Среди рыбаков, все еще суетившихся возле причала, что-то разбирая и починяя, даже выбор нашелся: или двое коренастых, почти одинаковых с виду усачей, разнящихся лишь возрастом — наверняка отец с сыном; или одинокий и очень мрачный тип, до глаз заросший густой черной бородой. Лит без колебаний выбрала именно его, а Стави, тоже не колеблясь, с ней согласился — в их ситуации один посторонний гораздо лучше двух. Чем меньше народа окажется посвященным в эту мутную историю — тем спокойнее. И нюх, и опыт были с этим одинаково согласны.

– Почтенный, – девушка подошла к рыбаку поближе, чтобы не орать на весь пирс, и показала в сторону одинокой лодки, маячившей уже довольно далеко от берега. – Гляньте-ка вон туда.

Но тот глянул сначала на нее. Потом, чуть прищуренными по привычке глазами, впился в Нерма. И лишь после этого обернулся в сторону водной глади.

– Не наш баркас, – выдал он спустя пару секунд изучения ее из-под вскинутой руки. – И чего?

– Пустой же? – Стави позволил себе слегка удивиться.

– И чего? – разнообразием реплик мужик явно не страдал. Как и излишней вежливостью — смотрел он все еще в море, не на собеседника. .

– Догнать быть, – Нерм непроизвольно перешел на тот же тон.

– С чего?

Лит едва не хихикнула над этим прогрессом, но удержалась:

– Мы заплатим, – пообещала она. А потом добавила, видя, что мужик даже не шевельнулся: – Понимаете в чем дело, там может быть наша знакомая.

Рыбак наконец обернулся и проявил признаки интереса:

– Баба, что ли? Кататься удумала?

– Вот именно, – девушка решила, что эта версия им вполне подойдет и принялась ее развивать. – Собиралась, по крайней мере. Оставила нас в кофейне, сказала, что через час-полтора вернется, но…

– Не пришла?

– Нет. Вот думаем, может, случилось что?

Мужик понимающе кивнул, и Стави решил закрепить результат, добавив:

– А нам всем уже на борт возвращаться надо, скоро отплываем.

– Вы с той посудины, что в порту с утра стоит?

– С нее, ага, – охотно подтвердил ищейка.

– Сколько? – тот еще раз прошелся по нему пристальным взглядом. – Платить будете? А то ведь не господа вы — обслуга. Так?

– Так, – не стал отпираться Нерм.

– Деньжата то есть?

– Найдутся, – все в той же заразительной манере ответил Нерм. – Поторопиться бы, почтенный.

– Ну лады, – рыбак одним мощным движением выкинул на причал сложенную сеть, с которой возился, и приглашающе махнул рукой:

– Грузитесь. Ты, паря, сразу на весла, я на румпель. Сможешь?

– Да, – кивнул тот, разглядывая уключины. – Отчаливай.

Впрочем, ни в советах, ни в командах мужик не нуждался, уже снимая со сваи веревочную петлю.

На то, чтобы добраться до одинокого баркаса, потребовалось четверть часа, хотя Нерм на веслах выкладывался от души.

– Течение подхватило, – сам, без всяких вопросов прояснил ситуацию бородач. – Ничего, скоро догоним. Оно там пока не сильное.

И оказался пророком — так оно и вышло. А едва лодку догнали и заглянули внутрь, как тут же сообразили — старались не зря. Пепел, то есть госпожа Поудди, был там. Оглушенный ударом по голове, без сознания и в компании еще одного тела. Кажется, снова мертвого.

– Ну ясно, что, – гнусно хмыкнул рыбак. – Кобылка ваша, смотрю, норовистой оказалась, катать на себе не захотела. Лягнула этого наездничка, видать, знатно. Готов он. К борту приложился и совсем неудачно.

– Воды у вас нету? – всполошилась Лит, судорожно пытаясь сообразить, выгодна ли им такая версия событий? И в итоге решила, что да. К тому же мужик охотнее всего поверит именно в нее — сам придумал, как-никак. – Нормальной воды, то есть? Пресной?

Тот молча порылся в рундуке на корме и протянул ей странной формы оплетенную бутылку, в которой что-то плескалось:

– На, спрысни ее. Да пощедрей, для такой крали не жалко. Сильна баба! За себя бы взял, кабы не вот это вот, – покрутил он рукой вокруг головы, изображая слегка ободранную, но все еще никуда не девшуюся шляпку госпожи Поудди.

– Н-да, – дипломатично согласился с ним Нерм. – Привычки у вас точно разные.

– Может, и разные, – неожиданно возмутился тот. – Но чего ж прям нет-то? Что она перестарок — плевать, я сам вдовец. И не голытьба какая, между прочим — две лодки у меня, дом, опять же. Уж всяко лучше со мной, чем в услужении. Сама себе хозяйка будет, да за мужиком…

– Н-да… — повторил ищейка еще раз, совсем растеряно, а Лит все-таки не удержалась и хихикнула.

– Делать-то что теперь будете? – поинтересовался рыбак, чуть успокоившись и увидев, что Пепел приходит в себя. А заодно исподтишка, но внимательно оглядывая справное и крепкое суденышко. – Сплетни дамочке вряд ли нужны, так?

– Разумеется, – с готовностью поддержал его Стави. – Огласка крайне нежелательна.

– Ни… Ни в коем случае, – очухавшийся Равеслаут не сразу, но все-таки вернул себе голос госпожи Поудди. – Никакой огласки! Я и так жертва ужасных обстоятельств, а если еще и сплетни пойдут… Это станет концом моей репутации и планов на удачную партию!

– Удачная партия, говоришь? – задумчиво повторил за ней бородач. – А что, дамочка, пошла бы за меня? Я б тебя от тех бед прикрыл, тем более, что он сам виноват, паскудник этот мертвый.

Пепел, непонятно чем оглушенный больше — ударом по башке или вопросом, тупо похлопал глазами. Кажется, таких предложений заместителю начальника тайной канцелярии еще никогда не поступало.

– Думаю, это стоит обсудить позже и при других обстоятельствах, – ловко ушел он от темы. – Сейчас слегка не до того, не находите, почтенный?

А получив в ответ кивок, приправленный пристальным взглядом, заломил руки и продолжил:

– Полагаю, нужно сделать все, чтобы мое имя не связали с этим ужасным происшествием!

– Выходит, за меня не пойдешь, так? – в сообразительности рыбаку было не отказать.

– Вы поймите, – зачастила дама, прижав ладошки к отсутствующей груди, – Я очень, очень ценю ваш порыв! И ваше благородство. И желание спасти бедную девушку из этой ужасной ситуации, прикрыв мою пошатнувшуюся репутацию своей безупречной… Да-да, поверьте, я никогда этого не забуду. Знаете, я вам стихи посвящу! Несколько!..

До мужика внезапно дошло, что со своим предложением он, кажется, поторопился.

– Но нет, – печально закончила Поудди точно уловив и момент, и его настроение. – У меня еще есть некоторые обязательства перед моим работодателем, а он, знаете, тоже человек крайне благородный. Крайне, уверяю вас! Кстати, ему я стихи уже посвящала…

И вот тут рыбак понял еще одно — ему все-таки здорово повезло. Необыкновенно! Сказочно! Она ведь могла и согласиться!!!

– Ладно, – быстро пробурчал он, пока та вдруг не передумала ему отказывать. – Я не в обиде.

– Я так счастлива, что вы поняли меня правильно, – снова начала было жертва обстоятельств, но ее быстренько перебили:

– Да. Будь уверена, дорогуша, понял я все как надо — правильнее не бывает.

– Но стихи я вам все же посвящу! Обязательно! Возможно, это даже будет поэма.

Тот в ответ быстро кивнул, счастливый уже оттого, что так легко отделался.

В итоге госпоже Поудди помогли осторожно перебраться в рыбачью лодку, труп оставили как есть, а баркас взяли на буксир, надежно и умело привязав к корме. Пепел быстро просек, что бородач смотрит на крепкое суденышко со все большим одобрением и интересом, и решил на этом сыграть:

– Какое счастье, что эта лодка такая надежная и солидная!

– Баркас, – как-то механически, думая явно не о том, поправил ее рыбак. И снова уставился на находку, похоже, уже мысленно примеривая ее к своему хозяйству из двух других лодок и дома. И убеждаясь, что впишется она туда идеально.

– Да, баркас, – не стала та спорить. – Но это действительно счастье, что даже без управления он не перевернулся! Очень надежный, да. И плавает далеко. Ну, так они сказали.

– Далеко? – крайне заинтересовано прищурился мужик.

– Они? – одновременно с ним полюбопытствовал Стави.

– Ну да, – кивнула Поудди. – Они. Я почти ничего про них не знаю, но… А давайте вам все по порядку расскажу?

– Конечно, дорогая, – подключилась к беседе Лит. – Если ты уже в силах.

– Думаю, что да, – несколько неуверенно, но все же согласилась она в ответ. – Я… Я попробую. .

– Мы слушаем, – изобразила внимание девушка. – Такая ужасная история. Как ты в нее угодила?

– Знаете, я сперва вообще ничего не заподозрила. Эти двое…

– Двое? – опять попытался перебить ее Стави, но Лит очень выразительно взяла мужа за руку — мол, не вмешивайся, душке Поудди и так нелегко говорить. Тот понятливо замолчал, давая Пеплу возможность с упоением врать дальше:

– Да, двое. И поначалу они были вполне вежливы, сказали, что нездешние, откуда-то издалека приплыли…

– Пришли, – механически поправил ее бородач.

– Точно, вот так и сказали. А еще сказали, что немного деньжат, что я заплачу, им очень кстати придутся. Мол, закупиться кое-чем нужно, а то за долгую дорогу поиздержались…

– Ну да, не нашенские, – подтвердил рыбак. – Я сразу понял. У нас такого дер… простите… В общем, нету у нас таких. Точно нету.

– Ну вот и мне еще в порту сказали, когда эту прогулку советовали, что все безопасно, никакого риска и потом будут очень приятные впечатления.

– Да, если с нашими — всегда так, – опять охотно подтвердил тот.

– И поэтому я очень, очень испугалась, – госпожа Поудди слегка всхлипнула. – Когда усадив меня в этот их баркас, они прям на берегу начали ссориться, кто сядет на весла, а кто…

Голос ее затих было совсем, но в итоге с силами она собраться смогла:

– А кто будет… будет развлекаться со мной первым…

– Вот паскуды! – возмутился мужик вполне искренне.

– Я попыталась кричать, но мне пригрозили ножом, – присутствие духа вновь начало возвращаться к даме. – Сказали, что убьют, если хотя бы пикну. И, знаете, они это серьезно! Потому что этим ножом, уже потом, когда из-за очереди на меня ссорились, один другого и в самом деле убил. А после под лодку на берегу спрятал… Он… — Поудди вдруг округлила глаза. – Он же там, наверное, до сих пор лежит, да? Его же скоро найдут? Правда?

Рыбак, успевший свыкнуться с мыслью, что баркас теперь его, сжал челюсти и посмурнел. А потом… расслабился. Решение он явно принял, и никакого тела на берегу завтра не найдут — ночной отлив он такой сильный…

Пепел с трудом удержался от довольной ухмылки — что ж, рассчитано все все оказалось верно. И продолжил:

– В общем, я очень, очень испугалась. Так, что себя не помнила. И поэтому когда он оттолкнул лодку от берега, запрыгнул в нее и пошел ко мне… Я… Я его тоже оттолкнула. Сильно. Но и он успел меня ударить. Я упала. И… Нет, не помню…

– Успокойся, дорогая, – Лит снова протянула ей бутыль с водой и помогла напиться. – Дальше мы и вот этот прекрасный, отзывчивый человек тебя спасли.

– Да-да, – охотно согласилась та. – Такой отзывчивый… Такой прекрасный…

– Но что теперь? – быстренько перебил бородач опасную для себя тему.

– Теперь? – Нерм умело перехватил нить беседы. – Мы попросим этого замечательного человека оказать нам еще одну услугу — доставить поближе к порту. Так, чтобы не привлекая внимания к тебе и твоей слабости, подняться на лайнер… Ты же сможешь идти?

– Я… Я постараюсь.

– Вот и отлично. А баркас ведь можно будет потом где-нибудь перевернуть? – Нерм вопросительно посмотрел на рыбака и вытащил из кармана приятно захрустевшие бумажки. – Ну, чтобы он вроде как сам? Или еще что-то с ним сделать… Вам же виднее, так?

– Сделаю, – кивнул тот, охотно принимая вознаграждение. – Не волнуйтесь, все будет в лучшем виде. Никто не подкопается.

– Да, а сейчас главное успеть к отправлению, – поддержала идею Лит. – Мы уже немного опаздываем.

– Успеем, – оценил расстояние рыбак. – Не боись, барышня.