Июнь 19 Отвечает К. П. Пятницкому на его письмо —

пишет, что большую долю вины он должен взять на себя. Предлагал вернуть полученный от «Зна­ния» гонорар за пьесу и возместить все убытки, которые «Знание» может понести от плохой про­дажи сборника. Другим выходом Чехов считал возбуждение «Знанием» судебного иска за про­дажу Чеховым пьесы двум издательским фирмам, что дает ему возможность, со своей стороны, тре­бовать от Маркса пополнения убытков, которое потерпело «Знание» и за которые он отвечает. Чехов писал: «Итак: или мирным порядком я уплачиваю Вам 4500 и убытки, или же дело решается судебным порядком. Я стою, конечно, за второе. Все, что бы я теперь ни написал Марксу, бесполезно. Я прекращаю с ним всякие сношения, так как считаю себя обманутым довольно мелко и глупо, да и все, что бы я ни писал ему теперь, не имело бы для него ровно никакого значения.

Простите, что я в вашу тихую издательскую жизнь внес такое беспокойство. Что делать, у меня всегда случается что-нибудь с пьесой, и каждая моя пьеса почему-то рождается в свет со сканда­лом, и от своих пьес я не испытываю никогда обыч­ного авторского, а что-то довольно странное» (Собр. соч., т. 20, п. 4168).

Июнь 20 К. С. Станиславский пишет Чехову: «Сейчас

перечитываю всего Чехова и наслаждаюсь» (*Ежегодник Моск. Худож. театра» 1944, т.1).

Июнь 21 В письме к М. П. Чеховой: «Дела мои ничего

себе, только Баденвейлер стал надоедать, уж очень много здесь немецкой тишины и порядка...

Доктор Шверер, который меня лечит, т. е

ЭБ "Научное наследие Росстг

lldtel Sommer в Баденвейлере, в котором умер Чехов

делает визиты, оказывается, служит божком для иашего Таубе; что он прописывает, то прописывает и Таубе, так что лечение мое мало чем отличается от московского. То же глупое какао, та же ов­сянка» (Собр. соч., т. 20, п. 4169). Переехали в Hotel Sommer. В письме к М. П. Чеховой — «...здесь хорошо, а было уж очень по-обывательски».

Г. Б. Иоллос писал В. М. Соболевскому (3— 4 июля)

«О. JI. нашла прекрасную комнату в H6tcl Sommer, и здесь он, сидя на балконе, любил наблюдать сцены на улице. Особенно его занимало непрекращающееся движе­ние у дома почты» (Собр. соч., т. 20, п. 4170; письмо

Июнь 21—22

ЭБ "Научное наследие России

Г. В. Иоллоса В. М. Соболевскому — «Русские ведомости» 1904, 9 июля. Л? 189).

Пишет М. П. Чеховой о своем намерении прое­хать па пароходе от Триеста до Одессы. О своем здоровье: «Питаюсь я очень вкусно, по по важно, то и дело расстраиваю желудок. Масла здешнего есть мне нельзя. Очевидно, желудок мой испорчен безнадежно, поправить его едва ли возможно чем- нибудь, кроме поста, т. е. не есть ничего — и баста. А от одышки единственное лекарство — это но двигаться» (Собр. соч., т. 20, п. 4173).

Пишет Г. И. Россолимо — просит сообщить, как выехать в Одессу на австрийском Ллойде. Сообщает о своем здоровье: «У меня все дни была повышена температура, а сегодня все благопо­лучно, чувствую себя здоровым, особенно когда не хожу, т. е. не чувствую одышки. Одышка тяжелая, просто хоть караул кричи...» (Собр. соч., т. 20, п. 4172).

Без видимой причины у Чехова наступило ослабление сердца:

«...после ужасного припадка во вторник со­стояние сердца еще пе внушало больших опасе­ний, потому что после впрыскивания морфия и вдыханий кислорода пульс стал хорош, и больной спокойно заснул» (Из частного письма Г. В. Иол­лоса В. М. Соболевскому — «Русские ведомости» 1904, № 189, 9 июля; С. С., «Последние минуты Чехова» (По телеграфу от нашего корреспондента. Баденвейлер, 5 июля) — «Новости дм» 1904, 6 июля, «А? 7574).

Припадок повторился (С. С., «Последние ми­нуты Чехова» (По телеграфу от нашего коррес­пондента. Баденвейлер, 5 июля) — «Новости дня» 1904, 6 июля, М 7574).

Чехов послал в Берлин чек для получения денег у Мендельсона и распорядился, чтобы деньги были адресованы на имя его жены.

«...Когда О. Л. спросила его, почему это, он ответил: «Да знаешь, на всякий случай...» (Письмо Г. Б. Иоллоса В. М. Соболевскому — «Русские ведомости» 1904, М 189).

Июнь 28

Июнь 29,

ночь

Июнь 30, ночь

Июнь, конец

К. С. Станиславский пишет М. П. Лилиной: «Передай Ольге Леонардовне мои сомнепия и душевный разлад, который я испытываю ^теперь.

колеблясь между двумя обязанностями: к ма­мане и к Антону Павловичу, лучшему человеку» (Ю Станиславском», Сборник воспоминаний, М. 1948).

Июнь, А. Б. Тараховский получил письмо от своего

конец ялтинского знакомого, в котором тот писал, что доктор И. Н. Лльтшуллер, «хорошо знавший легкие и сердце Чехова», с возмущением отзы­вался о всем процессе лечения Чехова в мае и июне докторами Таубе и Шверером: «Отнимут у него лишний год жизни. Погубят Чехова» (А. Б. Тараховский, Воспоминания об А. П. Че­хове — «Приазовская речь» 1910, Л 42).

Июль 1 «Четверг прошел относительно хорошо. Сердце

окрепло» (С. С., «Последние минуты Чехова» (По телеграфу от нашего корреспондента. Баден- вейлер, 5 июля) — «Новости дня» 1904, 6 июля, № 7574).

Чехов придумывает юмористический рассказ, сюжет которого рассказывает О. JT. Книппер.

«Даже за несколько часов до своей смерти оп за­ставил мспя смеяться, выдумывая один рассказ. Это было в Баденвейлере. После трех тревожных, тяжелых дпей ему стало легче к вечеру. Он послал мепя про­бежаться по парку, так как я не отлучалась от него в эти дни, и когда я прпшла, оп все беспокоился, по­чему я не иду ужинать, на что я ответила, что гонг еще не прозвонил. Гонг, как оказалось после, мы просто прослушали, а Антон Павлович начал придумывать рас­сказ, описывая необычайно модный курорт, где много сытых, жирных банкиров, здоровых, любящих хорошо поесть, краснощеких англпчап и американцев, и вот все они, кто с экскурсии, кто с катанья, с пешеходной прогулки — одним словом, отовсюду собираются с мечтой хорошо и сытпо поесть после физической усталости дня. И тут вдруг оказывается, что повар сбежал и ужина никакого пет, — и вот как этот удар по желудку отра­зился на всех этих избалованных людях... Я сидела, прикорнувши на диване, после тревоги последних дней, и от души смеялась. И в голову не могло прийти, что через несколько часов я буду стоять перед телом Чехова!» (О. Л. Книппер-Чехова, Последние годы, в сб. «Чехов в восп. совр.»).

Июль 2 В первом часу почи Чехов проснулся от очень

затрудненного дыхания.

ЭБ Научное наследие России*

«...стал бредить, говорил о каком-то матросе, спра­шивал о японцах, но затем пришел в себя и с груст­ной улыбкой сказал жене, которая клала ему на грудь мешок со льдом: «На пустое сердце льда не кладут» (С. С.).

В два часа ночи приехал доктор, сделал не­сколько впрыскиваний камфары; давал вдыхать кислород, давал шампанское. Пульс бился все слабее.

Пришел доктор, велел дать шампанского. Антон Павлович сел и как-то значительно, громко сказал доктору по-немецки (он очень мало знал по-немецкп): «Jch sterbe...» Потом взял бокал, повернул ко мне лицо, улыбнулся своей удивительной улыбкой, сказал: «Давно я не пил шампанского...», покойно выпил все до дна, тихо лег на левый бок и вскоре умолкпул па- всегда» (О. Л. Книппер-Чехова).

Чехов умер в три часа ночи.

« — Он был, — говорит врач, — перед смер­тью и до последней минуты стоически спокоен, как герой. Когда я подошел к нему, он спокойно встретил мепя словами: «Скоро, доктор, умру». Я велел принести новый баллон с кислородом. Чехов остановил меня: «Не надо уже больше. Прежде чем его принесут, я буду мертв» (Пись.чо Иоллоса). (С. С., «Последние минуты Чехова» (По телеграфу от нашего корреспондента. Баденвейлер, 5 июля), «Новости дня» 1904, 6 июля, М 7574; О. Л. Книппер-Чехова, Последние годы, в сб. «Чехов в восп. совр.ь; Письмо Г. Б. Иоллоса В. М. Со­болевскому — «Русские ведомости» 1904, 9 июля, М 189).

ДОПОЛНЕНИЯ

18 8 5

Январь 5 Редактор «Стрекозы» сообщает Чехову в ответ на запрос о судьбе посланного в журнал рассказа «Ночь перед судом»: «Рассказ Ваш, к сожалению, отлежав узаконенный срок в конторе, уничтожен. Единственная его слабая сторона была — длина его» (Гос. б-ка им. Ленина).

18 8 7

Июнь 3 Написал шуточиое четверостишие «Битва (Рас­

сказ старого солдата)» в альбом Саши Киселевой. Подпись: Индейкин и Петухов («.Слово», сборник второй, М. 1914). Декабрь 24 Написал шуточное четверостишие («Я полюбил Вас...») и двустишие «Признание» в альбом Л. Л. Селивановой (Таганр. лит. музей).

18 8 8

Сентябрь 24 В. Г. Короленко пишет К. К. Сараханову (при­славшему ему свою статью о Чехове) о рассказах Чехова «Агафья» и «На пути»: «Рассказ [«Агафья»] замечательно правдив, в нем нет черточки фаль­шивой, — это правда. Но он написан со стороны, точка зрения помещена вне психики главных ге­роев. За это, по-моему, нельзя осуждать Чехова: это прием очень удобный именно для небольших эскизов, по факт остается фактом: психологиче­ский анализ отсутствует в данном рассказе совер­шенно». И далее о рассказе «На нути»: «Не могу согласиться и с оценкой Лихарева. Что он пошел и народ, не зная народа? Да как же иначе узнать

ЭБ ' Научное наследие России'*

народ? Вообще Чехов очень верно наметил ста­рый тип Рудина в новой шнуре, в новой внеш­ности так сказать» (В. Г. Короленко, Избранные письма, т. 3).

Ноябрь 28 Н. С. Лесков пишет- А. С. Суворину: «У Че­хова очень хорош этюд «Именины» — в последней книжке «Северного вестника» (Пугик. дом).

18 8 9

Февраль 4 А. Н. Лесков записал в своем дневнике отзыв Н. С. Лескова о пьесе Чехова «Иванов»:

«Учительная пьеса. И все хорошо, и замысел, и типы, и язык — у всех свой, живой, и самое название обобщающее, самое родовое... К со­жалению, слишком много у нас «Ивановых», этих безвольных, слабых людей, роняющих всякое дело, за которое ни 'возьмутся. Умная пьеса! Большое драматургическое дарование» (А.Н. Лес­ков, Из записей и памяти, в сб. «.Чехов в воен. совр.ь, М. 1947).

Май В. Г. Короленко в письме А. А. Дробыш-

Дробышевскому высказывает свое отрицательное мнение о пьесе Чехова «Иванов»:

«Я очень люблю Чехова, и помнится,—мне приходилось когда-то несколько защищать его против Вашей же недостаточно высокой оценки. Но только не «Иванов», нет, не «Иванов»! Это просто плохая вещь, хуже, чем говорит об ней Успенский. Плохая в литературном, в художест­венном и в общественном смысле. Не знаю, по­мните ли Вы, что в разговоре с Вами я назы­вал ее «тенденциозной». И это, по-моему, бесспорно. Только тенденция «выворочена» (В. Г. Короленко, Избранные письма, т. 3).

8 0-е годы

Начало Ник. П. Чехов паписал портрет А. II. Чехова

80-х гг. (Дом-музей А. П. Чехова, Москва).

Середина Чехов написал шуточное стихотворение «Эле-

80-х гг. гия» и четверостишие («Пошел с визитом пото­лок...») в альбом Саши Киселевой («Слово», сборник второй, М. 1914).

Научное наследие России"

И. И. Левитан написал портрет Чехова (Госуд. Трет ьяковская галерея).

Конец Чехов начинал драму, в которой главным геро-

80-х гг. ем был царь Соломон (А. Суворин, Маленькие письма — «Новое время», 1904, 4 июля).

Сохранился отрывок рукописи — монолог Соломова (Собр. соч., т. 12).

1892

Ноябрь, начало Чехов посетил больного Н. С. Лескова. Вы­слушивал его.

«В начале ноября в Петербург приезжал на не­сколько дней А. П. Чехов. У больного Лескова он нашел порок сердца и неправильную деятельность по­чек. — Опасно это? — спросил я Антона Павловича. «Да, жить ему осталось не больше года».

Лесков подарил Чехову свою книгу «Собо­ряне», Спб. 1878, с надписью: «Благополучному доктору Аытонио от автора»[35] (Фидлер Ф. Ф., Ли­тературные силуэты — «Новое слово» 1914, Л? 8; Лесков А. Н._у Из записей и памяти, в сб. «Чехов в восп. совр.», М. 1947).

18 9 5

Июнь? Чехов в беседе со студентом М. В. Лавровым

высказал свое мнение о Н. К. Михайловском: «Михайловский крупный социолог и неудачный критик, он так создан, что пе может понять, что такое беллетристика» (М. Л., «А. П. Чехов» — «Туркестанские ведомости» 1910, 26 февраля).

1898

Декабрь 31 Чехов на встрече Нового года, организован­ной в ялтинской женской гимназии. Знакомство с сыном Н. С. Лескова А. Н. Лесковым. Бе­седа о Суворине. Чехов интересовался мнением Н. С. Лескова о Суворине, к которому присое­динился.

«— Вот, так и я считаю. Сам он не злой человек. Это Николай Семенович верно говорил. Деньги его, конечно, испортили, но главное — это ужасная ново- временская камарилья! Это ужасное окружение. Эти Буренины, Ген, Масловы, Сыромятниковы и т. д. Он невольно поддается их влиянию. Они развращают и его, и всю редакцию, и газету, и читающую ее публику. И как это ни досадно, но все это неустранимо».

Чехов расспрашивал А. Н. Лескова о последних минутах Н. С. Лескова (А. Н. Лесков, Из запи­сей и памяти, в сб. «Чехов в восп. совр.», М. 1947).

9 9

Б. С. Миролюбов записал в своей занисной книжке слова Л. Н. Толстого о Чехове: «... у Че­хова] часто нет идеи, нет цельности, не знаешь, зачем писано. Рассказ «М[ужики]» — это грех перед народом. Он не знает народа...»(Пушк. дом).

0 0

Апрель 1 Политический ссыльный И. Мошинскии в