Какое все же блаженство горячая ванна. Даже представить себе не мог. Да и откуда, если еще три дня тому все мое умывание состояло из ополаскивания лица дождевой водой или талым снегом, и раз в несколько месяцев — поход в общую баню. Где воняло грязными стоками хуже, чем на помойке. А мыло щипало кожу как щелок. Если в глаза попало, пол дня слезы текли и как слепой ходил.

А тут — о, тут настоящий кайф. Мне даже лень регенерацию прокачивать, просто лежу и наслаждаюсь теплом, покоем и ощущением чистоты.

Девчонки заглядывали пару раз, предлагая потереть спинку, но я не хотел прерывать ощущение неги, и они, пошушукавшись, оставили меня наслаждаться горячей водой в одиночку. Так и лежал… пока вода не остыла настолько, что это я уже начал ее греть, а не наоборот.

Вылез, энергично растерся жестким полотенцем, влез в махровый халат и вышел, размышляя над тем, с чего начать: выпить пивка или сразу сожрать чего-то горячего, жареного и жирного?

Но, планам, как обычно, было не суждено осуществиться. В комнате, на кровати, разметав руки и ноги, в позе морской звезды лежала Ленка и, чуть приоткрыв рот, томно облизывала губки язычком.

— Эээ… И то это значит? — завис я, не решаясь идти дальше, но при этом с удовольствием разглядывая представленную картину.

Девушка грациозно села, потянулась, заложив руки за голову, демонстрируя туго налитую грудь с задорно торчащими сосками, потом встала, подошла ближе, обняла за шею и закрыла мой рот долгим и нежным поцелуем.

Это было неожиданно, но приятно. И, если честно, очень кстати, что мой организм тут же подтвердил весьма наглядно.

Ленка хихикнула, шаловливо коснулась пальчиками готовую к бою часть тела, а потом грациозно отпрянула, взяла со стола наполненный вином бокал и протянула мне.

Я машинально принял угощение и жадно отпил, по прежнему ощущая вкус ее губ и язычка.

— Мы тут с Сашкой подумали, что тебе надо как следует расслабиться, — теперь девушка прижималась со спины, давая ощутить жар и упругость своего тела.

— С Сашкой? — я огляделся, но второй девушки не увидел.

— Не ищи, — поняла Ленка. — Она в другой комнате. Сегодня только ты и я. Такой уговор. А завтра, если захочешь — наоборот. Я оставлю вас одних.

— Почему? — вопрос соскользнул с языка сам, раньше чем я успел подумать, что это не совсем то, что меня сейчас волнует.

— Понимаешь, — еще сильнее прижалась Ленка. — Девушки, какими бы близкими подругами не были, все равно стесняются одна другую и не готовы продемонстрировать мужчине все, что умеют. А ты заслуживаешь самого лучшего. Я ей это объяснила, и Сашка поняла. Без обид…

— Вот так просто? — не поверил я, уже немного разбираясь в норовах девушек. — И что ты пообещала ей взамен?

— Баш на баш. Когда она захочет побыть с тобой наедине, я тоже уйду.

— Понятно? А что ты ждешь от меня за такой сюрприз? Какова цена? Не разорюсь?

— Глупенький… — девушка легонько куснула меня за ухо. — Ты спас меня от Сидора и его банды. Думаешь, я не понимала, что как только надоем главарю, так и пойду по рукам этих отморозков? — дернула плечиком блондинка. — А потом не оставил в подземелье с другими. Взял с собой… Я вкусно ем, сладко сплю и, по сути, ничего не делаю взамен. Разве все это не стоит благодарности?

— Ну, хорошо, хоть не за деньги… — проворчал я. Но, если честно, то скорее машинально. В данный момент мне это было совершенно без разницы. Назвала б цену, заплатил бы не раздумывая.

— Обижусь… — томно прошептала Ленка и отстранилась. Но, лишь за тем, чтобы снова наполнить бокал. — Кстати, о деньгах… — девушка села на кровать, взяла меня за руку и потянула к себе. — Они же у нас есть?

— Ну, да. А что?

— Ты бы не мог рассыпать их по кровати? — облизнула губки блондинка. — Всегда мечтала увидеть, как это, ну… на золоте?

Интересный вариант. Я читал, что любимым осыпали ложе лепестками цветов, но чтобы золотыми монетами? А почему бы, собственно, нет? Даже самому любопытно.

— А твердо не будет?

— Ну, это больше мои проблемы, — засмеялась девушка. — Мне же на них лежать…

— Ладно…

Я материализовал в сложенные ладони пятьсот золотых кредитов и широким жестом сыпанул их на простыню.

— Ох! — глаза у блондинки буквально засверкали, и она повалилась навзничь, раздвинув коленки и увлекая меня на себя. — Как здорово, Лёня!

Ножки девушки поднялись, обвили мои бедра и вопрос, будут давить монеты в спину или нет перестал быть актуальным…

— И где эта оторва?! — вырвал меня из сна голос Сашки. — Заездила мужика и хоть бы кофе сварила. Эй! Ты где? В ванной что ли?

Я с трудом разлепил веки и сквозь легкий туман в глазах увидел деловито вышагивающую по комнате Сашку. Голова казалась совершенно неподъемной. И жутко хотелось пить. О чем я тот час сообщил хриплым, каркающим голосом.

— Бедняжка… — жалостливо отозвалась Сашка, а через мгновение моих губ коснулся край кружки. Вода… Но какая же вкусная.

Черт… С чего это меня так вштырило? Я же вчера ничего кроме двух бокалов вина не пил? Даже с пивом не смешивал.

— Спасибо…

— Сейчас кофе сделаю. А где Ленка?

— Не знаю… Я же только проснулся…

Вода помогла, и я уже более уверенно попытался сесть. Рука скользнула по простыне и… я вспомнил. Деньги… На кровати не было ни одной монетки.

— Странно, — отозвалась Сашка. — В ванной ее нет. И одежды не видно. Куда она спозаранку усвистала? На пробежку, что ли? Фигуру бережет? Это правильно. Старость она быстро приходит и все отвисать начинает, если за собой не следить… — продолжал ворчать Воробушек, гремя посудой на кухне.

А я полез в интерфейс.

Да. Так и есть…

«Неигровой персонаж Елена Лисицына «Лиса» покинула группу «Без названия». Вы больше не можете видеть ее инвентарь и отслеживать на карте место нахождения персонажа».

Девушка решила не рисковать. Взять, что удастся, и уйти по-английски. Видимо, боялась, что раньше или позже, меня все же убьют, и она снова останется ни с чем. А тут такое искушение. Пятьсот золотых кредитов. Да за меньшую сумму люди готовы убивать. А она просто сбежала… Я злюсь? Нет… Абсолютно. Во-первых, — для меня сейчас это не деньги, так крохи. А во-вторых, — она мне не жена и даже не невеста, быть вместе и в горе, и в радости не клялась. Жаль только, «прощальная» ночь из-за снотворного смазанной получилась. Даже вспомнить нечего… Ну, то такое. В общем, пусть будет счастлива. Я не в претензии. У меня Воробушек есть. Эта уж точно не предаст.

— Ушла Ленка. Не ищи?

— В смысле? — Сашка возникла в дверях кухни. — Ты ее за чем-то послал?

— Нет. Просто сбежала.

— Вот сучка крашенная! После всего, что ты для нее сделал?

— Забей… Она решила, что без нас ей будет лучше. Имеет право. В конце концов, она свободный человек, а не моя рабыня. Так что, забудь. И свари уже наконец мне этот чертов кофе!

Видимо, я все же не так легко отнесся к бегству Лены, потому что в последних интонациях было слишком много злости.

— Не рабыня… — донеслось из кухни негромкое ворчание. — А я рабыня, да? На меня и орать можно…

Пришлось слезать с кровати и шлепать босиком на кухню. Там отлавливать девчонку, целовать и извинятся. Бормоча, что она самая лучшая, что нам хорошо вдвоем… ведь было же, да? А, значит, никто больше и не нужен.

Последний довод оказался самым убедительным, и уже спустя минуту, я был обласкан, зацелован и отправлен умываться, а Сашка, довольно напевая, зажгла газ под джезвой.

Холодный душ и кружка обжигающе горячего кофе окончательно прогнали вчерашний дурман и к тому моменту, когда в дом вошел Северов, я был уже в полном порядке.

— Ну, что? Готов к серьезному разговору? — с ходу начал он, едва переступив порог.

— Почему нет? Кофе?

— Не откажусь… А блондинка где? — провел глазами Сашку полицмейстер. — Уши греть не будет? Или ты им полностью доверяешь?

— Доверял… — проговорился я машинально. Видимо, все же не до конца проснулся.

— Не понял? — насторожился Северов. — Я чего-то не знаю?

— Собственно, ничего особенного. Мелкие недоразумения… Внутри группы.

— Сбежала сучка… — расставила акценты Саша, подавая Северову кофе.

— Ну, можно и так сказать, — не стал я вдаваться в подробности. — В общем, нас в команде теперь двое.

— Вернуть? — спокойно поинтересовался Северов, которого мое сообщение, похоже, совершенно не удивило. Впрочем… нет, я все еще туплю… Ясен пень, что он не оставил нас без присмотра, и все передвижения Ленки зафиксированы и доложены.

— Нет, нет… Это ее решение… Наоборот. Хотел попросить, присмотреть. Город чужой. Никого не знает. А при деньгах. Вляпается еще во что-то.

— Уже… — хмыкнул Северов, потягивая из чашки. — Ммм… Отличный кофе. Можно еще кружечку. А то я сегодня всю ночь на ногах.

— Если хотите, чтобы я ушла, так и скажите… — фыркнула Сашка. — Секретничайте.

— В смысле «уже»?

— Ну так она ночью отсюда прямиком к Кериму побежала. Видимо, надеялась, уговорить сделать ей документы.

— И?

— Трахал ее с братом до утра, а потом за порог выкинул. Керим хоть и падок на блондинок, но не настолько, чтобы мне дорогу переходить. А насчет денег… Если они у нее и были, то сейчас точно нет. Агент докладывал, что от Керима она практически нагишом убежала. Некуда было кошелек спрятать… В общем, она сейчас у Фатимы. И, насколько я знаю эту ведьму, твоя девчонка там и останется. А с ее внешностью, туда очень скоро зачастят с поздними визитами самые влиятельные и состоятельные мужи нашего города. Может, и сам наведаюсь. В числе первых. Пока товар свежесть и лоск не потерял.

— Так ей и надо. Шлюхой была, шлюхой и осталась… — припечатала Сашка, занося вторые порции кофе.

— Какой злой воробушек, — рассмеялся Северов. — Но, в чем-то малышка права. Карма всегда возвращается. Ладно, если по блондинке все… больше никаких вопросов и пожеланий, то давай наконец, займемся Феликсом.

— Нет… — я прислушался к себе, но никакой ответственности за дальнейшую судьбу Лены не почувствовал. Как я сам сказал Сашке: она взрослая девочка и это было ее решение. — Не будет. Давай, поговорим о Феликсе. Где он? Какая охрана? Сколько?

Северов допил кофе и отодвинул чашку.

— А вот тут все серьезно. Совсем не так, как было у Сидора. Феликс с первых дней стал сколачивать вокруг себя отряд из бывших силовиков. Это не блатная шушера. Там реальные волкодавы. Все прошли бои с Хантерами. В общем, как говорится, умеют правильно вести себя по обе стороны прицела. Кроме того, базу свою он обустроил в бывшей окружной тюрьме. Там и стены в три кирпича, и решетки везде в палец толщиной. И три периметра охраны…

— В тюрьме? — удивился я.

— Ну, да… С приходом Хантеров практически пустующее здание держать на балансе города не имело смысла. Вот его и выставили на аукцион. Феликс подсуетился, заключил договор с властью, сделал очень выгодное для всех предложение и выкупил весь комплекс. А потом организовал там свою базу и… частную тюрьму.

— Теперь совсем ничего не понял.

— Да все просто. Преступность, конечно, очень сильно пошла на убыль, но все же не полностью. Вот их там и содержат. В основном за особо тяжкие. Убийцы, насильники, маньяки. А что? Всем выгодно. Муниципалитету не надо больше ни о чем заботиться — перевели определенную сумму, из расчета посадочных мест, и забыли. Ни содержание охраны, ни капремонт здания, ни коммунальные, ни кормежка контингента нас больше не волнует. Хантерам — регулярные поставки крови. Зеки же от нее не освобождены. Феликсу — гарантированные поступления из бюджета. А главное, удобная и надежная база, практически неприступная крепость в пределах города. В которую, так просто не попасть даже мне.

— Не бывает не решаемых задач.

— Это да. Согласен. Но я уже голову сломал, как тебе туда пробраться, не взрывая стену или ворота.

— Ты же сам только что сказал, — улыбнулся я. — В качестве преступника. Особо опасного.

— Думал, — махнул рукой Северов. — Не получится. Даже если мы состряпаем тебе убедительное дело, местные сидельцы вмиг раскусят. А среди них стукачей — каждый второй. Сроки у них о-го-го, а за сотрудничество можно на послабление рассчитывать. Еда получше, свидание… В общем, не прокатит.

— Это если выдумывать, — я улыбнулся еще шире. — Похоже, господин полицмейстер, вы совершенно забыли, с кем связались? И за чью голову Хантеры награду объявили?

— Ты серьезно? — округлил глаза Северов. — Это же конец. Это машина без тормозов. Как только будет запущена — уже не остановить. Информация уйдет наверх, и Хантеры до тебя доберутся.

— Это мои проблемы. Но, чтобы все было красиво, надо выполнить пару условий. Во-первых, — отвезете меня в тюрьму поздно вечером. Мол, только что поймали, в участке держать опасаетесь, и Хантеров беспокоить на ночь глядя тоже не хотите. С утра доложите. И еще, меня потребуете посадить не в одиночку. Авось, разболтаю друзьям по несчастью что интересное.

— Реально, — кивнул Северов. — А во-вторых?

— Чтобы не скучать, да день не терять, давай парочку бункеров просмотрим? Может, еще попадется что интересное?

— В смысле?

— Очень уж меня те чемоданчики пустые в комнатах с радиацией заинтересовали. А вдруг, где-то остались нетронутые?

— И зачем оно тебе?

— Найду, пойму. Может, и незачем. Но интересно.

— Лады. Собирайтесь. Бусик у входа… Если по твоему плану работать, то часов семь у нас есть. Развлекайся.

Нет, как вам это нравится? Мой временный союзник зачистку бункеров уже произвел в разряд развлечений. То есть, считает, что я ничего существенного не делаю? Так нельзя. А то он, глядишь, решит, что я и на награду не заслужил.

— Развлекайся, говоришь? А, может, хочешь со мной спуститься? Вместе удовольствие получим? Или опять твоих бойцов пошлем? Чего только мне одному все веселье?

Северов, видимо вспомнив полуразложившиеся трупы тех, кто пытался зачистить первый бункер, непроизвольно вздрогнул и попытался отыграть назад.

— Нет, нет… Ты не так меня понял, Леонид. Не обижайся. Случайно вырвалось… Я… Я оценил… И это… Если хочешь, я документы отдам еще до того, как ты Феликсом займешься. Чтобы не думал, что я решил тебя кинуть.

— Я и не думал, — потягиваюсь лениво, мгновенно доставая, как бы из-под одежды, пистолет. — Это не в твоих интересах. Верно…

Глядя на Глок в моей руке, полицмейстер судорожно сглотнул.

— Само собой. Как говорится, договор дороже денег. Никаких подстав. Все честно. Ты делаешь свою работу, я — держу слово.

— Вот и хорошо. А документы… Почему нет? Отдашь их Сашке. Если готовы, зачем тебе их у себя держать? Они же наши.

— Без вопросов. Вечером и привезу, — глядя как пистолет опять прячется где-то в складках одежды, облегченно вздохнул Северов. — Ну, так что? Поехали? Не уверен, что от этого будет польза, но, как ты верно заметил, если есть время, почему не проверить?

— Поехали.