Мэдди выехала на шоссе, не отдавая себе отчета в этом. Словно падала, не имея возможности остановиться.

Через час Мэдди добралась до автострады I-80, рассекавшей Пенсильванию пополам подобно трещине в стене подвала. Прежде чем повернуть на запад, заехала на стоянку перед «Макдоналдсом», откуда отправила сообщение сыну:

«Олли, мне нужно отъехать».

Она подождала, глядя на экран телефона. Ничего.

Затем: три точки.

Всплыл ответ: «хорошо».

Совсем не в духе Оливера. Очень кратко. Слишком кратко. Мэдди понимала, что мальчик болезненно переживал исчезновение отца, и лишь сейчас она увидела, что не обращала внимания на него и на его боль. Как и сын, она чувствовала себя потерянной, но не делилась с ним своей болью, не показывала ему, что он не одинок, не предлагала помочь ей найти отца. Твою мать!

Мэдди отправила новое сообщение: «Все в порядке?»

Он: «да просто занят».

Она: «Послушай, Олли, прости, что не была рядом. Целиком ушла в поиски отца. Когда вернусь, стану лучше».

Время шло. Тридцать секунд, минута, пять минут.

Вот что испытывают подростки, когда друзья, подруги или кто там еще не отвечают им без промедления, да? Такой вот прилив тревоги и нетерпения? У Мэдди возникло чисто материнское чувство: «Господи, все эти гаджеты – сплошная погибель!», но затем она вспомнила, как сама, будучи еще школьницей, сидела, уставившись на домашний телефон, ожидая, когда позвонит какой-нибудь мальчик или подруга. Быть может, в этом проявляется истинная суть человеческого общения.

«Мы нуждаемся друг в друге сильнее, чем думаем».

Застонав, Мэдди приготовилась набрать новое сообщение, призывая Оливера ответить, но тут на экране снова появились три точки…

Он: «все в порядке я же сказал занят».

Он: «увидимся когда вернешься».

Мэдди отправила ему сердечко.

Оливер ничего не ответил.

Твою мать, твою мать, твою мать!

Мэдди хотелось сказать многое. Что она постарается быть рядом, что ей очень не хватает Нейта, что она беспокоится – беспокоится так сильно, что тревога постоянно гложет ее, и вот теперь она боится, что потеряет и Оливера, и все это сводит ее с ума.

Вот как обстояли дела. Убрав телефон, Мэдди вышла из машины. Нужно проверить еще одну вещь; это желание подобно необходимости убедиться, не осталась ли включенной плита, но только преисполнясь жестокости и жажды мщения. Расстегнув лежащую на заднем сиденье сумку, Мэдди удостоверилась в том, что не забыла оружие, взятое из арсенала Нейта.