– Куда везут этого сотрудника? – спрашивает Цикада. Он держит Момо за плечи и яростно ее трясет.

– Я же сказала, что все тебе расскажу, нет необходимости быть таким грубым, – говорит она, словно успокаивая ребенка. – Жуткие вещи всегда совершаются в жутких местах.

Достав блокнот и рисуя простую карту, она рассказывает ему о здании в пятнадцати минутах езды на машине от станции «Синагава».

– Раньше там был автомобильный завод, но он закрылся уже довольно давно, и с тех пор там больше ничего не открывали. Его окружает большая роща криптомерий – такое не часто увидишь в Токио. Думаю, это место никого не привлекает, потому что никто не хочет страдать от сенной лихорадки. Огромная территория, вся заросшая криптомериями. Воздух там наполнен их пыльцой.

– Думаешь, пыльца заставляет людей держаться подальше?

– Вокруг там только склады, гаражи и старые здания, одно из которых принадлежит компании Тэрахары. Оно настолько подозрительное, что когда я его увидела, не смогла удержаться от смеха. Белые стены все в пятнах сажи, так что уже практически почернели, и все окна разбиты.

– Ты там бывала?

– По работе.

– Доставка порножурналов?

– Да, и это тоже, но, знаешь, у меня еще есть подработка, сладенький, так что я для подработки туда ездила.

– Не пойму, что это у тебя за подработка такая.

– В общем, я выполняла там кое-какую работу для компании Тэрахары по договору субподряда.

– Субподряда?

– Крупные компании всегда нанимают сторонних работников. Какое там есть для этого английское слово? Аутсорсинг? Этим я и занималась. Мы открывали телефонную книгу, звонили на случайные номера, и, когда отвечали пожилые люди, мы им угрожали. «Мы сделаем больно вашему внуку, – и все в таком роде. – Так что, если хотите, чтобы мы его отпустили, вышлите деньги». Это работало удивительно хорошо. Всего нас было десять человек в комнате, каждый со своим телефоном, звонили весь день без перерыва.

– Легкая работа. – Цикада думает о работе, которую он получает от Иваниси, и вздыхает. – Судя по всему, никакого риска.

– Ну да. У нас было несколько сакур… ну, знаешь, Актеров. Мы их называем сакурами, а они называют себя Актерами, потому что хорошо умеют исполнять разные роли и разыгрывать целые спектакли. Они кричали и плакали, как будто их мучили и причиняли им боль.

– Так значит, они привезут своего сотрудника в это здание?

– Этого парня, который выследил Толкателя, но не хочет его сдавать? Да, думаю, что да. Когда у людей Тэрахары есть какая-нибудь грязная работа, они обычно используют для нее это здание.

Да, несомненно, они собираются причинить этому парню боль. – Расскажи нам, где скрывается Толкатель? – Нет, я не хочу ничего вам говорить. – Что ж, ничего не поделаешь. Пожалуйста, сообщи нам, если ты передумаешь… Все точно пойдет не так. Они могут не называть это пыткой, но это точно будет пытка.

– Когда? – спрашивает Цикада.

– Ну, я не могу тебе точно сказать, но слышала, что буквально накануне они наняли для этого каких-то людей, так что, думаю, они начнут прямо сегодня.

– Что это за люди?

– Думаю, их можно назвать специалистами по пыткам. Такой тип людей, которым нравится причинять боль другим людям. Они очень искусны в получении информации.

– Гнусные отморозки.

– Ну, все-таки у Тэрахары сына убили… Так что он взялся за дело всерьез. Но послушай, ты правда думаешь выкрасть этого парня?

– С первого же взгляда ясно, на что я способен.

– Слушай, я не уверена, что это хорошая идея. Лучше бы тебе держаться от этого подальше.

– Я что, должен быть просто хорошим мальчиком и безропотно выполнять все приказы Иваниси?

– Я этого не говорила. Но контора Тэрахары – это не шутка. Они действительно опасные.

– Я волен делать то, что хочу.

– Что ты имеешь в виду?

– Я не марионетка. Никто не может дергать меня за ниточки.

С этими словами Цикада выхватывает из ее руки нарисованную карту и уходит. До окраин Синагавы будет быстрее всего добраться на машине. Он обдумывает это, шагая по улице.

* * *

Пройдя пешком некоторое время, Цикада сворачивает с широкой улицы, вдоль которой выстроились офисные здания, на узкую боковую улочку, где обнаруживает припаркованный кроссовер. Белый с серым, с багажником для лыж или сноуборда на крыше. Корпус машины мерно вибрирует, словно сообщая каждому проходящему мимо о включенном двигателе. Дверь не заперта, в замке зажигания торчит ключ. Цикада думает, что хозяин машины, должно быть, любит, чтобы в салоне было прохладно, поэтому не захотел выключать кондиционер. Кто бы это ни был, он, видимо, решил, что сейчас вернется, так что можно оставить работать двигатель. Весьма легкомысленно.

«Просто великолепно, – говорит он себе, запрыгивая на водительское сиденье и захлопывая за собой дверь. Переключает рычаг автоматической передачи. – Эта машина… – воспрянув духом, думает Цикада, – то, что я нашел эту машину, больше похоже на божественное провидение».

Он выезжает на широкую межпрефектурную магистраль, но у него плохое предчувствие насчет пробок, которые обычно скапливаются на больших перекрестках, и он быстро сворачивает на боковую улицу. На часах четыре часа дня.

Боковые улицы, однако, тоже не так свободны, как надеялся Цикада, и вскоре он замечает, что поток машин замедляется. Раздраженно прищелкивает языком и притормаживает за едущей впереди машиной. Вглядевшись в даль, видит плавный поворот дороги и какие-то дорожные работы примерно в ста метрах впереди. Мужчина с красным регулировочным жезлом перенаправляет поток машин.

У него появляется желание сделать телефонный звонок. Просто сидеть здесь, удерживая ногой педаль тормоза, ужасно скучно. Цикада включает свой телефон и набирает единственный сохраненный в нем номер. Это номер Иваниси.

Он чешет голову, слушая длинные гудки вызова.

«Иваниси ни за что не догадается, что я преследую Толкателя». Он хочет услышать удивление в голосе Иваниси и посмеяться над ним.

Телефон продолжает звонить.

– Чем он там занимается? – ворчит Цикада.

Наконец первая машина в пробке начинает двигаться. Цикада уже собирается сбросить вызов, когда слышит:

– Что?

Он мгновенно представляет себе надменную ухмылку Иваниси.

– Это я. Что-то ты долго не отвечал, ду-ра-чок.

– Заткнись. Я занят.

– Ты никогда не бываешь чем-то занят. Все, что ты делаешь, это смотришь телевизор или спишь.

На том конце наступает короткая пауза, и Цикаде кажется, что Иваниси с трудом сглатывает.

– Так значит, ты все-таки жив, да?

– Конечно, я жив. Что за тупой вопрос? – Цикада прижимает телефон покрепче к уху. У машин перед ним по очереди гаснут стоп-сигналы.

– Слушай, Цикада, ты будешь удивлен, услышав, чем я занят.

– Эй, это была моя реплика, – голос Цикады становится громче. – На самом деле, я думаю, это ты будешь очень удивлен, услышав, куда я сейчас направляюсь.

– И куда же?

– В Синагаву. – Цикада не может сдержать прорывающийся в его голос смех. «Я тебе не какое-нибудь маленькое домашнее животное, которое просто сидит рядом и покорно ждет твоих распоряжений». – На окраины Синагавы. К зданию.

– В районе Синагава много зданий.

– Этим зданием владеет Тэрахара.

– Тэрахара-сан? О чем ты вообще говоришь? – Голос Иваниси звучит рассеянно, как будто, разговаривая с Цикадой, мыслями тот находится где-то далеко.

– А ты хочешь знать, зачем я туда еду? – Цикада делает паузу, чтобы насладиться чувством восторга, пульсирующим у него в груди. – Я собираюсь убрать Толкателя.

– Что?!

Удивление в голосе Иваниси доставляет Цикаде неподдельную радость. Он едва не испускает торжествующий вопль.

– Есть один парень, который знает, где находится Толкатель. А у меня есть информация, что этого парня заманили люди из «Фройляйн». Но я собираюсь его у них стащить.

– Стащить? О чем ты, черт тебя побери, думаешь?

– Ты просто сиди там и жди. Я расскажу тебе, как все пройдет.

Иваниси ничего не отвечает. Седан перед машиной Цикады начинает движение, так что он тоже убирает ногу с педали тормоза.

– Ладно, до скорого, я тебе позже перезвоню.

– Подожди немного, – в голосе Иваниси вдруг появляются умоляющие нотки. – Где это? Куда именно ты сейчас направляешься?

– Да отстань ты, я не могу назвать тебе адрес этого места.

«Я выдал лишь предисловие, и тебе придется подождать, чтобы услышать остальную историю. Мне не нужно, чтобы ты тут мешался и создавал неприятности».

– Как бы там ни было, – быстро добавляет Цикада, – я свободен от тебя. Вот в чем вся суть. Ну что, ты удивлен?

– Я не удивлен. – Голос Иваниси звучит совсем не так, как разговаривают с подчиненными. В нем нет резкости или надменности – напротив, в нем чувствуется теплота и привязанность.

– Что ты сказал?

– Ты всегда был свободен, – просто отвечает Иваниси. – Ты никогда от меня не зависел.

Цикада мгновение молчит, не зная, что на это ответить.

– Короче, жди меня в своей грязной квартире.

– Иди в жопу. – Иваниси говорит беззаботно, но под этой беззаботностью угадывается какое-то другое, мрачное и тяжелое чувство. – Ладно, Цикада, еще увидимся.

– Если мы увидимся, ты опять, как обычно, скажешь: «Ну что, Цикада, привез мне сувениры из своей поездки?»

– Тебе и вправду следовало бы знать, когда нужно заткнуться, – скорее делая вид, что он раздражен, отвечает Иваниси. – Слушай, тебе известно, что сказал Джек Криспин, когда решил отойти от дел? А?

– Знаешь, я все собирался у тебя спросить: этот парень вообще когда-нибудь существовал?

– Когда Криспин принял решение закончить свою музыкальную карьеру, один журналист спросил его, что он хочет сделать первым делом, когда выйдет на пенсию. Знаешь, что тот ответил?

– Конечно, не знаю. Откуда мне знать? – Цикада думает, что он, наверное, уже несколько десятков раз участвовал в подобных бессмысленных разговорах, когда Иваниси ставил его в тупик своими вопросами. Он собирается прервать беседу, но затем решает напоследок посмешить Иваниси. В конце концов, когда он убьет Толкателя, то перережет все связывающие его нити и больше никогда не увидит Иваниси. «Не случится ничего плохого, если я позволю ему в последний раз повыпендриваться». – Так и что он сказал?

– «Я захочу съесть пиццу».

– Чего?

– Вот что он сказал. «Когда уйду в отставку, я захочу съесть пиццу». – Иваниси смеется, но кажется, как будто он плачет, и Цикаде становится от этого немного не по себе.

– Но он мог съесть пиццу вне зависимости от того, продолжал он работать или нет.

– Я знаю! – хрипло выкрикивает Иваниси. – Это же так смешно! Он просто гений!

– Это просто тупость. До скорого.

– Ладно, хорошо, в любом случае, держись, Цикада. Сделай все, что в твоих силах. Не проиграй, – напоследок говорит Иваниси.

– С чего это ты вдруг так меня поддерживаешь?

Он отключается и ставит ногу на педаль газа. Открывает окно. Ветер обдувает его лицо.