Фаусто и Лиза молча шли по коридору к кабинету. Она боялась, что он услышит, как громко стучит ее сердце.

Лиза не могла поверить, что с такой уверенностью в себе флиртовала с ним. Она надеялась лишь, что сексуальный подтекст в их разговоре не был плодом ее воображения. Всякий раз, когда Фаусто смотрел на нее, все ее тело словно вспыхивало. Словно по ней пробегал электрический разряд. И если Фаусто прикоснется к ней, ее охватит пламя.

А он еще не дотрагивался до нее. Но она не вынесет, если этого не произойдет. Он мог не нравиться ей, но Лиза хотела его - так, как никогда в жизни никого не хотела. И он, казалось, отвечал ей тем же. А его желание, пусть даже мимолетное, было для нее мощнейшим афродизиаком.

Наконец они подошли к кабинету, и Фаусто открыл дверь, пропуская ее вперед в темную комнату. Лиза прошла мимо него, плечом коснувшись его груди, и услышала, как он втянул в себя воздух. И этот звук восхитил ее. У нее кружилась голова от желания, а он даже еще не дотронулся до нее.

Но он сделает это… разве нет? Он должен сделать это.

Лиза подошла к столику, стоявшему у камина, на котором все еще лежала шахматная доска, и машинально взяла в руки фигурку короля. Она почувствовала, как Фаусто приблизился к ней сзади, и повернулась к нему.

Лиза едва видела его в темноте, но чувствовала его близость. Фигурка со стуком упала на пол, когда рука Фаусто коснулась ее щеки. Его ладонь была теплой, чуть шершавой и абсолютно восхитительной.

Несколько мгновений они не двигались. Его ладонь обжигала ее щеку, его горящий взгляд испепелял ее. Он молча просил разрешения, и она дала его, слегка повернув голову и коснувшись губами его ладони. И в следующее мгновение его губы прижались к ее губам. Наконец, он поцеловал ее.

И что это был за поцелуй! Страстный и в то же время нежный, требовательный и умоляющий, берущий и дающий. Лизу никогда в жизни так еще не целовали. Фаусто подхватил ее и посадил прямо на шахматную доску. Фигурки посыпались на пол, а Фаусто продолжал целовать ее так властно, словно хотел поставить на ней свое клеймо.

Лиза положила ладони на его белоснежную рубашку, а он прижал ее к себе, не прерывая поцелуя. Она слегка откинула голову назад, и он принялся осыпать поцелуями ее шею, а его руки скользнули ниже и обхватили ее за бедра.

Когда его губы спустились к вырезу ее платья, она с трудом перевела дыхание. Ее кожа горела там, где к ней прикасались его губы. Ей казалось, что все ее тело было объято пламенем, что до этого момента она никогда не чувствовала себя такой восхитительно живой.

А потом в коридоре раздался капризный голос:

- Фаусто? Где вы?

Они оба замерли на долю секунды, а потом Фаусто быстро отступил на шаг, откидывая волосы со лба и пытаясь перевести дыхание. Лиза спрыгнула со стола, унизительно осознавая, что ее одежда в беспорядке, лицо раскраснелось, а губы припухли. Не говоря уже о том, что она готова была отдаться Фаусто прямо там, на столике.

- Простите меня, - тихо пробормотал Фаусто, наклоняясь, чтобы подобрать с пола шахматные фигурки.

Это было совсем не то, что хотела услышать от него Лиза.

Лиза тоже стала собирать фигурки, а спустя несколько секунд в комнате зажегся свет, и она увидела стоявшую на пороге Керри, упершуюся руками в бока.

- Ох. - Девушка фальшиво рассмеялась. - Я чуть не подумала, что между вами что-то есть.

- Не смешите, - коротко сказал Фаусто, и Лиза с трудом сохранила на лице невозмутимое выражение.

Не смешите?

Конечно, смешно было думать, что между ними что-то есть. Смешно для него. Слова Фаусто причинили бы ей боль, если бы она не была так занята тем, чтобы сохранять спокойствие. Все молчали, но в воздухе повисла напряженность.

«Он мне даже не нравится», - напомнила себе Лиза, но даже себя она не могла обмануть.

- Итак, турнир, - сказал Фаусто безо всякого энтузиазма.

Керри, прищурившись, посмотрела на него, а Лиза отвела взгляд в сторону. Ей хотелось, чтобы этот вечер скорее закончился.

Они вернулись в гостиную, где все пили коктейли. Чез поставил какой-то фильм, который никто не смотрел, но играть в шахматы гости не захотели. Лиза подошла к Дженне.

- Пожалуй, я пойду наверх, - прошептала она. - День выдался нелегкий.

- Но… - Дженна посмотрела на Чеза, и Лиза похлопала ее по руке.

- Оставайся. А я хочу лечь спать пораньше.

Она пожелала всем спокойной ночи, игнорируя Фаусто, который стоял, нахмурившись, у двери. Она напряглась, проходя мимо него, и на мгновение ей показалось, что он заговорит с ней, но он ничего не сказал.

На ватных ногах Лиза поднялась наверх, и все ее тело, казалось, превратилось в желе, стало слабым и дрожащим. Она закрыла дверь и упала на огромную кровать, не зная, плакать ей или смеяться. Что только что произошло?

Конечно, она знала, что произошло. Фаусто Данти зацеловал ее до изнеможения. И хотя это останется для нее прекрасным воспоминанием, она была достаточно разумна, чтобы понимать: это ничего не значило. Фаусто по-прежнему презирал ее, а он ей категорически не нравился.

И все же… все же… То, как он целовал ее, как прикасался к ней… с отчаянной страстью и в то же время с удивительной нежностью…

- Хватит, - пробормотала Лиза и стукнула кулаком по подушке. - Перестань. Больше не попадайся на эту удочку.

Она больше не повторит ошибки, которую совершила в отношениях с Эндрю. Когда поверила его льстивым словам и повела себя как последняя дура. Она дала себе слово больше не наступать на эти грабли.

Она отлично знала, что не интересует Фаусто, что это просто внезапное физическое влечение…

Решив отбросить все эти мысли, Лиза стала готовиться ко сну. Она надела одну из футболок Дженны. Возбуждение после поцелуя постепенно прошло, и она осознала всю неловкость положения. Слова Фаусто «простите меня» означали, что он жалеет о своем поступке.

Завтра он снова извинится или будет демонстративно игнорировать ее. Оба варианта заставляли ее чувствовать себя жалкой, и ей страстно захотелось скорее очутиться дома.

Она заснула и проснулась с тяжелой головой, только когда рассвело. Она не хотела больше видеть Фаусто Данти. У нее было предчувствие, что он будет с ней еще холоднее, чем обычно. Он будет таким же презрительным, как и тогда, в баре, только на этот раз ей будет уже не смешно. Это причинит ей боль.

Она осознавала, что не была особенно интересной и желанной… Как она могла только подумать, что такой мужчина, как Фаусто Данти, проявит к ней интерес?

Конечно, не проявит. И она заставит себя не мечтать об этом.

Лиза спустилась в столовую, надев кое-что из вещей Дженны. Но есть ей не хотелось. В столовую, зевая, с утомленным видом, вошла Керри, а Челси и Оливер явно страдали от тяжелого похмелья. Чез был жизнерадостен, как и всегда.

У Лизы недоставало смелости спросить, где Фаусто, и, лишь когда они стали строить планы на день, она узнала, что произошло.

- Жаль, что Данти уехал, - сказал Чез. - Он обещал мне, что останется до вечера.

- А почему ему понадобилось так внезапно уехать? - надувшись, спросила Керри.

Лиза уставилась в свою тарелку. Чез сказал что-то о неотложных делах, но она опасалась, что знала правду. Фаусто Данти уехал, потому что не хотел встречаться с ней.

Фаусто сбросил пальто, заходя в свой офис. Он хотел углубиться в работу и забыть о соблазнительной фее по имени Лиза Бентон.

Целовать ее, да еще так, было большой глупостью. Но он утратил способность здраво мыслить от охватившего его желания. И лишь когда появилась Керри, он осознал, какую ошибку совершил.

И все же… Фаусто сел за стол и невидящим взглядом уставился в окно. Но его мысли были сосредоточены только на одной женщине.

Может быть, ему почудилось, что Лиза испытывает к нему нежные чувства. Он уже совершил подобную ошибку с Эми.

Эми… Он представил себе ее смеющиеся глаза и длинные золотые волосы. А потом вспомнил о сожалении, с которым она распрощалась с ним, держа в руках чек его отца. Да, он уже знал, что такое охотницы за деньгами и какими привлекательными они могут быть. Взять хотя бы Дженну и ее мнимую простуду, с помощью которой она хотела привлечь внимание Чеза. Это же было очевидно. А Лиза и ее страстный ответ на его поцелуи? Не были ли обе сестры охотницами за богатыми мужьями? Или хотя бы за богатенькими любовниками?

Но эта мысль почему-то огорчила его. Ему не хотелось думать, что Лиза была корыстолюбивой, и в глубине души он не мог поверить в это. Но если это не так, значит, она искренне заинтересовалась им. А это огорчило его еще больше. Он не должен был целовать ее, хотя ему и сейчас этого очень хотелось.

Фаусто с раздражением признал, что ему следует выбросить из головы все мысли о ней. Но почему-то ему было так трудно сделать это!

С гримасой недовольства он придвинул к себе лэптоп и углубился в работу.

* * *

Фаусто убедил себя, что не думал о Лизе целых десять дней. Почти.

Он работал допоздна, а домой приходил, только чтобы поесть и поспать. И так прошло почти две недели.

Но когда он вошел в офис своего крестного отца в пятницу вечером, он с изумлением увидел Лизу, которая с таким же изумлением уставилась на него.

- Что вы здесь делаете? - дрогнувшим голосом спросила она.

- Я пришел навестить моего крестного отца, Генри Бурга. Я понятия не имел, что вы здесь работаете.

- А я и не знала, что вы его крестник. Как это случилось?

- Генри был учителем моего отца в университете, - стараясь говорить холодно, сказал Фаусто. - Они были очень близки.

- Понимаю. - Она поднялась со стула. На ней была темно-синяя юбка-карандаш и блузка цвета слоновой кости. Ее обычно непослушные волосы были уложены в аккуратный пучок, но несколько выбившихся из прически вьющихся прядей обрамляли ее прелестное личико. - Я скажу ему, что вы пришли.

Фаусто молча в растерянности смотрел, как она пересекает комнату, постукивая каблучками по паркету. Она постучала в дверь кабинета Генри и скрылась там. А потом он отвернулся, уверяя себя, что она его не интересует. Он не думал о ней все последние недели, и, в конце концов, лучше им вести себя так, словно они просто случайные знакомые, какими они на самом деле и были.

Когда Лиза вернулась, Фаусто изучал книги, которые стояли на полках, тянувшихся от пола до потолка.

- Он сейчас говорит по телефону, но скоро освободится.

Она указала ему на кресло, держась холодно и сдержанно.

- Как давно вы здесь работаете? - спросил он, садясь в кресло.

Лиза села за свой стол и взяла в руки папку с бумагами, делая вид, что очень занята.

- Около двух месяцев.

- Это недолго.

- Но я переехала в Лондон всего два месяца назад.

- Из Хертфордшира, насколько я помню?

- Да, из маленькой деревушки.

Она вскинула голову и с вызовом посмотрела на него. Она что, злится из-за того, что он уехал с вечеринки, не простившись? Это было грубо, но ему было необходимо уехать, потому что она была слишком большим соблазном для него.

- Вы много работали в последнее время? - вежливо, но холодно спросила Лиза.

Он коротко кивнул:

- Да.

- Чез и Дженна часто встречались в последние две недели. Полагаю, вы это знаете?

Он равнодушно пожал плечами:

- Да, Чез упоминал это.

- Думаю, что у них это серьезно, - с вызовом сказала Лиза.

Он заметил стальной блеск в ее глазах.

- Я уверен, что Чез влюбился в нее, - холодно согласился он. - Это в его духе.

Лиза поджала губы.

- Он что, часто влюбляется?

- Чаще, чем я.

- О! - Она откинулась на стуле и скрестила руки на груди. Ее глаза сверкали. - Это что, предупреждение?

- Я не это хотел сказать, - извиняющимся тоном пробормотал он и тут же осознал, что именно это он и хотел донести до нее.

- Не беспокойтесь, - заверила его Лиза. - Нет никакой опасности, что я влюблюсь в вас. Фаусто замер от удивления и растерянности.

- Я и не питал иллюзий на этот счет.

- Это радует, - протянула Лиза. - А я-то думала, что вы сбежали из Незерфилда из-за разбитого сердца.

Он не знал, смеяться ли ему или злиться в ответ на ее абсурдное предположение.

- Поверьте мне, это не так.

- Очень хорошо.

На мгновение маска спала с ее лица, и он увидел печаль в ее глазах. И это было даже хуже, чем ее гнев.

В этот момент открылась дверь кабинета, и к ним поспешно направился Генри, улыбаясь и сияя радостью.

- Фаусто! Я так рад видеть тебя!

Они пожали руки, и Генри повернулся к ней:

- Лиза, я настаиваю, чтобы вы покончили с работой на сегодняшний день. Я заказал в Дорчестере столик на троих.

- Что? - Лиза не смогла скрыть шока и тревоги. - Но, Генри, я не думаю…

- Ерунда, - сказал Генри с улыбкой. - У вас еще час до конца рабочего дня. И я настаиваю.

Лиза что-то пробормотала в знак согласия, а Фаусто по опыту знал, что противоречить Генри бесполезно. Но он же сможет вытерпеть час в компании Лизы. Может быть, если представится возможность, он даже извинится за тот поцелуй. Это будет только порядочно с его стороны, а потом они смогут забыть об этом эпизоде. Хотя в этом не было необходимости: вряд ли их пути еще когда-нибудь пересекутся.

Но если быть до конца честным, Фаусто обманывал себя. Правда заключалась в том, что ему просто нравилось общество Лизы. Слишком нравилось…