Всё! Ваш суп-лапша на курином бульоне готов. Можете подавать его на стол. На второе к лапше можно подать остывшую на подоконнике курицу, если она, конечно, к этому времени не стала жертвой вечно голодного пса или чересчур любопытного ребенка. Приятного аппетита!

Развитие действия. Следующее утро после выступления.

Когда после бритья Корнилов разглядывал свою физиономию в зеркале, он неожиданно поймал себя на мысли, что пытается вычислить по дням, дежурит ли сегодня на этаже Романова Аня. "Уж не увлекся ли ты, часом, Корнилов, этой девчонкой? — спросил он у своего изображения. — Неужто и тебя занесло в амурные сети?"

Корнилов вышел из ванной, прошелся по комнате. "Девчонка она, конечно, хорошенькая, — продолжал размышлять он. — Неглупая, к тому же. Такую прижать к сердцу дорогого стоит. Эх, "где мои семнадцать лет"? Корнилов мечтательно вздохнул, потом подошел к бару, вытащил из него мартини и плеснул грамм двадцать в стаканчик. Выпил и задумался: "Итак, что мы имеем на сей момент? Легкое волнение при мыслях о девочке-горничной по имени Аня. Это может быть по двум причинам: а) изголодался по женской ласке и б) нужна душа, способная благоговеть. Отсюда следует, что нужно скорее валить домой, а) к любимой женушке, которая непременно подарит много женской ласки, и б) к очаровательным деткам, которые очень искренне и сильно благоговеют перед обожаемым папочкой".

Прибрав постель, Корнилов принялся собираться на море. Ему понравилось принимать морские и воздушные ванны с утра пораньше. Вся прелесть такого моциона состояла в том, что на берегу в это время почти не бывало народа. К тому же, и море спокойней, и вода теплее. "Заняться любовными делами здесь тебе, Корнилов, непозволительно по трем причинам, — продолжал думать Корнилов. — Во-первых, у тебя есть милая и любимая женушка, твой надежный тыл, твоя броня и крепость. И ты будешь последний свинья и дурак, если обменяешь свое счастье и любовь хотя бы в мыслях на дешевую интрижку с первой попавшейся смазливой юбкой. Еще у тебя имеются прекрасные детишки, без которых твоя жизнь немыслима, и которые любят тебя и верят каждому твоему слову. Во-вторых, здесь ты, Корнилов, занялся проповедованием нравственных устоев. Люди внимают тебе и, надо полагать, верят твоим вещаниям. Какова же будет цена твоим речам, если сам начнешь поступать безнравственно? Народ нельзя обманывать. И, в-третьих, наконец, ты, Корнилов, уже безнадежно стар для этой пичужки. Почти вполовину обошел годами, старик. Ну, и чем же ты собираешься соблазнять ее, козел бородатый? Своею ученостью? Для постели все без разницы: и философия, и кретинизм. Выбрось, братец, из головы всякие бредни и займись делом. Так-то оно лучше будет".

В вестибюле Корнилова остановила приветливая дежурная:

— Вам сегодня Романову послать в номер?

— Зачем? — удивленно спросил Корнилов.

— Ну, мало ли зачем? — дежурная интригующе прищурила очи.

— Нет никакой нужды! — сердито отрезал Корнилов и, прикинувшись непонимающим, добавил. — У меня в номере прибирать нет надобности. Я не люблю, когда наводят порядок на столе, на котором я работаю. — И пошел дальше.

"Ну, вот, не успел подумать, как уже и намеки, — недовольно поморщился Корнилов. — Секретная следственная канцелярия здесь работает исправно. Впрочем, как и везде. Мне не следует давать повода".

После моря, не поднимаясь в номер, Корнилов пошел в столовую. Его столик был уже прекрасно сервирован. Из глубины зала грациозно выплыла серьезно декольтированная Галочка.

— Доброе утро! — мягко пропела официантка. — Вы что-нибудь будете заказывать?

— Доброе утро! — сухо ответил Корнилов, намазывая ножом на хлеб икру — По-моему, тут всего предостаточно. Спасибо!

— Сегодня у вас опять выступление? — не отставала Галочка.

— Да. Надеюсь, что последнее, — сказал Корнилов.

— А после всех выступлений вы останетесь у нас отдыхать? — продолжала допрашивать Галочка.

Корнилов почувствовал, что начинает выходить из берегов. Но проявлять тут свои эмоции было смешно и неуместно.

— Нет, — спокойно ответил он. — По окончании лекций я сразу же уеду домой. Меня ждет работа.

— А как же Романова? — вытаращила Галочка глаза.

— Что Романова?

— Ну, она же влюбилась в вас без памяти. Об этом все говорят, — простодушно бухнула Галочка. — Вы, что же, так просто ее оставите?

"Ага, значит, так уже! — подумал Корнилов. — Ну и бабы! Без интриг своего существования не мыслят".

Он заговорчески поманил Галочку пальчиком, придвинулся вплотную к ее головке и прошептал на ухо:

— Я очень прошу вас, Галочка, сделать для меня две вещи! Первое: вам нужно твердо и бесповоротно уяснить, что я приехал сюда работать, а не заниматься амурными делами. У меня с Романовой нет, и не может быть ничего общего. Второе: избавьте от ваших интриг невинное существо. В противном случае я вынужден буду обратиться к администрации с заявлением.

Корнилов поднялся с места, приложил к губам салфетку, сказал громко:

— Спасибо за приятное общение и завтрак! Честь имею! — И направился к выходу.

Проходя в номер мимо дежурной по этажу, потребовал:

— Я не принимаю никого до вечера, поэтому прошу меня не беспокоить ни по каким вопросам! У меня сегодня выступление.

Вечером Корнилов, как всегда, в полной готовности и с отличным настроением стоял перед публикой в конференц-зале санатория.

Выступление 5. Мифы и реальность для любителей гульнуть на стороне

Уважаемые дамы и господа! Мне поступила записка с просьбой о том, чтобы я высказал свои суждения относительно такой серьезной проблемы как измена. Существует ли она вообще в отношениях между мужчиной и женщиной? Что толкает человека где-то на стороне изменять своей второй половине?

Как-то недавно я познакомился с одной весьма аморальной (на мой взгляд) книжицей американского социолога Джудит Брандт, которая называется "Путеводитель по супружеской неверности и этикет внебрачных отношений". Так вот вышеупомянутая социолог Джудит Брандт утверждает в своем скандальном опусе, что супружеские измены… полезны для укрепления семьи. Ни много, ни мало!

Ну, это уже ни в какие ворота не лезет! И дело тут не в том, что сия ученая дама свихнулась на фоне секса. Вовсе нет! Дабы не оскорбить ее личность грязными выпадами, заявлю сразу: она вполне нормальная женщина. (На мой взгляд). А в своих научных изысканиях опирается на данные исследований, которые она приводит в книге.

Джудит Брандт утверждает, что 55 % американских мужчин и 45 % женщин неоднократно изменяют своим супругам. Это факт, с которым нельзя не считаться. Не буду строить догадки, к какой половине американских граждан относится сама Джудит, к изменяющей или нет, но сочувствует она явно тем, кто склонен искать сексуальное удовольствие в стороне от дома. И оправдывает их тем, что, дескать, супружеские измены полезны. Ищут оправдания, как правило, те, у которых, как говорится, рыльце в пушку.

Но я не собираюсь нападать на Джудит и клеймить позором всех тех, которых она оправдывает. Я хочу развеять распространенный миф, родившийся, кстати, задолго до появления ученых исследований госпожи Брандт, что измены полезны для укрепления семьи.

Что такое измена? Для начала я хотел бы слегка разобраться с терминологией и сразу же подчеркнуть главную мысль:

Измена как таковая, как и предательство, никогда, нигде, кем бы то ни было совершенная, не была, не есть и не будет полезной. Потому что измена — разрушительный акт, произведенный в одностороннем порядке по отношению к двух- или многостороннему договору или союзу. Вот, что такое измена по своей сути. Две или несколько сторон заключили между собой некий договор или союз. Утвердили соглашение некими скрепляющими средствами: клятвой, подписью, капиталовложениями, кровью или всеми подобными средствами сразу. Определили срок действия и каждую сторону наделили конкретными условиями, полномочиями и правами. Все! Все повязаны по рукам. Все зависимы друг от друга. И каждая из сторон не имеет права что-либо изменять в договоре в одностороннем порядке без согласия других сторон.

И вдруг кто-то из этой связки ни с того, ни с сего, не предупредив своих подельников, и, более того, даже втихаря от всех, резко повернув руль своего корабля, умыкнул в свободное пространство или в другую гавань. Это что, полезно? Для кого? Ну, может, для умыкнувшего и полезно в какой-то степени до поры до времени. Но, как доказывает история, предательства никогда не были на пользу предателям. Рано или поздно справедливость воздает по заслугам, и предатели получают за все сполна. Так что, повторяю, измена, сама по себе, не может быть полезна в какой бы то ни было степени и оправдана всяческими изысканиями в сторону полезности.

Другое дело, что следует понимать под этим словом — "измена"? Какие поступки, действия, помыслы и слова? В народе ведь зачастую этим грехом оделяют всякого инакомыслящего и инакоделающего. Сказал крамольное слово, не вписывающееся в допустимую цензурой лексику, — изменник, предатель, антихрист и басурман! Поцеловал ручку Прекрасной Даме на глазах у жены — все! Измена! Облизнулся вслед упорхнувшей цветастой юбочке — караул! Предатель! Бабник! Развод и детям алименты!

И что? Доходит дело и до развода, и до алиментов. В тех семьях, где измену приколачивают на спины супругам при каждом неосмотрительном взгляде в сторону. "Шаг налево или направо приравнивается к побегу". И потому полагается расстрел, или остракизм в лучшем случае. Ребята, да ведь это форменный тоталитаризм, а не семейные отношения!

И вовсе я не оправдываю того, кто действительно убегает из семьи и заводит новую. Но половина американского населения, оказывается, способна на измену и предательство!? Да что же это за страна такая, в которой полнарода — бесчестные и беспринципные люди?

Нет, я не верю в это, господа! Я верю, что госпожа Джудит Брандт что-то слегка запуталась с терминологией и не в ту сторону обратила свои исследования. А потому оставим ее в покое и сойдемся на том, что измена — это далеко не всякое увлечение той или другой супружеской половины на стороне.

К примеру, живет некий человек Неплюев в какой-нибудь стране на правах полного и законного гражданства. Он в этой стране родился, учился, вырос, служил в армии. Ну, в общем, Родина это его во всех смыслах. Тут живет он сам, живут его родственники и друзья. И вот на тридцатом году своей жизни этот гражданин Неплюев узнает, что в далекой Тутанхамонии, находящейся близ берегов Патагонии, живет его дальний родственник по прапрадедушкиной линии. И этот родственник приглашает Неплюева погостить у него на ранчо. Родственниколюбивый Неплюев добивается у своего правительства разрешение на выезд в Тутанхамонию и пребывает в ней месяц-другой. А в Тутанхамонии жизнь — не жизнь, а рай. У родственника на ранчо разве что нет птичьего молока. Не страна, а райский уголок Вселенной. Наш Неплюев пожил у родственника, осмотрелся и пришел к выводу, что лучшего места для счастливой жизни на всем белом свете не сыскать. И он пишет своей семье письмо. И семья незамедлительно прилетает в Тутанхамонию для вкушения истинно благородного человеческого существования. И счастливый Неплюев поселяется вместе с семьей у Тутанхамонского родственника на ранчо и решает провести здесь оставшийся период своей жизни. И у меня в связи с этим вполне естественным решением возникает вопрос: этот Неплюев изменник по отношению к своему отечеству, или нет?

По моему глубокому убеждению — вовсе нет. Человек выбрал себе гораздо более комфортабельное жилье по принципу: "Рыба ищет, где глубже, а человек — где лучше". Он ведь не выдал Тутанхамонии государственные секреты своей страны, не облил грязью свое правительство, народ и культуру. Не принялся натравливать тутанхамонцев на соотечественников и не послал в сторону своей родины ядерный заряд или группу террористов. Его выезд за рубеж не поколебал экономический или стратегический баланс родного Отечества. Он просто переехал жить туда, где ему оказалось комфортнее.

И такой естественный для природы человека поступок никак даже за уши нельзя притянуть к обвинению в измене. Единственно, что можно было бы в данной ситуации констатировать, так тот факт, что будь в стране, где ранее проживал данный гражданин, такие же привлекательные условия жизни, как в Тутанхамонии, этот человек ни за что не покинул бы отечество.

Теперь от этого примера перейдем к семейным проблемам, которые рождают так называемые "любовные треугольники". Прикинем для удобства, что семья — это государство. Если это государство — наша цветущая Тутанхамония с райской жизнью и наслаждениями, то будут ли нормальные, здравомыслящие граждане бежать из нее в поисках еще чего-то лучшего? Можно допустить, что некоторые любопытные граждане этой державы могут пуститься в какие-нибудь недолгие путешествия исключительно из любопытства в познавательных целях. Человек ведь существо любознательное, которое постоянно терзается извечным вопросом: а что там дальше? За пределом видимого пространства?

Ну, вот прослышал такой любознатель про то, что есть неподалеку некая страна Архария, которая прямо ни в сказке сказать, ни пером описать. Решил съездить и полюбопытствовать: правду ль бают, али нет? Приехал, а там все, как и в Тутанхамонии, только народу многовато. Перенаселение. Плюнул он на эту Архарию, домой вернулся и забыл про свое приключение. Дома-то лучше.

Ну, и что? Надо этому человеку кричать вслед: "Ах, изменник! Ах, клятвопреступник"? Кто этого крикуна поймет? Никто. Потому что несправедливо орет. Нет здесь никакой измены и тем более клятвопреступления. А вот если, к примеру, семья — государство с развалившейся экономикой, прогнившей политикой и, к тому же, с непрекращающейся гражданской войной. И одному глубокоранимому и чувствительному гражданину, которому изрядно надоела жизнь в кипящем кратере вулкана, улыбнулось счастье обрести покой в соседнем государстве с более высоким уровнем жизни. И гражданин решает расстаться с удручающей его обстановкой и отправляется за рубеж, в другую семью. Это измена? Это не вполне достойный поступок, если выезд за рубеж предварительно не согласован с другими гражданами этого государства-семьи. Может, даже и совсем недостойный, но изменой назвать его трудно. А вот понять человека, ищущего покой и довольство, — легко.