшего друга в том, что он использовал Аманду, чтобы вклиниться в семью и заполучить состояние Кэри. Когда Генри исчез и больше не связывался с ней, Аманда продолжала этому верить.

Неужели они оба ошибались все это время? Она остановилась под лимонным деревом, и ее окутал аромат белых цветов. Наконец она пришла к очевидному выводу.

- Мы оба ошибались, но это ничего не меняет.

Генри старался разрушить ее семью. Он встал во главе отцовской компании и превратил ее в мощную корпорацию, которая соперничала с крупнейшими компаниями страны. И он использовал свою власть, чтобы уничтожить все, во что верила Аманда. Все, к чему она стремилась годами. Так почему же ей так трудно забыть ту ночь с ним? И почему сейчас он влечет ее сильнее, чем прежде? Образ Генри ворвался в ее сознание, и она затаила дыхание. Ей надо что-то делать со своими чувствами. Их страсть вспыхнула много лет назад, как мощное пламя, которое переросло в лесной пожар, поглотивший обоих. Потом оно погасло, и они заледенели.

- Даже если все началось с недоразумения, - прошептала она, глядя на дом, где был Генри, - теперь все кончено. Нет пути назад. Только вперед. - Нахмурившись, она посмотрела на второй этаж, где была спальня Генри. Ей стало интересно, не планирует ли он прямо сейчас новое нападение на семью Кэри.

- Если это так, - поклялась она, - он проиграет. Я об этом позабочусь.

Кэри-центр был дворцом исполнительского искусства. Три уровня сидений со стеклянными перилами в виде океанских волн вокруг дубовой сцены медового цвета. Сцена шириной в семьдесят футов и глубиной в пятьдесят футов, идеально подходящая для большого оркестра, огромного хора и балета.

Зал вмещал две тысячи человек, не считая пяти приватных лож и ВИП-зон.

За кулисами были несколько гримерных и роскошная гостиная. Элегантный вестибюль был отделан испанской плиткой, стеклом и хромом. Рядом с ним располагались кафе, сувенирный магазин и медпункт.

Однако сейчас центр был почти пуст, если не считать первого ряда в зале, где семья Кэри ждала начала прослушивания.

Аманда уселась между Беннетом и матерью. Пока Беннет что-то бормотал себе под нос, проверяя электронную почту, их мать постукивала носком туфли по полу.

- Они вообще начнут когда-нибудь? - спросил Беннет уже в пятый раз за последние несколько минут и взглянул на часы.

- Скоро начнут. Смотри! - Аманда указала на сцену, где пианист садился за сверкающий черный рояль. Конкурсантам при необходимости предоставлялся аккомпанемент, а Джейкоб Баранка был одним из лучших пианистов мира.

- Наконец-то.

Аманда увидела, что Беннет хмурится.

- Тебе не обязательно присутствовать. Я справлюсь одна.

- Так же, как ты справилась с этим Кори из Орегона?

- Да, мне пришлось исправлять твою ошибку. Зачем ты угрожал ему судом?

Слегка пристыженный, Беннет заметил:

- Он не хотел слушать мои доводы.

- Да, я уверена, ты был очень настойчив, - сказала Аманда.

Беннет прищурился:

- Кто этот новый исполнитель, с которым ты договариваешься?

Аманда вздохнула и затаила дыхание, стараясь придумать ответ.

- Это сюрприз.

Он посмотрел на нее с сомнением:

- Отлично. В любом случае сегодня первое прослушивание, и я хотел быть здесь. Надо убедиться, что логистика на нужном уровне.

- Знаешь, Беннет, - произнесла мать, прерывая их разговор, - тебе не обязательно все делать в компании самому. Честно говоря, ты все больше и больше становишься похожим на своего отца.

- Спасибо, - сказал он.

Аманда закатила глаза:

- Кстати, об отце. Где он?

Кэндис разгладила юбку своего костюма сливового оттенка.

- Я понятия не имею. Я знаю лишь то, что мы до сих пор не в Палм-Спрингс.

- Мама, - произнес Беннет, - не дави на него.

- Конечно, ты на его стороне. Ты ведешь себя как его копия, - парировала Кэндис.

- Никто не на чьей стороне, - вздохнула Аманда.

Кэндис погладила ее по руке:

- Ты просто этого не замечаешь.

Округлив глаза, Аманда попыталась вернуть разговор с Беннетом в прежнее русло.

- Не волнуйся. Работают две камеры: одна установлена у нас за спиной, вторая - на сцене. Потом мы отредактируем запись. Запись с прослушивания и данные каждого участника будут выложены на веб-сайте Кэри-центра. Как только записи всех двадцати участников окажутся в Сети, мы откроем голосование.

Победитель конкурса устроит собственное шоу на «Летних сенсациях».

- А у нас останется запись прослушивания? - Беннет посмотрел на Аманду, вопросительно выгнув брови.

- Нет, Беннет, - съязвила она. - Мы уничтожим ее, как только она будет смонтирована.

- Ты не в настроении?

- Женщина не имеет права быть не в настроении? - Она уставилась на него. - А мужчинам можно недовольно ворчать?

- Не приставай ко мне с этой чушью о феминизме, Аманда. Ты здесь главная. На что ты жалуешься?

- На своего брата, который говорит, что я главная, но продолжает контролировать меня.

Он стиснул зубы и кивнул.

- Я понял. А теперь можно поторопиться?

- Ради бога, Беннет, если тебе скучно, уходи. - Кэндис посмотрела на сына как «злая мамочка», и это сработало. Беннет уткнулся в свой телефон.

- Аманда, кто выступит первым? - спросила ее мать.

Аманда повернулась к ней лицом и улыбнулась:

- Джеки Карсон. - Она проверила свои записи, чтобы убедиться, что она права. - Ария из «Богемы».

- О боже, опера, - пробормотал Беннет.

- Я люблю тебя, сын мой, но у тебя отвратительный вкус. - Кэндис еще раз взглянула на своего старшего ребенка.

Аманда фыркнула. Наконец все замолчали, когда огни погасли, а на сцене включился софит. Убедившись, что съемочная группа работает, Аманда откинулась на спинку кресла и сосредоточилась на Джеки Карсон.

Через несколько секунд молодая женщина с длинными рыжими волосами, рассыпавшимися по плечам, вышла на сцену, подняла голову и запела. Ее чистый, красивый голос разнесся по залу с отличной акустикой.

Кэндис Кэри наклонилась вперед, мечтательно глядя перед собой, и улыбнулась. Даже Беннет был очарован женщиной, изливающей сердце и душу в арии о любви и утрате. Когда музыка и голос Джеки стихли, семья певицы вскочила и зааплодировала.

- Ну, - неохотно признал Беннет, - это было нечто.

- Она прекрасна. - Кэндис вытащила из сумочки носовой платок и промокнула им глаза. - Честно говоря, Аманда, если все наши участницы будут ее уровня, получится потрясающий конкурс.

Аманде пришлось согласиться.

- Ты права, мам. - Она вздохнула. - Это отличное начало конкурса.

- Я проголосую за нее, - произнес у них за спиной Генри Портер.