Выгребая остатки заветренных нарезанных фруктов из вчерашней вазочки прямиком в утренние мюсли, я вспомнила как когда-то на республиканском шахматном турнире нас поселили в Одессе в пансионат.

Ну, контингент шахматистов известен: если в команде семь человек, то пять-шесть евреев это норма, а тренера почти все… Такой вид спорта — такой контингент. И началось обслуживание одесситами евреев всея Украины, которые по мере продвижения турнира и раскрыли мне глаза на подоплёку происходящего. Короче, если другие советские люди имели варианты и иллюзии, то уж тут — все точно знали "как оно есть".

И начали нас в том пансионате кормить. Скажу коротко о себе — я ем всё. Без всяких ковыряний молча ем всё, лишь бы не испорченное, иначе бы не выжила (шутка).

Итак. Дали нам в первый день что-то и отварные яйца в скорлупе. Я почистила, съела и забыла (бы). Но когда выходила из столовой, то видела: много яиц оставляли на столах нетронутыми.

На следующий день дали нам что-то и милый салатик: яичко под майонезом. Я съела и забыла (бы). Но когда я выходила из зала, то видела, что многие этот салат не съели/ не доели.

На следующий день были зразы. Кто б это через сорок лет помнил? А я вот запомнила эту последовательность, потому что разламываешь зразу, а там в начинке — яичко. И вдруг такой картавый крик на всю столовую: "Опять яйца?! Куда мне их выкидывать, чтоб мне их опять и опять не подсовывали?!"

И запомнилась мне эта последовательность блюд на всю жизнь. Одесса 1981 год.