— Семён, ты бери ещё шашлык, не стесняйся, — Лев Иванович заботливо пододвинул ко мне блюдо с мясом. — Вы ребята молодые, энергеты к тому же, вам много кушать надо.

— Спасибо, — я благодарно кивнул и положил себе ещё пару кусков мяса, — шашлык у вас пальчики оближешь. Дядя Гиви, моё почтение!

— Угащайся, дарагой! — сверкнул улыбкой немолодой грузин, карауливший у мангала вторую партию, а заодно приглядывающий за булькавшем в казане хашем и жарившейся на сковороде картошкой. — Мясо свежее, вкусное, как мёд! Ещё вчера мичало!

— Это же с севера говядина? — я отрезал сочащийся ароматной влагой кусок и полил сверху ткемали, вместе с маринованным луком завернул в лаваш и только после этого откусил, наслаждаясь шикарным вкусом. — Очень нежная. Даже не поверишь, что это от двухтонного быка.

— Э, дарагой, мясо хорошее, но барашек бил би лучше, — пожилой грузин огорчённо вздохнул. — Но нэт хорошего барашка. Есть старые, жёсткие. Такие на шашлик нельзя. Вот дома у меня барашки, муа! Пальчики оближешь! Прямо свежего бери и ешь!

— Так то у вас, — улыбнулся я, вспоминая, как в прошлой жизни отдыхал в Грузии с женой и детьми. — У вас горы, тепло. А у нас болота да холода. Сибирь всё-таки.

— Это да, — кивнул дядя Гиви. — Но и здесь люди живут. Я живу. Уже двадцать лет. Как по распределению приехал. И как живу! Женился, дети пошли, внуки… Вах, картошка готова! Куда ставить батоно, Лев?

— Да давай прямо сюда, чтобы не бегать! — отец Ивана живо раздвинул тарелки, освобождая место для сковороды. — Семён, так нормально?

— Да, замечательно! — я втянул ноздрями вкусный запах, хоть немного уже осоловел от обилия пищи. — Замечательная картошка! У вас, дядя Гиви, талант!

— Какой грузин нэ умеет вкусно готовить, — отмахнулся тот, устраивая шкворчащую посуду на подставку. — Но про эту твою шавурмю нэкогда нэ слышал.

— Говорят, что это блюдо придумали степные кочевники, заворачивающие мясо в лепёшку, чтобы есть по дороге прямо в седле. — Я пододвинул к себе лаваш и остальные ингредиенты. — Поэтому и распространено оно по большей части в средней Азии. В Турции и Греции тоже есть что-то похожее, но там вместо лепёшки берут местный хлеб, питу. Он посредине пустой, вот его разрезают, набивают мясом с овощами, и называется это дёнер-кебаб. Но я предпочитаю делать именно с армянским лавашем. Плюс это наиболее удобно и технологично.

В этом мире я ещё ни разу не пробовал готовить шаурму, но, как говорится, мастерство не пропьёшь. У кого хоть раз получилось, уже не забудет, как надо. Так что я спокойно разложил лист лаваша, смазал соусом и принялся раскладывать ингредиенты. Мелко порезанный шашлык заменил мясо на гриле. Картошка тоже была не фри, а просто жареная, но, на мой взгляд, так даже вкуснее. Капуста, огурцы, помидоры, маринованный лук. Щедро сыпанул зелени и столь же обильно полил всё соусом. Завернуть было делом десяти секунд, но торопиться мы не стали, подождали, пока я приготовлю ещё несколько порций, и лишь потом отправили их на мангал подрумяниться.

— Интересно, — Лев Иванович внимательно следил за моими манипуляциями. — Действительно, просто и сытно. Овощи, мясо, картошка. Полноценный обед.

— В отличие от пирожков и разных беляшей, — подчеркнул я. — А дополнительный плюс, что готовиться всё будет на виду, из свежих продуктов. Вертикальный гриль устроить несложно. А остальное, кроме картошки-фри, в предварительной обработке не нуждается. И для работы достаточно небольшого ларька или даже прицепа. Второй вариант даже предпочтительнее, потому что на прикормленном месте нужно открывать стационар, искать нормальное помещение, а прицеп можно перевезти на другую точку.

— И где, ты думаешь, лучше начать? — Шилов задумчиво поскрёб бороду, глядя на сковороду, где поджаривалась шаурма. — Судя по тому, как ты всё распланировал, у тебя есть идеи.

— Возле институтов и техникумов, — я даже на секунду не задумался с ответом. — Студенты экономят по максимуму, но есть хотят постоянно. И возможность нормально покушать между парами для них просто манна небесная. Особенно учитывая, что порция у нас большая, плюс горячие и холодные напитки. Если цена получится приемлемая, то отбоя от клиентов у нас не будет.

— Себестоимость, конечно, надо считать, но думаю, можно выйти на двадцать пять-тридцать копеек, — так же задумчиво протянул Лев Иванович, а потом встрепенулся. — Гиви, хватит! Давай пробовать будем.

— Да, сильно жарить смысла нет, там главное, чтобы лаваш прихватился и начинка прогрелась, — кивнул я и тут же принял от нашего повара свёрток шавухи. — Горячая! А вы точно уверены насчет себестоимости? Я так прикидывал, меньше пятидесяти не получалось. Нужно ведь ещё где-то помещение арендовать, чтобы заготовки делать.

— Это как раз вообще не проблема, — отмахнулся отец Ивана, примеряясь, откуда бы лучше начать пробовать новое блюдо. — Сделаем заказ на пищевом комбинате, у меня там знакомые есть. Всё нарежут, нашинкуют и подготовят в лучшем виде за совершенно смешные деньги. Овощи можно взять прямо в колхозе или на государственной овощебазе. Тоже люди имеются, дерьмо не подсунут. Мясо ещё проще. Нам в магазины постоянно свежее подвозят, увеличим немного заказ, не проблема. Главные расходы сейчас на оборудование. Эти твои прицепы я примерно представляю, где взять, но надо же под наши нужды их модернизировать… Слушай, а ведь вкусно! Немного необычно, но вкусно!

— Аша! — подтвердил Шило с набитым ртом, с трудом глотая слишком большой кусок и запивая его соком. — Прикольно! Я бы такую похавал на перемене вместо гречи в столовой!

— Я тоже, — никогда не был любителем фастфуда, но тут накатила такая ностальгия, что с трудом удержался, чтобы позорнейшим образом не зареветь. — Я тоже. Вот и будем кормить студентов и школьников.

— Дело говорят, батоно Лев, — дядя Гиви пусть и с настороженностью поначалу, но весьма активно уплетал свою порцию. — Мамой клянусь!

— Сделать несколько вариантов рецептуры, — продолжил я накидывать идеи. — С сыром, корейской морковью, сосисками, для тех, у кого совсем с деньгами туго.

— Корейская морковь? — вытянулись лица у всех присутствующих. — Это вообще что?

— Не пробовали? — я в который раз пережил острое желание со всего размаху хлопнуть себе рукой по лбу. — На завод, где мама работала, приезжала делегация из Северной Кореи, вот её, как повара, отправили повышать квалификацию. И там она научилась готовить кимчи, это такая закуска корейская, острая квашенная капуста, грубо говоря. Только там рецептов этой кимчи тьма, чуть ли не у каждой семьи свой. И мне понравился один, где капусты вообще нет, а есть морковка, маринованная в уксусе. Кисло-острая такая, и как закуска или добавка в ту же шаурму будет просто идеально. Кстати, как вариант, можно такие салаты продавать в лоточках. Они маринованные и долго хранятся. Но всё же ставку на них я бы не делал. Не здесь. Вот на рынке точку вполне можно открыть.

— Обсудим отдельно, — вполне резонно решил не распыляться Лев Иванович. — Гиви, что скажешь? Готов взяться за проект? Директором мама Семёна будет, ты зам. Тебе двадцать пять, мне двадцать пять, Семёну с мамой пятьдесят.

— Договорились! — хлопнул по столу грузин. — Буду рад поработать с мамой уважаемого Семёна!

— А ты что думаешь? — повернулся ко мне Шилов. — Есть возражения или мысли какие?

— Да нет, меня всё устраивает, — я пожал плечами. — Наоборот, буду рад, если рядом с мамой будет опытный человек. Мне же меньше волноваться придётся. Уверен, что дядя Гиви сделает всё как надо.

— Вот и отлично, — хлопнув в ладоши, расплылся в улыбке хозяин дома. — Ваня, свою долю я тебе отдаю! Учись у Семёна, уверен, это не последняя его идея! Вот и поработаете вместе, глядишь, чего ещё организуете. А я вам немного помогу. Ты, Семён, не против?

— Нет, конечно, — рассмеялся я, глядя на ошарашенное лицо товарища. — Работа всем найдётся. Что, Вань, очканул?

— Иди в пень, — с трудом проглотил вставший поперёк глотки кусок Шило, а потом расплылся в улыбке. — Спасибо, пап! Я не подведу!!!

— Надеюсь, — Лев Иванович хоть улыбался, но глаза сверкнули остро и сурово, показывая, что сына он любит, но и воспитывает весьма строго, и повернулся ко мне. — Раз основные организационные моменты обсудили, давай по поводу песен разберёмся и твоего вознаграждения.

— Мы же вроде уже всё решили, — я удивлённо пожал плечами. — Все права на песни у вас. Если из двадцати штук, что я вам отдал, больше половины пройдут комиссию Союза композиторов — делаем альбом. Исполнителя надо подобрать такого, посолиднее. Голос чуть хриплый, может быть, но, думаю, вы разберётесь. Найти продюсера не проблема с вашими-то связями.

— Да, да, с этим решим, — кивнул Шилов, — я немного про другое. Честно говоря, я плохо разбираюсь во всей этой… эстраде. Но человек, которому я показал твои песни, уверяет, что они станут шлягерами. Мы договаривались, что ты все права передаёшь мне, а взамен я помогаю тебе со стартом проекта. Но сейчас я считаю это несправедливым.

— В каком смысле? — внешне я так же спокойно ел шашлык, а внутренне напрягся.

Понятно, что барыга никогда не упустит своей выгоды. И я готов был подвинуться, но, если условия будут слишком кабальные, просто встану и уйду. Хер с ним и с шаурмой, и с песнями. Не подохну с голоду, а там, глядишь, или соцсеть выстрелит, или 3D принтер. Или дроны, но те вряд ли. Слишком специфическое устройство. и наверняка контора тут же лапу на них наложит.

— Я предлагаю изменить условия нашего сотрудничества. — перешёл к сути Лев Иванович. — По быстрому питанию оставляем всё так. как договорились. А по песням предлагаю тебе двадцать процентов. Ты вкладываешься песнями, а всё остальное я беру на себя. Права на песни отписываем студии. которую создадим под этот проект.

— Кх-кх-кх. — от неожиданности я даже подавился. — Не понял… получается, вы мне долю отдаёте, хоть я уже от всех прав отказался? Почему? Вы меня что, таким способом привязать к себе пытаетесь?

— Зачем привязать? — искренне удивился Шилов. — Исключительно установить долгосрочные партнёрские отношения. Ты уж извини, но я навёл справки и, надо сказать, немного в шоке. О трехмерной печати я читал в зарубежной прессе, но там её описывали как крайне сложный технический процесс, а тут обычный школьник буквально на коленке собирает действующий экземпляр.

— Ещё не действующий, — нахмурился я. — Да и не школьник его собирает, а руководитель кружка кибернетики и учитель физики в одном лице.

— Это нюансы, — отмахнулся Лев Иванович. — Главное, что идея твоя, и я верю, что скоро вы всё запустите. А это такие перспективы…

— Которые контора может прикрыть одним звонком, — невежливо перебил его я. — Так что, может, не стоит гнать коней?

— Закроют этот, ты придумаешь что-то ещё, — Шилов хоть и выглядел легкомысленно, но я чувствовал хватку его стальных челюстей. — А мы поможем, правда, Вань? А с конторой тоже попробуем что-то решить. Они даже если заберут, то всё равно кто-то должен же им производство запустить. Вот и попытаемся ухватиться за это.

— Сотрудничеству я всегда открыт, — я уже крутил в голове такой вариант, он был для меня весьма выгодным, но это не означало, что я собирался продаться с потрохами. — Особенно если оно взаимовыгодное. На западе такую ситуацию называют вин-вин. Это когда выигрывают обе стороны. Но при этом всё равно предпочитаю все договора оформлять официально.

— Это само собой. — Мне понравилось, что Лев Иванович воспринял это совершенно спокойно. — Я всё подготовлю, передам тебе предварительный образец. Посоветуйся со знающими людьми, будут вопросы — обсудим. Если надо будет, поменяем формулировки.

— Собираетесь играть в открытую, — понимающе хмыкнул я. — Да, такая позиция выгоднее в длинную.

— Я давно в этом кручусь, — тяжело вздохнул Шилов, внезапно постарев лет на десять. — У меня репутация. Создать её невероятно сложно, а вот просрать можно за секунду. Так что я предпочитаю работать честно, что бы там ни говорили про торгашей-барыг.

— Буду рад, если всё так и окажется, — я не стал напрямую говорить, что не слишком доверяю словам. — Хорошо, я согласен. С бумагами решим в рабочем порядке.

— Прекрасно, — кивнул Лев Иванович. — Тогда осталось лишь обсудить твою компенсацию или роялти, как называют их на западе.

— А не рано? — вот сейчас я изрядно удивился, но потом быстро сообразил, что это тоже укладывается в рамки той же идеи привязать меня плюшками, чтобы я не ушёл к другим. — Может, стоит сначала запустить всё в работу? К тому же я и так от вас компьютер получил.

— Не волнуйся, с этим проблем не будет, — успокоил меня отец Ивана. — И компьютер — это, считай, мой подарок будущему партнёру. Его завтра привезут, выделенную линию сети подключат в течение недели. Я же говорю о роялти. Деньги никогда лишними не будут.

— Это да, но мне много и не надо, — я пожал плечами. — К тому же вряд ли там будет на новую квартиру. Машина мне тоже пока не нужна, возрастом не вышел, а ездить с шофёром — морда треснет. Не стоит дразнить гусей. Разве что… мотоцикл.

— Кстати! — тут же встрепенулся Ванька. — Папа, а что там с ИЖ «Сатурн»? Их же должны были на днях привезти.

— Да, будут к концу недели, — кивнул Лев Иванович. — Хороший вариант! Спасибо, что напомнил, сын. Там, конечно, все уже расписаны, но это мелочи. Ну что, Семён, будешь брать?

— А что за байк? — я впервые слышал о подобном и с ходу сориентироваться не мог, тем более в прошлой жизни особо мотоциклами не увлекался. — А то я не слежу.

— Ты чо?! — уставился на меня Ваня, доставая айфон. — Шикарный моцик! До сотки за три с половиной секунды! Двести пятьдесят максималка! Я сейчас тебе покажу!

На фото байк действительно впечатлял. Если бы мне показали раньше, я никогда бы не признал в нём детище Ижевского завода. Обтекаемые, но при этом хищные обводы, со сглаженными углами. Прикрытые сплошными колпаками колёса. Суровый чёрный цвет, с жёлтыми прожилками, словно у осы, но не такой яркий, как у БМВ. Да и в целом мотоцикл выглядел потяжелее спортбайка. Скорее он напоминал нечто среднее между чопером в обвесе и туристом, тут наследие ИЖ явно прослеживалось. И в целом он мне понравился, я уже прямо хотел его опробовать.

— Уговорили, беру! — я вернул телефон Ивану. — Только прав у меня нет. На них же надо учиться?

— Две недели, — подтвердил Шило и не преминул похвастаться, — я ещё в феврале получил! Специально перед днём рождения пошёл, чтобы сразу кататься начать!

— Зимой? — я недоверчиво скривился. — На санках, поди?

— Не, на автодроме, — не обиделся парень. — Там ледяной трек, но к технике пускают только с правами. Уже третий месяц занимаюсь.

— Молодец! Надо бы тоже попробовать, но вряд ли время будет, — я тяжело вздохнул, прикидывая объём предстоящей работы. — Ладно, прорвёмся. Ну что! Лев Иванович, дядя Гиви, Ваня! За наше сотрудничество!

— Долгое и плодотворное, — протянул свой бокал Шилов, и я стукнулся о него своим стаканом с соком, к нам тут же присоединились остальные. — Уверен, мы сумеем достичь выдающихся результатов!

— Главное, чтобы в рамках уголовного законодательства, — улыбнулся я, а все рассмеялись. — Как говорил Остап Сулейман Берта Мария Бендер-бей… прошу прощения, сообщение от мамы.

На эсэмэски от неё у меня стояла особая мелодия, чтобы не пропустить. Я и так слишком часто трепал ей нервы, чтобы ещё на сообщения не отвечать. Но на этот раз это и не требовалось. Тот, кто написал его, жаждал пообщаться, но только лично. Я до боли сжал гаджет, заставляя крепкое железо скрипеть, вглядываясь в короткие строки.

«Твоя мать у меня. Приходи один на заброшку на ипподроме, или ей конец. У тебя двадцать минут».